Оксана Чекменёва – Чудо с ушами, или Успокоительное для дракона (страница 70)

– А… маркиз с нами не поедет?

– Нет. Я отправил его на другое расследование, думаю, вам пока лучше некоторое время не видеться. И тебе, и ему нужно переварить эту новость.

– Хорошо, – кивнула я и решила больше пока эту тему не поднимать.

Какое-то время я жевала в полной тишине, потом всё же не выдержала:

– Лэндориера арестуют? И будут судить?

Одно дело – дальние потомки, которых дракон и не знал даже, другое – сын, которого герцог пусть и не растил, но знал с детства.

– Да, – ровным голосом ответил дракон. – Ты ешь, Кимми, ешь, думаю, силы тебе ещё понадобятся. Я хотя и выгляжу спокойным, но ты не представляешь, чего мне это стоит. И это мы ещё не начали допрос Лэндориера.

– Я помогу, – прожевав последний кусок булки и отложив в сторону салфетку, пообещала я. – Всё, я готова. Поехали, не хочу заставлять всех ждать.

И мы поехали. Папку Вандерик сунул кому-то в форме, приказав хранить, как любимую девушку. Увы, в карете с нами ехал менталист, так что, пообниматься не получилось, мы лишь как-то одновременно взялись за руки и сплели пальцы, и это всё, что смогли себе позволить. Ну и то хорошо, у нас впереди ещё куча времени, учитывая, сколько живут драконы, а теперь и я тоже.

Дорога много времени не заняла – Лэндориер жил в небольшом доме на окраине столицы, где расположился крепкий средний класс или несколько выше. Мы даже в город заезжать не стали, так по сельской дороге и доехали туда.

– А у него семья есть? – глядя на домик с двумя окнами и дверью по фасаду и одним мансардным окном, спросила я, пока мы впятером – менталист и ещё двое в форме, – шли к входной двери.

– Да, но дети живут отдельно, у них свои семьи, а жена умерла около десяти лет назад. Сюда Лэндориер переехал четыре года назад, выйдя в отставку, и живёт здесь один.

С этими словами Вандерик решительно постучал в дверь. Спустя недолгое время она распахнулась, на пороге стоял старший из живых сыновей моего дракона. Увидев отца, он приятно удивился, но заметив за его спиной дознавателей в форме, вздрогнул и как-то резко перестал улыбаться. Зашарил взглядом по сторонам, словно ища возможность сбежать.

– Не делай глупости, Лэндориер, – жёстко произнёс мой дракон, вновь превращаясь в ледяную глыбу. – Силы явно не равны.

И двинулся в дом, заставив сына отшатнуться и уступить ему дорогу. Впрочем, едва герцог достиг дверного проёма, как мимо него змеёй проскользнул один из приехавших с нами дознавателей и исчез в доме, меня же придержал за плечо менталист, качнув головой, мол, погоди. Ну а что, я не возражала, уж наверное, собравшиеся тут дознаватели лучше знают, что и как делать.

– Всё чисто, – доложил тот, юркий, вновь появляясь в прихожей. – Была парочка неприятных сюрпризов, теперь их больше нет. Кстати, – это он к Лэндориеру, – о подземном ходе нам тоже известно.

После этих слов Вандерик протянул мне руку, и я тут же вложила в неё свою. Так, рука в руке, мы и прошли в гостиную, занимающую половину первого этажа, вслед за как-то разом осунувшимся и постаревшим Лэндориером. Остальная троица рассредоточилась по комнате, хозяин дома тяжело рухнул в кресло и уронил лицо в ладони. Мы же остались стоять.

– Расскажи мне о первом покушении на моего наследника, – нарушил тишину холодный голос герцога.

– Об отравлении? – его сын поднял голову и посмотрел на отца с какой-то странной в данной ситуации надеждой.

– Нет. О попытке утопления, – слова моего дракона вдребезги разбили надежду Лэндориера.

– Значит, он всё же вспомнил… – пробормотал тот. – А я-то надеялся…

– Почему? – голосом Вандерика можно было воду в лёд превращать. – Почему ты решил убить ребёнка, не сделавшего тебе ничего плохого? В то время он ещё даже не был моим наследником! Так почему?

– Был! – вскинулся Лэндориер. – Он был наследником, я это понял и… сорвался.

– Объясни, – пальцы дракона крепче сжали мою ладошку, впрочем, хоть и крепко, но всё равно аккуратно, больно не было.

– Это был порыв. Не знаю, что на меня нашло, – старший сын дракона отвёл глаза и забормотал едва слышно, пришлось даже напрягаться, чтобы разобрать слова. – Я следил за ним. Просто потому, что он – мой брат, я вообще наблюдал за нашими родственниками. Потому что мы – семья. В отличие от тебя, тебе было на них наплевать.

Под конец его голос окреп, и он с вызовом посмотрел на отца.

– Речь не обо мне. – Только я заметила, что удар попал в цель, но мой дракон быстро взял себя в руки. – Как ты позаботился о Риварте, мне уже известно. Так как же ты узнал об Эйдериане?

– Я следил за ним. Издалека. Знал, что в положенное время он не обратился, и решил, что он такой же, как и мы – я, Джул и Бранд. Я захотел познакомиться с ним, но так, чтобы никто об этом не знал. Именно для этого я и приехал в тот день. Проследил за ним до реки, и когда он остался один, решил, что это мой шанс. А потом солнце осветило его волосы, и я увидел…

– Что?

