Оксана Чекменёва – Невезучая попаданка, или Цветок для дракона (страница 8)

Вздохнув, я достала из рюкзака аптечку, укомплектованную так, словно мы с Хизер не в недельный поход по безопасной местности, под пристальным наблюдением проводников и Кевина собирались, а как минимум — на месяц в джунгли или тайгу, в одиночку и без средств связи. Случись что — Хизер получила бы помощь в течение пары минут максимум, но мамы — они такие мамы, и даже мы с папой её паранойю не смогли преодолеть, поэтому я просто сунула в рюкзак аптечку.

Учитывая, что регенерация меня не покинула, аптечка была для меня мёртвым грузом. Поэтому я отнесла её врачу, которого звали Теранс — мы всё же познакомились, — и показала, что пить при боли, что — при температуре, а что при поносе. Чем обеззараживать ранки, чем смазывать ожоги, а что колоть при анафилактическом шоке. У Хизер не было аллергии ни на что, у оборотней аллергий не бывает, но дядя Джеффри, собирая аптечку под чутким маминым руководством, даже и не подумал с ней спорить — бесполезно. Он же вложил в аптечку список-инструкцию, что сильно меня выручило — не болея ни дня в своей не такой уж и короткой жизни, о лекарствах я имела весьма смутное представление, больше по книгам, где болели персонажи.

Теранс несколько скептически отнёсся к «иномирным пастилкам» — слова «таблетки» здесь не существовало, — хотя перевязочному материалу обрадовался. А вот Грэдир, слышавший наш разговор, вызвался стать добровольцем в испытании обезболивающего. Выпив пару таблеток, он вскоре почувствовал положительный эффект — ещё бы, дядя Джеффри, слегка помешанный на обезболивании, ерунду не положит, — о чём нам радостно доложил, и вот уже я второй раз диктую врачу, что для чего предназначено, а он надписывает коробочки чем-то, очень похожим на древние перьевые ручки двадцатого века.

С удивлением и радостью я осознала, что понимаю всё, что он пишет. Хотя сама вряд ли сумела бы что-то написать этими странными буквами, впрочем, пока не попробую — не узнаю. Только времени на пробы не осталось — капитан Лорни как раз зарядил свою коробочку и послал вызов магистру Ρандолфу. Ещё полминуты — и появилась голограмма головы магистра, на этот раз довольно растрёпанная и без того красивого обруча.

— Видимо, случилось что-то очень серьёзное, если ты не стал дожидаться времени выхода на связь, — сонно моргая, хриплым голосом поинтересовался магистр.

— На наш отряд напали мракобесы, — просто ответил капитан.

— Что? — охнул магистр. — Ты жив? А остальные? Много погибших?

— Все живы. Один легко раненный боевик и сильное истощение у защитников, но они уже пришли в себя.

— И всё? — в голосе Рандолфа сквозило недоверие, но такое… радостное. Когда не можешь поверить во что-то очень хорошее, но совершенно невозможное. — Их что, было двое-трое?

— Двадцать семь, — подал голос Азерк, подняв голову от какой-то бумаги, которую внимательно рассматривал. — И все мертвы.

Я вздрогнула. Они все мертвы, те, кто на нас напал. Двадцать семь разумных существ умерли от моих рук? Ну, пусть не рук, но… Я же всё равно получаюсь убийца?..

— Двадцать семь? — хотя магистр видеть его не мог, но явно услышал. — Это невозможно! Как?!

— Нас спас Габриель, — пояснил Лорни. — Мальчик-иномирец. Он оказался зеркальщиком. Щиты мракобесов были рассчитаны на наши снаряды, против своего мрака они в тот момент были беззащитны, им и в голову не пришло поставить от него хоть какой-то заслон — и вот результат.

— Зеркальщик? Но это же просто легенда! Сказка о существах из другого мира! Из другого мира… — магистр, хмурясь, потёр висок. Кажется, до него начало доходить, как прежде — до моих спутников. — Значит, зеркальщик? Легенда ожила. И мы должны это увидеть, немедленно. Так! — Он словно бы встряхнулся, — капитан, вы с иномирным ребёнком вернётесь порталом, мы создадим его… — он посмотрел куда-то вбок, пошевелил губами, словно что-то подсчитывал, — в пятнадцать утра. Будьте готовы.

В пятнадцать утра? Мой внутренний переводчик сбился, или тут что-то не то со временем? Любопытство заставило меня отодвинуть не самые радужные мысли о смертях по моей вине. И потом — они первыми напали! И собирались убивать. Всех, и меня тоже. Это была самозащита, любой суд с этим согласится.

Наверное, после я не раз вернусь к мысли, что невольно, защищаясь, но всё же стала убийцей. А сейчас слишком много всего происходит, и если дать себе волю — но просто свихнусь, столько всего на меня высыпалось за неполные сутки. Как говорила Скарлет — я подумаю об этом завтра. А сейчас, кажется, наши планы вновь меняются.

