Оксана Чекменёва – Доминика из Долины оборотней (страница 53)

– Так ты это имел в виду, говоря «срочная вампиризация», когда дядя Ричард нашёл Эбби? Я тогда не поняла, что это за слово, решила позже переспросить и забыла.

– Да, именно это я и предлагал. Думал, хоть так удержать половинку Ричарда. Я же не знал, что ей это не нужно.

– Погоди, а Настя? Ты сказал, что жёны уже стали бессмертными… А она что, не хочет?

– Хочет. Точнее – планирует. Просто ждёт, когда переродится Эрик. То же самое и с Элли, мамой Рэнди. Но они обязательно станут бессмертными, и их половинкам не придётся их терять.

– Их укусят? – Я слегка содрогнулась.

– Нет. Это раньше, в древности, укус был единственным способом. Но для обращения нужно лишь, чтобы яд вампиров попал в кровь, а для этого не обязательно кусать. Достаточно простой инъекции.

– Что-то вроде прививки? – рассеянно кивнула я, наблюдая, как мы приближаемся к клинике. – Ох, Фрэнк, что-то меня снова потряхивает...

– Всё будет хорошо, обещаю. Я буду рядом.

Понимая, что через это всё равно нужно пройти, я тяжело вздохнула и смирилась. Фрэнк занёс меня в холл и остановился, осматриваясь. Из одной двери выглянул дядя Джеффри.

– Ники, Фрэнк, доброе утро.

– Доброе. Как мама? К ней можно?

– Мама? Прекрасно. Скучает под капельницей. Можете пройти к ней.

– А не лучше ли подождать? – Я всё ещё старалась как-то оттянуть объяснение. – Когда переливание закончится...

– Оно продлится ещё минимум полчаса... – начал дядя Джеффри.

– И я уже сказал маме, что ты здесь, – подхватил отец, появляясь из другой двери, ведущей в палаты. – Пойдёмте, ей не терпится вас увидеть.

И мы пошли в сторону палаты, поскольку отсрочить визит было уже невозможно. Перед приоткрытой дверью я жестом попросила Фрэнка поставить меня на пол, после чего, вцепившись в его руку, сделала пробный шаг. Вполне терпимо. Криво улыбнувшись выжидательно глядящим на меня мужчинам, давая понять, что со мной всё в порядке, я зашла в палату, стараясь ступать как можно ровнее. Пройдя семь шагов – я считала! – я, пряча вздох облегчения, уселась в кресло, стоящее возле кровати, и сосредоточила внимание на лежащей на ней пожилой женщине. Она, в свою очередь, не менее внимательно смотрела на меня.

– Привет, мам, – робко улыбнулась я, взяв её свободную от капельницы руку.

Мои мысли скакали, перебивая друг друга. Кто начнёт рассказ о моих приключениях? Что именно нужно рассказать? Мама, наверное, удивилась, увидев меня здесь? Хотя удивлённой она не выглядела. Ах, да, она же ждала меня. Она, наверное, знала, что я ночевала дома. Но как отец объяснил моё появление здесь? А мама выглядит хорошо. Не пойму, что изменилось, вроде бы ничего, но... Что-то всё же определённо изменилось – то ли блеск в глазах, то ли цвет лица...

– Доброе утро, доченька, – улыбнулась мама мне в ответ, прерывая мои размышления. – Ты не представишь мне этого молодого человека?

Обернувшись на стоящего рядом Фрэнка, я сообразила, что всё ещё держу его за руку, фактически приведя с собой в палату.

– Мама, это мой Фрэнк, – с гордостью представила я его.

– Твой? – она подняла одну бровь.

– Мой! – повторила я.

– Разрешите представиться, мэм, – Фрэнк вдруг опустился на одно колено и, забрав у меня мамину руку, поцеловал её. – Фрэнсис Кэмерон. Я люблю вашу дочь и клянусь беречь и лелеять её до конца своих дней.

От дверей раздался кашель – было такое чувство, словно отец поперхнулся от неожиданности. А мама внимательно вгляделась в лицо Фрэнка и вдруг спросила:

– Так это вы спасли мою девочку?

– Ты знаешь? – ахнул отец.

Я тоже смотрела на маму в растерянности – чего-чего, а подобного вопроса мы точно не ожидали.

– Ах, Синклер, – улыбнулась она. – Ты настолько привык к тому, что превосходишь меня, как и любого человека, во всём, что забываешь – я всё же не глухая и не слепая. Вы с Джеффри и Коулом, конечно, старались говорить потише, но не настолько, чтобы я вас не услышала.

– О, боже... – пробормотала я, слыша за спиной стон отчаяния.

– Мы собирались тебе рассказать, правда, – отец подошёл к кровати и, опустившись рядом с ней на колени, забрал мамину руку у Фрэнка и прижал к своей щеке. – Просто хотели сначала показать тебе Ники. Что с ней действительно всё в порядке.

– С ней явно не всё в порядке. Доченька, почему ты прихрамываешь?

Ну, вот, а я так старалась идти ровно!

– У меня ожог на ноге, но он уже почти зажил. Мам, честно, спроси дядю Джеффри.

