Оксана Барских – Любовница моего мужа (страница 22)

— Ой, Михаил Львович, да вы сегодня льстец, — парировала начальница. — Говорите сразу, чего хотите. Знаете же, что люблю я бельгийский шоколад, так что…

— Вуаля, — на стол тут же легло лакомство в красочной обертке.

— Ох, ну точно что-то надо нашему талантливому юристу, Ирина Дмитриевна, — толкнула в бок подчиненную Любовь Павловна.

— Каюсь, грешен, хотел вас подкупить заранее. Вы же не откажете мне в маленькой просьбе?

— Да как тут отказать, когда такой импозантный мужчина просит.

Надя прыснула в кулачок, ощущая мужские руки на плечах и с опаской косясь на Лешу. Тот прожигал это место гневным взглядом, и Надя не стала сбрасывать ладони Миши. Отчего-то было приятно, что муж ее ревнует. Такого давно не было, и ощущать себя красивой ей безумно нравилось.

— Так ты согласна, Надь? — вдруг отвлек ее от собственных ощущений вопрос Миши.

— А? — нелепо она открыла рот, но под взглядами коллег не решилась признаться, что всё прослушала. Стало стыдно, что она витала в облаках.

Неужели во всем виноват простой в пять лет?

— Да-да, конечно, поддерживаю, — всё же кивнула с умным видом, чтобы не попасть впросак, но не заметила, как сузились глаза ее мужа.

— В общем, договорились. Надь, не забудь документы в отдел кадров занести. Они всё подготовят, — кивнул ей напоследок Архипов и быстро удалился.

Гдальская пропустила самую важную часть разговора мимо ушей, оттого и не понимала, почему Алексей вдруг разозлился.

— Ты должна была со мной посоветоваться, Надя, прежде чем соглашаться.

— Что? — вытаращила глаза, не понимая, о чем он.

Женщины за столом затихли, и ей стало стыдно, что он показывает им свой характер.

— Ни в какую командировку ты с Архиповым не поедешь, и точка.

— Какую командировку?

Надя в шоке оглянулась на коллег, но те удивленно воззрились на нее.

— Так в рабочую, у нас намечается вроде как новый контракт, нужен взгляд бухгалтера. Мы, конечно, дистанционно все документы просмотрим, но на месте тоже нужен человечек.

— А, — Надя только и смогла, что открыть рот.

— А ты, Алексей, не ревнуй, совсем ты нашу Надю замордовал в четырех стенах. Это тебе не дом, а работа. Как начальство скажет, так и будет, — обратилась Ирина к Гдальскому, у которого разве что пар из ушей не шел.

Алексей кипел изнутри, разозленный Мирой. Может, не зайди она к нему недавно и не раздраконь, его реакция была бы другой, но сейчас он не контролировал себя, он любым способом хотел предотвратить ее отъезд. С одной стороны, не желал оставаться с Мирой наедине, а с другой — его разъедала ревность к Михаилу.

— Лучше бы вам, Ирина Дмитриевна, поехать. Вы и специалист опытный, и работник хороший. Надя пять лет сидела дома, толк от нее там будет небольшой.

Воцарилась тишина, во время которой Наде хотелось провалиться сквозь землю. Это что сейчас было? Муж сказал, что сидя дома, она отупела и ни на что не годна, как работник?

— Я справлюсь, Леш, не переживай.

Не понимая причин его поведения, она неправильно расценила его слова и положила ладонь на его лежащую на столе руку.

— Да, Алексей, не переживай за Надю, Михаил Львович ее поднатаскать хочет. И правильно делает, так ты быстро в колею войдешь, Надь, — произнесла начальница, поглядывая на Гдальского с каким-то плотоядным интересом.

— Да, да, Леш, всё хорошо будет. Миша мне поможет.

За последние несколько лет Гдальская отвыкла называть друга по отчеству, вот и сейчас по привычке сказала “Миша”, но именно это подействовало на ее мужа, как красная тряпка для быка.

— Не смеши меня, Надь, ты дебет от кредита уже не отличишь. Запишем тебя на курсы, вот тогда и поднатаскаешься, а в командировки нужно дельных спецом отправлять. У нас с Метдженерс контракт намечается, еще не хватало, чтобы мы его потеряли.

Гдальский хватанул лишку, но не сразу это понял, раздраженный, словно зверь, попавший в капкан и сломавший себе лапу. Он совершенно не соображал где и что говорит, видел только Надю, зная, как переубедить ее от задуманного. Раньше, если он хотел, чтобы был по его, он всегда так поступал, но впервые коснулся работы и ее профессиональных качеств.

Гдальская имела заниженную самооценку и была излишне сердобольна, но вот в чем, в чем, а в своих умениях и знаниях не сомневалась. Но больнее всего было не это, ее одолевал стыд, что и остальные коллеги услышали, как в ней сомневается муж. Накатила вдруг злость и желание ударить Лешу. Неужели нужно было вот так унижать ее при всех?