— Ты будешь сопровождать иномирца, отряд пусть ведёт лейтенант Азерк. Кстати, а почему мракобесы напали на вас? И что вообще делали здесь, так далеко от любого жилья, да ещё в таком количестве?

— К сожалению, допросить кого-либо возможности не было, — начал капитан, но вмешался Азерк:

— Они планировали встретиться здесь с Хонстейном, — лейтенант подошёл ближе и показал то, что держал в руках. — На карте отмечено место их встречи, с инструкциями, оставленными Хонстейном. Кажется, они планировали перенестись в другой мир все вместе, но Хонстейну пришлось уйти раньше, чтобы не быть нами схваченным. Видимо, не дождавшись или не найдя его на месте встречи, они стали искать — и наткнулись на нас. Хотя, это только моё предположение.

— Скорее всего, они точно знали, что он ушёл, — подхватил Лорни. — Они знали о том, что среди нас иномирец, и сосредоточились на его уничтожении. Почему — не знаю.

— Нужно будет собрать совет, — магистр снова потёр висок, нахмурился. — Возьмите с собой эту карту и всё, что сможете найти — документы, бумаги, артефакты.

— Боюсь, это единственное, что осталось, — покачал головой Азерк. — Карта лежала в седельной сумке, поэтому сохранилась. Больше ничего полезного там нет — только одежда и припасы. Εсли и было что-то ещё, мракобесы хранили это при себе, и оно было уничтожено мраком вместе с телами.

Я содрогнулась. Но тут же отпихнула от себя мысль о том, что за страшное оружие этот мрак, которым я в тот момент управляла. Не думать об этом. Не сейчас!

Капитан ещё поговорил с магистром, но я уже не вслушивалась в технические детали открытия портала — точное время и координаты, которые совершенно ничего мне не говорили. Полная тарабарщина. Но вряд ли в другом мире будет наша система координат, даже мой внутренний переводчик не нашёл ничего похожего на градусы, широту и долготу. Просто набор чисел, словно шифровка.

Поэтому я задумалась о том, что мне вскоре — или не вскоре, нужно всё же разобраться с местным временем, — предстоит. С одной стороны радует, что недельный конный переход по лесу, а может и не только, отменяется. Сюда отряд добирался три дня, но теперь уже не было нужды так спешить, загоняя себя и коней, поэтому — неделя в окружении природы и толпы мужчин, да и удобства весьма сомнительные. А теперь мы с капитаном преодолеем то же расстояние, но за доли секунды. И это радовало.

С другой — снова неизвестность. К своим спутникам я более-менее привыкла, знала, что в целом отношение ко мне доброжелательное, для них я — ребёнок, которого нужно опекать и защищать, порой и своим телом, что наглядно продемонстрировал мне Теранс. На поступке Грэдира я решила не зацикливаться — его в тот момент понять было можно, а позже он извинился. И за эту неделю я планировала узнать о мире, в который попала, как можно больше. Конечно, пришлось бы и о своём рассказывать, но это был бы равноценный обмен. А теперь я попаду в руки совета магов, видимо, очень важную организацию, и ещё неизвестно, будут ли там со мной обращаться так же по-человечески, или я для них буду лишь чем-то вроде подопытной крыски.

Ладно, поживём — увидим, изменить-то я уже ничего не смогу. А пока нужно хотя бы во времени разобраться.

Разобралась. Всё оказалось и просто, и сложно одновременно. В сутках здесь было по пятьдėсят часов, в часе — пятьдесят минут, в минуте — пятьдесят секунд. Не зря мне вчера показалось, что те три часа до сеанса связи как-то слишком быстро пролетели — в пересчёте на привычное мне время, и полутора часов не прошло. И «пятнадцать часов утра» — это, по нашему, начало восьмого, к счастью, полдни и полночи в обоих мирах совпадали.

Я быстренько ввела в программу браслета данные, и теперь на часах у меня высвечивались оба варианта времени. Думаю, постепенно привыкну. Хотя, очень надеюсь, что не успею. Не хотелось бы задержаться здесь так надолго.

Про календарь спрашивать побоялась, чувствовала, что и здесь меня ждёт сюрприз. А у меня в последнее время их и так немало было.

В ожидании завтрака, я решила разобраться с вещами. Сейчас у меня было два рюкзака, при этом мой полегчал весьма заметно после того, как я выложила из него все продукты — оставив лишь пару пакетиков с конфетами, — и немаленькую аптечку. Прикинув размеры оставшегося добра, я решила, что вполне умещу всё и в один рюкзак, если ещё от чего-нибудь избавлюсь.

В итоге отдала своим спутникам «на сувениры» спальный мешок Хизер, её посуду, фонарик, запасные кроссовки — всё равно они мне велики, — и сам рюкзак, отстегнув с него небольшую солнечную батарею, а так же наш общий котелок и топорик. Топорик было немного жалко, всё же, как-никак, единственная вещь, которая могла сойти за оружие — складной ножик с четырёхдюймовым лезвием не в счёт, им только колбасу резать, — но он был довольно тяжёлый, и, может, в совет магов с холодным оружием всё равно нельзя?