Оксана Чекменёва – Чёрная пантера с бирюзовыми глазами (страница 50)

– Можешь воспользоваться моим, – предложила я. – Правда, я до сих пор его не подключила. Какой у вас тут интернет?

– Беспроводной и бесплатный, – объяснил Томас. – Вай-фай покрывает всю Долину. Подключайся, где хочешь, никакого пароля нет.

– Это хорошо. Мне нужно проверить почту – нет ли новых заданий от издательства. Кстати, а если я захочу заказать что-то по интернету – какой у вас адрес?

– А у нас нет адреса, – хмыкнул Томас. – Нас вообще как бы и нет. Официально нас не существует. И если нужно, мы делаем заказ на магазин Зака. Или на офис Гейба в Биллингсе – но это реже, оттуда ведь нужно ещё сюда привезти, а Гейб туда не каждый день летает.

– Понятно. И в принципе – логично. Ну, что же, давайте запишем то, что сможем купить завтра, а уж с остальным ты, Вэнди, потом сама разберёшься.

Ещё через пятнадцать минут, покинув дом, мы с Вэнди направились к клинике – она очень хотела познакомить меня со своим отцом, а Томас, забрав Лаки, ускакал домой, пообещав распечатать для нас список покупок. В клинике нас радушно встретил Джеффри, ненадолго выглянувший из лаборатории, где явно колдовал над моей кровью. Предупредив, что Каро заснула, он предложил мне заглянуть к нему перед уходом, после чего вернулся к своему занятию.

Мы тихонько заглянули в палату, где кроме спящей Каролины находился очередной оборотень. Ещё один незнакомый мне красавчик-гигант, на этот раз – кудрявый шатен с давней щетиной, уже почти превратившейся в бороду. Похоже, отец Вэнди не брился с момента похищения своей семьи. Забавный момент – если почти всё время он был в облике пантеры, а щетина вполне соответствовала прошедшему времени, то получается, что она растёт даже тогда, когда оборотень – не человек? Так что ли? Интересно. Но нужно будет у Гейба уточнить. Или у Джеффри, он-то уж точно изучил свою расу вдоль и поперёк.

Заметив нас, Роджер осторожно встал с кресла, в котором прежде спала Вэнди, и бесшумно вышел в коридор. Там он вдруг опустился передо мной на одно колено и поцеловал обе мои руки. От неожиданности я слегка растерялась, а мужчина поднял на меня голубые, такие же, как у дочери, глаза, в которых стояли слёзы, и произнёс.

– У меня нет слов, чтобы выразить свою благодарность за спасение моей семьи. Отныне и навеки я – ваш преданный раб.

Ох, умеют же благодарить мужчины из прошлого. Но я совершенно не знала, что должна на это ответить. «Пожалуйста»? Ну, это не совсем сочетается со словами высказанной мне благодарности. «Не за что»? Ещё более глупо, это низводит Вэнди и Каролину до уровня чего-то незначительного. Сделать книксен и сказать что-то вроде: «Ах, сударь, я польщена. Такой импозантный мужчина – и у моих ног»? Полный дибилизм.

Я растерянно молчала, когда огромные ладони вдруг легли на мои плечи, а над моей головой раздался знакомый голос.

– Роджер, кончай смущать мою девочку. Встань, наконец, и отпусти её руки!

Патетика момента была утеряна безвозвратно, и ко мне пришли, наконец, нужные слова.

– Я рада, что смогла помочь, – слегка подвинувшись назад, я прислонилась спиной к груди Гейба – хотя, скорее, к животу, – и улыбнулась вставшему, наконец, с колена Роджеру. Вэнди тут же прильнула к его ноге.

– Как Каро? – поинтересовался у него Гейб.

– Ей уже намного лучше. Инфекции удалось избежать, так что, по словам Джеффри, через пару дней она сможет вернуться домой.

– Это замечательно. Ваш дом уже приведён в порядок, так что можешь переночевать там, если хочешь. Только вот еды там нет, да и всяких нужных мелочей. Так что приходи к нам, когда проголодаешься.

– Спасибо, но я лучше останусь здесь. Кроватей свободных тут достаточно, еды тоже, благодаря нашим женщинам, так что загнуться от голода мне не грозит. Кстати, Рэнди, спасибо за котлетки. Это было первое, что я съел за последние два дня. Или три, не помню.

– Пожалуйста, – улыбнулась я.

– Ну, что, девочки, пойдём домой?

– Нет, дядя Гейб, я ещё побуду тут с папой. А ночевать приду к вам.

– Договорились, малышка, – Гейб потрепал Вэнди по рыжеватым кудряшкам. – Кстати, Роджер, ты заметил, что дочка теперь практически твоя полная копия. Только без бороды.

– Заметил, – усмехнулся тот. – Мне нравится. Надеюсь, она останется такой подольше.

– Я собиралась завтра купить краску и снова сделать Вэнди блондинкой.

– Не обязательно, – девочка махнула рукой. – Я уже привыкла. Побуду пока папиной дочкой. Всё равно светлые волосы скоро отрастут, тогда срежем крашенные и всё. Мне начинает нравиться короткая стрижка, с ней удобнее.

– Ну и славно, – кивнул Гейб. – Тогда мы пошли.

И, привычно приобняв меня за плечи, направился к выходу. Но у дверей нас остановил голос Джеффри.

