Оксана Чекменёва – Младший близнец, или Спасённая "Лесным демоном" (страница 35)

- И что он сказал? Признался?

- В подпиливании моста - да. Но клялся и божился, что смертоубийства не планировал. По его словам, хотел лишь покалечить соперника, надеялся, что если Навир охромеет или окривеет, ну или просто шрам на лице получит, Шилита от него откажется. Хотя, упади Навир так же неудачно, как я, истёк бы кровью в секунды. Мы, оборотни, в волчьей ипостаси в разы крепче людей. И намного более живучие.

- Может, врёт? Выгораживает себя, чтобы приговор смягчить?

- У дознавателей амулет правды есть, все допросы с ним проводятся. Нет, Кирош действительно не планировал убивать. Но вполне мог это сделать.

- И что с ним теперь будет? - спросила я, с замиранием сердца ожидая, что Росс скажет - казнят.

Да, этот негодяй казни заслуживал, но только... Я - травница, бабушка учила меня спасать жизни, а учитывая, сколько невинных приговорили к смерти в Коряжках, включая меня саму, для меня это была болезненная тема.

То, что жреца и отца Крофа казнят, а может, и казнили уже, было правильным. Они были настоящими убийцами. А этот Кирош всё же никого не убил, да и не собирался. Подлец, дурак, но не убийца.

- Я поговорил со старшим дознавателем. Тот сказал, что раз уж я не настаиваю на покушении лично на меня - а я не настаивал, сама понимаешь, я во всё это случайно влип, и даже рад этому...

- Рады? - удивилась я.

- Рад. Да, поранился, но три дня отлежался - и жив-здоров. Меня же оглоблей не перешибёшь, - с улыбкой повторил Росс мои слова. Потом посерьёзнел. - А Навир мог погибнуть или серьёзно покалечиться. Я бы, конечно, послал за целителем для него, но лишись он глаза, как надеялся Кирош, этого ни один целитель не исправил бы.

- Да, Навиру точно повезло. Так что тот дознаватель сказал?

- В общем, раз я не выдвигаю обвинение, судить будут за организацию покушения на Навира и за... как он там выразился? «Непредумышленное нанесение лёгкого вреда здоровью» мне.

- Ничего себе - лёгкого! - возмутилась я.

- Вред определяется по последствиям. А я, спустя пару дней, на своих ногах к ним явился. В общем, ждёт Кироша каторга, от двух до восьми лет, тут уж как судья решит, и оплата материального ущерба - за разрушенный мост.

- А вот это правильно! - закивала я. - А то он мост подпилил, а новый вы за свои деньги строите. А он, может, ещё десять лет простоял бы! И пусть не только за мост, но и за всё остальное заплатит!

- За остальное?

- А как же! Хотя бы за одежду, которую с вас срезали. За простынку испорченную, за исподнее обрезанное - сколько там? Две пары? Три? И... и...

- За визит травницы, - улыбка Росса, становившаяся всё шире, пока я перечисляла его убытки, перешла в негромкий смех. - За настойки твои, за бинты.

- А пускай! - разошлась я. Раз этот гад Кириш жив останется - пусть за всё платит! -Пусть и за лечение заплатит, откуда ему знать, что для вас оно бесплатное.

- А оно бесплатное? - Росс прищурился и слегка склонил голову, внимательно меня рассматривая.

- Конечно, - даже растерялась я от такого вопроса. - Кто же близких за деньги лечит, вы что?!

- А мы близкие? - с тем же выражением уточнил оборотень.

- Ну... да... - тут я и сама задумалась. Но не просто же так я кинулась лечить Росса, даже не вспомнив о какой-то там оплате до этого разговора. И ответ нашёлся. - Вы же папа моей сестрёнки, значит, мы в некотором смысле родственники, верно?

- Верно, - кивнул Росс, всё так же пристально глядя на меня. - Спасибо... родственница.

- Не за что, - смутилась я. - Спокойной ночи.

И, не дожидаясь ответа, вышмыгнула за дверь. А идя к нашему домику, задумалась - а правда ли я так старалась помочь Россу, потому ли даже и не вспомнила об оплате, щедро тратя на него не самые дешёвые настойки, что он - отец моей Поузи?

Или была другая причина?

Глава 29. Борода

День сороковой

Так ничего и не надумав, я ушла спать - и так глаза едва открытыми держала. Потом всё обдумаю, когда высплюсь.

Назавтра, как и обещал, Росс остался дома, в основном - до обеда и после ужина, -работал у себя в кабинете, обедал с нами, а после предложил нам с девочками остаться в его комнате. Я с удовольствием наблюдала, как отец общается с дочерями, включается в их игры, привлекает к разговору и Джуни тоже.

Росс много рассказывал нам о своём детстве, о брате и младших сестрах, о племянниках, с которыми обещал немного попозже познакомить дочерей - всё же, это были их родственники. Эта встреча была назначена на празднование Перелома зимы, который проходил в день зимнего солнцестояния, в этот день вся семья собиралась у деда Росса, на это время оборотень и планировал поездку с дочерями в столицу.