– Зелёные пряди. И уголь на его рубашке. И тогда я всё понял – он наследник, которого от тебя скрывают. Я не знаю, что на меня нашло в тот миг, но из брата он внезапно превратился в соперника. Удачливого соперника. По сути – во врага. И я сделал то, что сделал, – он снова замолчал, глядя в сторону.

– Но тебе помешали, – подсказал Вандерик.

– Да. Мне удалось выкрутиться, и мальчишки мне поверили. Действительно, зачем бы случайному прохожему топить незнакомого ребёнка? А вот спасти он вполне мог, почему бы и нет? Я хотел лишь выгадать время, чтобы исчезнуть, пока никто шум не поднял, но оказалось, что Эйдер всё забыл. Я продолжал наблюдать и понял это.

– Почему ты не повторил попытку, пока Эйдер оставался в семье? Ведь это было бы гораздо проще сделать, чем здесь, у меня под носом.

– Я же говорил – это был порыв. Когда я успокоился, то осознал, что именно чуть было не натворил. И да, мальчишка ничем передо мной не провинился. И я отступил, но продолжал наблюдать. Ждал.

– Чего именно?

– Когда ты соберёшься его забрать.

– И что тогда? Вряд ли ты бы обрадовался этому, иначе сообщил бы мне о том, что мой сын стал крылатым, ещё два года назад!

– Как? Как бы я это сообщил, не объяснив, откуда это узнал? Ведь после того случая волосы у Эйдера были уже тщательно прокрашены, и случайно увидеть, что они позеленели, было невозможно.

– Допустим, – кивнул Вандерик. – Так чего ты ждал?

– А ты думаешь, родители так просто отдали бы Эйдера тебе, признавая, что скрывали твоего наследника несколько лет, чтобы вытягивать из тебя деньги? – Лэндориер посмотрел на отца, как на идиота. – Я знал, что он жив, лишь пока ты о нём не вспоминаешь. Когда я перекупил его у отчима, тот уже привёл мальчишку в укромное место, да ещё и приметные сапоги надеть велел. Догадываешься, для чего?

Я мысленно ахнула, но внешне осталась спокойной, стараясь через наши сцепленные руки передать дракону свою поддержку. Не знаю как, но я очень старалась.

– Так это не ты велел его туда привести? – в голосе герцога сквозь корку льда проклюнулось удивление.

– Нет. В момент моего появления он как раз оглушил Эйдера палкой. И безумно перепугался, увидев свидетеля. Но я заверил его, что подыскиваю здесь ненужных родителям детей, чтобы увезти за море и продать там в рабство. Позвенел монетами, и этот червяк тут же согласился продать мне мальчишку с условием, что того никогда не найдут.

– Я догадывалась, что этот тип ради денег на всё пойдёт, – пробормотала я, впервые с нашего прихода подав голос. – Но как-то не верится, что вот так взял и сразу согласился.

– Всё логично, – повернулся ко мне Вандерик. – Сама подумай – он только что напал на моего сына на глазах свидетеля. Какой у него оставался выбор? Добить Эйдера и убрать свидетеля ему физически было не по силам, оставить всё как есть – тоже не выход, тут он точно передо мной подставился бы. А так свидетель стал его сообщником.

– На это и был расчёт, – кивнул Лэндориер. – Я предложил ему выход – избавиться от Эйдера и от свидетеля заодно. Ну и деньги, конечно, сыграли немалую роль. И у меня бы всё получилось, если бы не вмешалась ты со своей дурацкой ящерицей.

Мне очень хотелось его поправить «со своей драконочкой», но я сдержалась. Проживёт и без моих откровений. Поэтому уцепилась за другую нестыковку, раз уж вмешалась в допрос, и мне это позволили.

– Ты сказал, что отчим оглушил Эйдера. Но он был жестоко избит, на нём места живого не было!

– Да, это уже я постарался, – пожал плечами Лэндориер. – Он пусть и маленький, но дракон, пусть необученный, но маг. А чтобы надеть ошейник, нужно было, чтобы он обратился, а значит, был в сознании. А я человек, пусть и полукровка, да толку-то с того? Мне нужна была фора, нужно было сделать так, чтобы все его силы, вся магия, уходили на восстановление, а не на сопротивление. Пришлось избить.

Он говорил об этом так спокойно… Впрочем, чего ждать от того, кто дважды организовал покушение на ребёнка, не особо волнуясь, кто пострадает заодно с ним?

– Зачем нужны были все эти сложности? – спросил мой дракон. – Зачем ты вообще его спасал, если потом всё равно пытался убить?

– Да потому что, он бы жил! – воскликнул Лэндориер. – Пусть в другой стране, пусть в теле дракона, но жил бы! Но когда всё сорвалось, и он попал к тебе… Я опасался, что, в конце концов, он всё же вспомнит, поэтому решил этого не допустить, устранив опасность заранее. Не вышло. И то, чего я опасался, действительно случилось – он вспомнил, и вы меня вычислили. Сам виноват, не нужно было играть в благородство, надо было позволить отчиму его убить – но я этого не сделал, и теперь понесу за это наказание.