– Не хотите послушать, что мне удалось узнать?

Мы переглянулись.

– Я хочу, – шепнула я Гейбу.

– Мы хотим, – тут же ответил он Джеффри, и мы, вслед за доктором, прошли в кабинет.

– Итак, – начал он, когда мы все расселись на стульях. – У тебя, как и у нас – двадцать пять пар хромосом. Но ты и раньше это знала.

Вопрос был риторическим, но я кивнула.

– Я сделал сравнительный анализ твоей и нашей крови, – продолжил Джеффри. – Человеческие хромосомы, которые есть и у тебя, и у нас, меня мало интересовали. Поэтому я сосредоточился именно двух на последних парах, которые отличают нас от людей. Конечно, за прошедшие часы я смог сделать лишь самый поверхностный сравнительный анализ, и то, лишь благодаря суперсовременному оборудованию у меня есть хоть какие-то результаты. Но уже могу сказать совершенно определённо – сходство наших видов просто невероятно! Совпадение – более девяноста пяти процентов!

– Я в этом и не сомневался, – притягивая меня к себе ещё ближе, промурлыкал Гейб.

– Но что с остальными пятью процентами? – поинтересовалась я.

– Не знаю, – пожал плечами Джеффри. – И вряд ли когда-нибудь узнаю. Для этого нужно расшифровать и наш, и твой геномы, а мне это неподвластно. Но мы же и так знали про отличия. То, что ты переродилась практически ребёнком, и после этого продолжала расти, то, что ты в детстве не отличалась от человеческих детей – это очень заметные отличия от нас, но при всём том весьма незначительные на фоне общего сходства. И ещё – ты определённо оборотень. Эту группу генов я могу отличить, хотя весь геном мне и не подвластен. Но вот в кого ты сможешь превращаться – вопрос открытый. И узнаем мы это только по факту. Здесь я бессилен.

– Ну и ладно, – пожала я плечами. – Здорово, что я тоже оборотень, а в кого смогу превращаться – не столь уж принципиально. Главное, что в человеческом обличье мы такие схожие.

– Я рад, что ты смотришь на это именно так, – улыбнулся мне Джеффри. – Я, конечно, ещё поколдую над твоей кровью, не возражаешь? Если будет что-то новенькое – сообщу.

– Не возражаю, конечно. Если нужно ещё – берите!

– Нет-нет, того, что ты сдала, хватит с избытком.

– Если это всё, тогда мы, пожалуй, пойдём, – Гейб встал, и, попрощавшись, мы вышли из клиники и направились к дому, второй раз за этот день. Это мне кое о чём напомнило.

– Я забыла сказать Томасу, чтобы коленку намазал.

– Он намазал, – успокоил меня Гейб. – Ты разве не заметила за ужином, что он него пахнет мазью?

– Нет, – покачала я головой. – Об меня же предыдущий тюбик раздавился. И хотя я и приняла душ, всё равно чувствую на себе этот запах. Видимо поэтому и не заметила его от Томаса.

– Не переживай. Парнишка всё же не совсем пропащий. Он может недовольно ворчать, возражать и ныть, но распоряжения Джеффри исполняет беспрекословно. Кстати, не так уж и страшен тот его синяк. Я наблюдал за вами, когда вы запускали змеев – в движениях Томаса не было и следа скованности, он носился наперегонки с Лаки, словно и не ушибался вообще. А вот ты стояла и мечтала. О чём, если не секрет.

– Не секрет, – слегка растерявшись, пробормотала я. Мне не хотелось афишировать моё общение с Джереми, но я была просто не в состоянии солгать на прямой вопрос Гейба. Просто физически не могла сказать ему неправду.

– Похоже, тебе не очень-то хочется об этом рассказывать?

– Просто… Я боюсь, что ты сочтёшь меня сумасшедшей.

– Рэнди, ты одно из самых здравомыслящих созданий, которых я когда-либо встречал. Так о чём ты мечтала?

– Я не мечтала. Я разговаривала.

– Сама с собой? Ну, как говорится, с умным человеком и поговорить приятно.

– Да нет же! – прыснула я. – Я разговаривала с Джереми. – И, увидев лёгкую тень, набежавшую на лицо Гейба, уточнила: – Ему пять лет.

– Понятно, – Гейб заметно расслабился. – Впрочем, нет, не понятно. Как ты с ним разговаривала. Я не заметил у тебя ни наушников, ни какой-то другой гарнитуры.

– Вот в этом-то и дело! Я разговаривала с ним телепатически.

– Ты телепат? – в голосе Гейба звучало удивление, любопытство, но ни капли недоверия. Я слегка расслабилась. – И можешь общаться на расстоянии? А почему раньше об этом не говорила. Ты можешь прочесть мои мысли?

– Нет, – покачала я головой. – Я не телепат. И мысли не читаю. И общаться мысленно ни с кем, кроме малыша Реми не могу. У нас с ним связь с самого его рождения. Но только с ним.

– Очень интересно. А ты ни с кем больше не пробовала мысленно общаться? Вдруг получится?

– Нет. Я и с ним-то не пробовала, это он со мной «связался». Просто начал плакать у меня в голове. Знаешь, я даже какое-то время подозревала у себя шизофрению, проштудировала кучу литературы на эту тему. Похоже, но нет, это не мой случай. А ты, вроде бы, не особо удивлён. Это ведь ненормально.