А пока, хотя близняшкам и было любопытно, и они расспрашивали отца о своих кузенах, но было заметно - встречи с роднёй несколько... опасались, что ли. Мимолётное знакомство с бабушкой их явно не впечатлило, дед понравился больше, в основном леденцами, девочки только-только начали обживаться в новом доме и привыкать к новой жизни, какие-то перемены - поездки, новые знакомства, - их пока не привлекали.

Впрочем, до той поездки ещё почти два месяца, а пока пусть девочки потихоньку обживаются. Вон, больше месяца прошло, а Суози всё ещё зажата, говорит мало, а к отцу прикоснулась только от испуга. Нужно время. В основном именно из-за неё Росс, как оказалось, запретил своей многочисленной родне нас навещать. Поузи вполне уже была готова к этим встречам, может, слегка робела бы, но не больше - для неё главное, чтобы я была рядом.

У Суози такого якоря, как любящая семья, не было. Разве что Кофф, который внушал ей некоторое чувство успокоения и защищённости, но этого явно было мало.

Но мы все надеялись, что пройдёт время, и Суози почувствует себя, наконец, в безопасности. Да, её жизнь изменилась к лучшему, но, кто знает, что творится в головке у этой малышки, если она до сих пор верила - случись что с её отцом, она отправится обратно в тот кошмар, в котором прошла вся её прежняя жизнь.

Когда, отпуская нас на ужин - сам он собирался перекусить позже, в своём кабинете, -Росс вновь запросил обнимашек, чуда не случилось. Суози всё так же стояла, позволяя себя обнимать, словно не она вчера цеплялась за Росса и утыкалась лицом в его плечо.

Мы с оборотнем переглянулись. Да, вчера была случайность, испуг, эмоции. Сейчас, в спокойном состоянии, Суози продолжала вести себя как прежде. И изменить ничего нельзя - остаётся только ждать. И любить.

Я как-то не ожидала, что, обняв девочек, Росс и ко мне протянет приглашающе распахнутые руки. Что, опять?

- Ну что же ты, Уилли? Обними своего... родственника, - хитро прищурившись, предложил Росс.

- Обними, обними! - Поузи радостно запрыгала, хлопая в ладоши.

Что ж, не разочаровывать же сестрёнку и новоявленного родственника. Я наклонилась к сидящему оборотню - сама же и настояла, чтобы он с кресла всё это время не вставал, -положила руки ему на плечи и почувствовала, как на спину легли горячие ладони, а к щеке на секунду прижались мягкие губы и колючие усы.

Отстраняясь, невольно поёжилась и машинально потёрла щёку.

- Что такое? - взгляд оборотня с некоторой обидой проследил за моей рукой.

- Щекотно, - призналась я.

- Вот как? - Росс задумчиво пощупал усы и бороду возле рта.

- А меня сюда поцелуй! - к отцу тут же подлетела Поузи, тыча себя пальцем в щёку. - Я тоже хочу попробовать.

Росс тут же наклонился и чмокнул дочь в щёчку. Та захихикала и тоже стала тереть её рукой.

- Щекотно, папа! Лучше ты Уилли тоже в голову целуй, там волосы, через них не щекотит!

- Не щекочет, - машинально поправила я.

- Я подумаю над твоим советом, - Росс серьёзно кивнул дочери, продолжая задумчиво теребить свою бороду.

Было такое чувство, что он настолько к ней привык, что даже забывал, что она у него есть. Мы же не помним всё время, что у нас уши есть. Или пальцы на ногах. Пока не пораним или не начнём мыть - и не помним о них. Так и тут.

Но, может, даже и лучше, если Росс будет меня в голову целовать, как девочек, раз уж решил завести такую традицию. А то мне от прикосновений его усов, конечно, щекотно, но вот от самих губ чувство было совсем другое. От которого сердце сладко ёкало и под ложечкой сжималось.

Что-то похожее я испытывала, когда сама трогала оборотня, занимаясь его ранами на второй день, и от вида его обнажённой груди и живота.

Чувство приятное, но совершенно непонятное. И от того слегка пугающее. Поэтому -лучше в голову пусть целует. Через волосы не только усы не почувствуешь, но и губы.

Росс действительно подумал над советом Поузи, но нашёл совсем другой выход. На следующий день, придя по его приглашению на обед, мы застыли в дверях, глядя на сидящего за столом незнакомого мужчину.

Красивого мужчину. Очень красивого. Я просто залюбовалась его высокими скулами и ямочкой на подбородке. А губы, расплывшиеся в улыбке, какие красивые...

А потом я встретилась взглядом со знакомыми голубыми глазами, весело ожидавшими, когда же, наконец, до нас дойдёт, и ахнула:

- Росс, это вы?! - Потом спохватилась и быстро исправилась: - То есть, господин Ликолвер.

- Можно просто Росс, раз уж именно так я когда-то тебе представился, - с улыбкой ответил оборотень. - Что же вы стоите, девочки, проходите, садитесь.