Поехать в командировку ей хотелось, чего уж греха таить, она и забыла, как ей нравилась работа, но если бы Леша попросил ее остаться, она бы нашла способ, но не после того, что он ей сказал. К горлу подкатила желчь, и она сжала в упрямстве ладони в кулаки.

— Я поеду, Леш, это не обсуждается. Это работа, — сказала холодно, встала из-за стола и направилась к выходу, не в силах сейчас оставаться на людях.

Отчаянно хотелось умыть холодной водой лицо, и она пошла в уборную, по пусти сталкиваясь с Мирой. Была так погружена в себя, что не заметила ее злобное, но вместе с тем довольное выражение лица.

Надю трясло, хотя она уже дважды умылась водой из-под крана. Вытерла его бумажными полотенцами и глянула на время на дисплее телефона. Обед закончился пять минут назад.

Коллеги, когда она вошла в кабинет, не стали комментировать слова ее мужа, и она была благодарна им за тактичность. После обеда ее нагрузили работой, и она немного пришла в себя, с удивлением и облегчением понимая, что несмотря на перерыв, почти ничего не забыла. Мозг, конечно, ленился, не желая работать так активно, как раньше, и ее это немного злило, но Надя во что бы то ни стало решила взять себя в руки и снова стать профессионалом своего дела.

С каждым пройденным часом к ней возвращался тот задор и прилив энергии, какой был в молодости, и она снова ощутила себя юной и красивой. Конечно, дело было не только в работе, скорее, во внимании, которое все её выказывали. Мужчины говорили комплименты, а Архипов и вовсе раз пять приходил к ним в кабинет. Наде даже казалось, что пожирал ее взглядом, но она гнала крамольные мысли куда подальше. Такого просто не могло быть. У него ведь есть пассия, он сам сказал. Наверное, удивлен увидеть ее в таком наряде. Раньше она не позволяла себе приходить в таком виде в офис, носила только брючные костюмы, которые не подчеркивали ее формы, а прятали. Поначалу ей просто хотелось, чтобы сотрудники не смотрели на нее, как на очередную дурочку, как часто бывало в университете, когда люди вокруг считали, что она обычная кукла без мозгов. А после уже привыкла находиться в тени.

— Тетя Надя, ау! — вдруг оторвал ее от эксель-таблицы знакомый голос.

Напротив ее стола появилась племянница. Вид у нее был какой-то недовольный.

— Что-то случилось, роднуль? — участливо спросила у родственницы, думая, что что-то произошло.

— Да, я хотела спросить, когда ты освободишься.

— А который час?

Надя удивленно воззрилась на время. Шесть пятнадцать. Она так увлеклась работой, что потеряла счет времени. Коллег вокруг уже не было, так что она протерла уставшие глаза и встала насилу, решив, что продолжит с таблицей уже утром.

— Давай за Лешей зайдем и домой, что-то я сегодня так устала, — Гдальская потянулась, хрустя косточками, но Мира покачала головой и расстроила ее.

— Он уже уехал, поэтому нам самим придется добираться. Но только после шопинга. Мы же договорились, что подберем тебе наряды для офиса, забыла?

Надя сморщилась, так как идти по магазинам не хотела, но обида на мужа, который уехал, не предупредив и даже не подумав, как они будут добираться, взяла верх. Поставила телефон на беззвучный и взяла племянницу под руку. Пусть муж помучается, гадая, где она.

Мира в это время мысленно поменяла планы. Если утром хотела нарядить тетку в бесформенные костюмы, которые будут скрывать ее весьма, как оказалось, недурные формы, судя по мужским заинтересованным вокруг взглядам и слюням, то после слов Архипова поняла, что это было бы опрометчиво и недальновидно с ее стороны. Раз мужик настолько заинтересован в тете Наде, то нужно заставить его сходить с ума. Леша, конечно же, начнет ревновать, и это внесет раскол в супружескую пару, что и было нужно Мире.

— Ты уверена, что для офиса подойдет? Не слишком откровенно? — спросила у нее тетка, когда они стояли в примерочной бутика в ТЦ. На ней было облегающее тонкое серое платье до колен — с первого взгляда строгое, но если присмотреться, то красивый вырез привлекал внимание к красивым ключицам, а разрез сзади то и дело заставлял опускать взгляд к женским широким бедрам. Мира хмыкнула, точно зная, кто первым оценит этот наряд.

— Ничего лишнего, теть Надь, ты же хочешь помириться с дядей Лешей?

— Мира!

— Да ладно тебе, я же вижу, что между вами будто кошка пробежала. Я в мужчинах разбираюсь, так что поверь мне, нужно заставить его ревновать, так что никаких брючных костюмов.

— Давай хотя бы один возьмем. Смотри, черный вроде ничего.

— Нет! Знаю я тебя, только его и будешь носить. Всё, я твой стилист, так что не спорь.

Мира веселилась, давая тетке советы по примирению с мужем. Она успела изучить Лешу и понимала, что ревность заставит его совершать необдуманные поступки. Глупая всё же у нее тетка, раз не понимает этого и ведется. В бумажках она может и специалист, но мужчины — не ее конек.