– Я верю. Ты стараешься беречь одну ногу, но, в принципе, наступаешь на неё довольно уверенно.

– Это всё кровь Фрэнка! – с гордостью воскликнула я. – Она волшебная!

– Да, это так, – мама с улыбкой кивнула. – Сегодня первый день за... не помню, сколько лет, когда я не чувствую боли в спине. И давление в норме, и зрение улучшилось. И в целом я чувствую себя просто замечательно. Эта кровь, действительно, волшебная.

– Мам, я так рада!

– Я и сама рада. А теперь, может, расскажете мне, что же всё-таки произошло? Я слышала лишь обрывки разговоров – достаточно, чтобы понять всё в общих чертах, но не более того.

– Ты так спокойно реагируешь, – покачала я головой. – А мы так переживали, боялись тебе рассказать...

– Знаете, первое, что я услышала обо всей этой истории, это: «Ники в порядке, Дэн передал, что Франциско спас её». – Мама вопросительно взглянула на Фрэнка, и он кивнул, подтверждая, что речь шла о нём. – После этого я могла достаточно спокойно ловить обрывки разговоров, пытаясь понять, что же произошло, ведь ты, доченька, была в порядке и спасена. Остальное было уже не так страшно. Зря ты сразу мне всё не рассказал, Синклер.

– Прости, Элоиз, я верил, что так будет лучше. Я был неправ.

– Просто больше никогда не скрывай от меня ничего, что касается моего ребёнка. И уж тем более – не ври.

– Хмм... Кажется, я начинаю понимать, почему ты так легко приняла мои слова, что Ники позвонила мне вечером с сообщением, что у неё всё в порядке. Ты поэтому не стала настаивать на личном разговоре с ней?

– Да. Ты так отчаянно старался уберечь меня от волнений, что я решила позволить тебе это. Поскольку я уже была в курсе, что всё страшное позади. Так вы расскажете мне, что же случилось на самом деле?

– Даже не знаю, с чего начать, – пробормотал отец в растерянности.

– Начните со взрыва.

– Ты и это знаешь?!

– Знаю. Мне позвонила миссис Клиффорд, хотела поблагодарить Ники за своё спасение. Она не дозвонилась на наш домашний номер, но у неё был ещё и номер моего мобильного.

– Как она? – я действительно переживала за старушку, вмиг потерявшую всё, что имела.

– На удивление спокойна. Больше всего переживает из-за Макса, она очень любила своего кота. А дом... Конечно, он был ей дорог, но когда едва не потеряешь жизнь, смотришь на вещи несколько иначе. Она собирается переехать к дочери в Хот-Спрингс. Прежде лишь этот дом, наполненный воспоминаниями, удерживал её в Литл-Роке, но теперь она хочет быть рядом со своими близкими. А страховая компания вернёт ей деньги за утраченное имущество.

– Я рада за неё, – Я, действительно, была рада за старушку. Для неё произошедшее было страшным потрясением.

– Но, доченька, как же ты смогла вынести её? Она, конечно, совсем крошечная, но всё же...

– Мам, это не я. Это Фрэнк. Он спас нас обеих. Он вынес нас прямо из взрыва. Укутал своими крыльями – знаешь, у него есть крылья, как у Рэнди, только ещё больше! И на нас с миссис Клиффорд ни одна искорка не попала! А сам Фрэнк опалил себе волосы, и ему пришлось коротко постричься, видишь. А у него были такие красивые волосы! Почти как у дяди Гейба, только чуть-чуть покороче. И бороду ему тоже пришлось сбрить, но вот о ней я не жалею – она скрывала его прекрасное лицо. Мам, видишь, какой мой Фрэнк красивый! И почти всё его лицо было скрыто под бородой, только его глаза были видны. У него такие красивые глаза!..

Я притормозила, услышав бормотание отца.

– Я спокоен, я спокоен, я совершенно спокоен...

– Пап, ты чего?

– Нет-нет, всё нормально, Ники. Мы уже поняли, что твой Фрэнк очень красив.

– Это вы ещё его уши не видели, – надулась я, чувствуя, что красоту моего Фрэнка, похоже, вовсе не оценили по достоинству. – Не эти уши, другие.

– Я, вообще-то, видел, – хмыкнул отец. – Уши как уши, такие же, как у Дэна или Роба.

– Никакого сравнения! Но тебе этого не понять, ты же мужчина.

– Куда уж мне.

– Синклер, прекрати дразнить девочку. Ники, так что же случилось в доме миссис Клиффорд?

И я начала свой рассказ. Про то, как решила отнести ей формочки для кексов тем же вечером, не дожидаясь следующего дня, на который у меня были другие планы. Как нашла её без сознания, а Макса мёртвым, как удивилась горящим свечам, как увидела в окно мистера Бродерика, а потом поняла, что же за запах я почувствовала. Мне пришлось вернуться к событиям понедельника, когда бедняга Бастер попал под колеса машины миссис Клиффорд – оказалось, что мама об этом уже знала, миссис Клиффорд рассказала ей по телефону, а вот папа – нет, а ведь именно это послужило началом всей цепочки последующих событий. И как я поняла, что не успею выбежать до взрыва, а потом меня унёс «ангел».

– Ангел? – поднял брови отец.