Оксана Бармак – Зов Тьмы (страница 3)
– Ладно, – кивнула она.
– Да, этот чувак – золотая жила для нас, – мечтательно вздохнул Сергей и стал накладывать чайной ложкой растворимый кофе из железной банки в бокал. – Одно беспокоит, что его отец всех местных бандосов знает и сам не последний в городе человек. Как бы чего не вышло. Лошара тебе не рассказывал, как отреагировали его родители на твою беременность.
– Он им ещё не рассказывал, – ответила Варя, натягивая футболку, – да он с ними особо не общается. Живёт отдельно в своей квартире, а к родакам время от времени заезжает. Они тоже всё время заняты – бизнес и всё такое. Иногда с ними по сотовому болтает. Прикинь, минута разговора пять баксов стоит! Кстати, сегодня будет опять меня уговаривать к себе переехать.
– Скажи, что переедешь только после свадьбы, – отрезал Сергей, – у тебя принципы.
– Какие? Он, наверное, думает, что я вообще дура, – предположила Варя, – другая бы на моём месте уже давно перевезла свои вещи.
– Мне плевать, что он думает! – проворчал Сергей. Он налил кипятка и размешал чайной ложкой напиток. – Продолжаем работать по плану.
Варе подумалось, что её напарник относится к ней, как вещи или инструменту, а все его слова о любви просто ширма и способ манипуляции. Именно так всё и обстоит! Он не хочет потерять отличный прибор для потрошения кошельков жертв. Подумать только! А она ещё испытывала к нему чувства, страдала, переживала, да и, честно сказать, эта болезненная страсть не угасла до сих пор! Как глупо! Надеялась дура, что они однажды поженятся. Сейчас, поженятся, как же! С тщательно сдерживаемой злостью, Варя спросила: – Серёжа, а ты не боишься, что я однажды влюблюсь в какого-нибудь клиента и сбегу с ним?
– Лучше не делай этого, – произнес Сергей ледяным тоном. Поджав губы, он резко опустил бокал с кофе, так что его содержимое расплескалось на пол. При этом его глаза зло засверкали, а лицо пошло красными пятнами. Когда он заговорил, после короткой паузы, в словах зазвучали рокочущие нотки, свидетельствовавшие о грядущей вспышке ярости: – Если ты так сделаешь, то я найду и убью вас обоих! Поняла?! Обоих! Отвечаю! Чтобы это мне ни стоило. Даже не говори мне такого больше никогда! Ты бл…
Замок в двери внезапно щелкнул, открываясь.
– Что за фигня… – начал было Сергей, бледнея. Ещё щелчок и дверь распахнулась от удара снаружи, а в номер вломились четверо бритых громил с суровыми, не отягощёнными интеллектом лицами. Сергей прыгнул к кровати, где рядом на стуле лежала его одежда. Из кармана кожаной куртки он выхватил пистолет и развернулся к неприятелям. Один из ворвавшихся в синем спортивном костюме приставил к горлу Вари внушительных размеров нож, больше похожий на зазубренный короткий меч. Главарь шайки, высокий брюнет в короткой куртке и с лицом, покрытым шрамами от угрей, зычно скомандовал: – А ну тормозни, пацик! Или мы твою тёлку сейчас прирежем, как свинью.
– Брось валыну, – посоветовал второй, широкоплечий в чёрном плаще, демонстрируя укороченный автомат.
Глава 3
Сергей обессиленно опустил пистолет, и его отобрал приблизившийся к нему четвёртый член банды отморозков – смуглый, чернявый, в джинсах и тёмной турецкой рубашке с короткими рукавами, которые открывали перекачанные мышцы. Он проверил пистолет, вытащил обойму и усмехнулся: – Газовый! Если бы ты в меня из этого говна шмальнул, я бы тебе ноги вырвал!
Разозлённый, он пихнул Сергея на кровать и хотел ударить ногой, но главарь не позволил.
– Муха, мы не за этим пришли! – бросил он и, обращаясь к Сергею, спросил с кривой усмешкой, обнажившей ряд золотых фикс на нижних зубах: – Бабки где? Пять тонн гринов? Карточный долг – святое дело!
– Чего? – изумился Сергей. – Вчера было две.
Инфляция, – хохотнул громила с автоматом, положив оружие на плечо. Его руки были сплошь расписаны тюремными татуировками. Варя наблюдала за всем с остановившимся остекленелым взглядом, чувствуя, как в кожу на горле вжимается острое, как бритва, лезвие ножа.
– Короче, сколько у тебя сейчас есть? – спросил участливо главарь, – если что, то мы можем твою бабу в счет долга взять.
– Нет, – воскликнул Сергей и полез под матрас на кровати.
– Только без лишних движений, – предупредил его Муха. Бандит демонстративно снял свой «ТТ» с предохранителя, а затем передернул затвор.
– Деньги, – сообщил ему Сергей, медленно вынимая хилую скрутку купюр.
– На пять тысяч не тянет, – ухмыльнулся Муха.
– Здесь пять сотен, а остальное будет вечером, – пообещал Сергей с робкой надеждой в голосе.
Главарь забрал у него деньги, пояснив: – Это компенсация, за беспокойство! Возьми вот это и позвони по указанному номеру телефона.
Он протянул Сергею карточку, украшенную золотыми вензелями на чёрном фоне: – Ты должен этому человеку. Обсудите с ним, как будешь отдавать бабки. Если не будет взаимопонимания, то подъедем мы. Бежать не пробуй, найдем. Всё ясно?
– Ясно, – кивнул Сергей, принимая ламинированный прямоугольник из чёрного картона.
– Ну, тогда мы пошли, – подмигнул ему главарь и сделал знак своей шайке. Его люди этим фактом были крайне разочарованны. Намечавшееся было веселье, сорвалось на самом интересном месте. Державший Варю бандит, отпустил её, убрал свой устрашающий тесак в ножны, прилаженные под олимпийкой и, застегнувшись, вразвалку двинулся к двери вслед за остальными.
– Бывайте пока, – бросил им Муха на прощанье, показывая Варин будильник. – Подарю сестрёнке. Затем за ним захлопнулась дверь. Варя, обессиленная, опустилась на колени. Ноги её не держали. Она радовалась тому, что успела сходить в туалет перед всем этим представлением, иначе бы точно обмочилась со страху.
– Ладно, разберёмся, – пробурчал Сергей неуверенно, разглядывая карточку.
– Ты опять играл, – выдавила из себя Варя, едва ворочая языком.
– Вот только не начинай, – он резко оборвал её и напомнил, – хватит дурака валять. Там жених уже тебя ждёт! Собирайся и вали! Попросишь у него денег. