Оксана Чекменёва – Невезучая попаданка, или Цветок для дракона (страница 95)

— Γаргульи? — переспросил Рик. — Твоя семья?

— Да. Мы сильнее, и нам не страшен их яд, потому что вампиры, по сути, наши создания. Это была случайность, мутация, но именно гаргулья создала первого вампира. Та, что прилетела с другой планеты, не местная. Но нам всё равно вампиры не страшны, и последние несколько десятков лет мы сознательно взяли на вооружение этот метод, делая бессмертными своих половинок. То есть, истинные пары, — пояснила я для тех, кто не в курсе терминологии.

— Но, ты же говоришь — они испытывают мучения и опасны для окружающих.

— Запах или несколько капель крови гаргулий в день — и вампир перестаёт жаждать человеческую кровь. Это словно некое лекарство для них. Но таких, ставших вампирами, половинок немного, чуть больше десяти. А вот те, кто нашей семьёй не является — страдают. Потому что убивать людей мы им запретили под угрозой казни, а кровь животных — слабая замена человеческой. Но если хотят жить — пускай терпят.

— Значит, говоришь, шансов у этого отряда не было бы? — уточнил Девиор.

— Никакого. В месте переноса находился мой брат Кевин — а он зеркальщик, как и я. Их ждал бы точно такой же сюрприз, как при нападении на меня в лесу. И это не считая того, что в течение минуты в том месте оказалось бы еще с десяток моих родственников — и гаргулий, и перевёртышей. Поэтому шансов у них было — ноль.

— Такое чувство, что этот демон нарочно давал им невыполнимые задания, — нахмурился Унрек.

— Со мной почти получилось, — отзеркалил его гримасу Рик. — Εсли бы не Габриель…

— Если бы она не появилась в нашем мире, вряд ли ты, рискуя жизнью, без раздумий полез бы в то озеро за кем-то другим, а не за своей истинной парой, — возразил ему ректор. — Пусть даже и не знал, кто она, всё равно чувствовал. Поэтому у мракобесов ничего бы не вышло в любом случае.

— Интересно, откуда этот демон о вампирах узнал? — задумалась я. — Кстати, он не обязательно давал невыполнимое задание, просто мог не знать об истинной опасности вампиров и о самом существовании нас, гаргулий-зеркальщиков. Нас немного, и мы скрываемся. А вот вампиров одно время расплодилось столько, что человечество оказалось под угрозой вымирания.

— А давно они в вашем мире? — уточнил Девиор.

— Давно. Точной даты не знаю, но больше трёх тысяч лет и меньше пяти. И был момент, когда их расплодилось многие тысячи, а гаргулий было лишь несколько десятков.

— И твои предки победили? — восхитился Шолто.

— Да. Наши силы не сопоставимы.

— Я видел тебя в тот момент, ты была великолепна, — Рик одарил меня восхищённой улыбкой.

— Здесь я слабее, — честно призналась я. — На Земле я бы тебя смогла поднять и донести до чистой воды. Пусть не на крыльях, а просто поднять, стоя на ногах. Здесь — нет. Χорошо, что Килиан успел.

— Ты тогда сказала очень правильные слова, — мягко улыбнулся мне синеволосый, и мне даже захотелось глаза протереть, настолько непривычной была его улыбка. Вот что с челове… с драконом делает обретённая половинка. Ну, почти обретённая. — А уж после того, что рассказал твой малыш, — Килиан указал на Ρокета, который гордо выпрямился, но потом вновь склонился над миской с десертом, — мы сразу же кинулись к тому озеру, благо, дорогу я знал.

— У тебя очень сообразительный фамильяр, — поддержал дракона ректор. — Сначала сказал про грозящую Рику опасность, а потом буквально в двух словах о том, что остальное можно узнать у ведьмы в подвале, и умчался вместе с вашими спасителями. Я нашёл Заванну по запаху, который он оставил, следуя за твоими похитителями.

— Мой Рокет — настоящий герой, — согласилась я, почесав за ушком довольного енотика. — Я с самого начала чувствовала, что он будет самым лучшим фамильяром на свете.

И я не лукавила. Этот малыш, едва начав более-менее видеть, сумел скрытно следовать за моими похитителями, умудряясь остаться для них незаметным, потом сообразил затаиться и подслушивать, выбирая нужный момент, а затем догадался взять в заложники Молнию. Не каждый взрослый фамильяр на такое решился бы. Мне очень повезло с маленьким другом.

— А что теперь? — спросил Девиор. — Как отреагировала Империя на то, что выяснилось?

— Когда были получены все возможные ответы, несколько следователей и драконов отправились на Центральный перешеек, в место, указанное подследствеными. Всё было довольно приблизительно, точного «адреса» они не знали, но указали несколько примет — кто вспомнил реку, протекающую рядом, кто нарисовал гору, которую видел. Драконам пришлось исследовать очень большой участок, но в итоге нужное место было найдено. Это система пещер, в самой дальней и происходили те ритуалы. Там было несколько алтарей, пол и стены испещрены символами. Никаких копий с них снято не было — драконы расплавили всё своим огнём, потом обвалили пещеры и, для надёжности, сплавили камни в единый монолит. Чтобы уж наверняка.

— Всё правильно, — кивнул Рик. — Подобное нельзя оставлять, кто знает, кому еще придёт в голову получить власть над миром.

— Ага, Заванна говорила об этом, — вспомнила я. — Это было окончательной целью мракобесов — став бессмертными, захватить Империю. Идиоты! Их бессмертие не сделало бы нас смертными автоматически, мы бы всё равно были сильнее. — Пусть я иномирянка, но я ещё и перевёртыш, принадлежу к семье императора, так что, имею право на это «мы». — «Бессмертный» означает «не стареющий, не болеющий и исцеляющийся». Но вовсе не значит «неубиваемый». Они идиоты!

— Согласен, — кивнул Унрек.

— Это нужно суметь — так голову народу заморочить, — покачал головой Девиор.

— Фанатизм — он такой, — хмыкнул Килиан. — С логикой редко дружит.

— Вампиры тоже бессмертные. Только не сильно им это помогло, когда за дело взялись гаргульи! — гордо заявила я.

— В любом случае, мракобесы этого уже не узнают, — пожал плечами ректор.

— А что с ними будет? — поинтересовался Шолто, подкладывая Рокету в тарелку персик. — С теми, кто ещё жив?

— С каждым будут разбираться индивидуально. Тех, кто замешан в ритуальных убийствах, заманивании жертв, рекрутировании адептов — казнят. Тех, кому задурили голову, ждёт наказание. Определить, кто есть кто, не так сложно — есть те, кто уже получил тёмный дар, а есть те, кто пока лишь старался его заслужить. Кстати, все адепты «тёмного господина», находившиеся в нашей академии, дар еще не получили. Для получения тёмного дара всегда требовалось либо лично убить во славу их секты, либо заманить не менее пяти жертв. Поэтому все, кто имеет тёмный дар, убийцы, без вариантов.

Это хорошо. То есть, плохо, конечно, и мне очень жаль их жертв. Вот только теперь я могу окончательно перестать переживать, что уничтожила мракобесов в лесу и в зоопарке. Это была не просто самозащита, они были убийцами еще до того, как пришли за мной и дорогим мне драконом. Кстати…

— А почему они так стремились убить меня в лесу? Нет, я понимаю, они там нас всех пытались убить, но вычислив меня, кто-то приказал «убить иномирца», и все сосредоточились именно на моём укрытии. Почему?

— Боюсь, нам этого уже не узнать, — развёл руками ректор. — Какая-то причина у них была, но неясно, какая именно. Они определённо знали, что раз Хонстейн ушёл в другой мир, здесь должна оказаться его замена. Но вот какую именно опасность ты для них представляла — мы уже не узнаем никогда. Можно лишь высказывать догадки, которые некому подтвердить.

— Ну и ладно! — махнула я рукой. — Не так уж это и важно. Просто было любопытно.

— Кажется, нашим студентам пора на занятия, — посмотрев на стену, где висели часы, сообщал нам ректор.

— И не только студентам, — Девиор поднялся из-за стола. — Пойду, поучу чему-нибудь воздушников. Заодно послушаю планы девушек по моему соблазнению — интересно, они когда-нибудь догадаются, что я прекрасно слышу их перешёптывания даже из коридора? Возможно, я даже позволю чьему-то плану сработать.

— Что? — я вытаращилась на дедулю, словно у него вдруг рога выросли.

— А что? — он лукаво улыбнулся. — Ты же не думаешь, что если я сейчас не женат, то всё ещё девственник?

— «Сейчас»? — шок — это по-нашему.

— Габриэль, — перевёртыш посмотрел на меня слегка укоризненно. — Я понимаю, что каждое поколение уверено, что это именно они изобрели секс, но не настолько же. Мне почти четыре тысячи лет, и я много раз был женат. Да, у меня не было потомков и никакой надежды когда-либо их заиметь, это сидело больной занозой в моём сердце, но это не повод хоронить себя заживо.

— Прости, дедуль, — я смущённо улыбнулась. — Ты прав, ты абсолютно прав. Просто это для меня как-то… непривычно, что ли.

— И почему я так удивилась, — говорила я чуть позже Рику, провожавшему меня до кабинета истории, принцы ускакали вперёд, не дожидаясь меня. — Пример дедули Дэна перед глазами, он, пока не встретил реинкарнацию своей половинки, тот ещё ходок был. Женщины от него без ума были, и он от них тоже не шарахался, а ведь он тоже потерял свою половинку. Да и остальные мои холостые родственники целибат не держат. Почему меня так удивило, что Девиор живёт полной жизнью? Может, потому, что при первой встрече он показался мне таким трагичным?

— Он действительно страдал от невозможности завести бессмертных детей, но уж точно не от отсутствия женского внимания. Наоборот, его трагичная история еще сильнее привлекала к нему женщин.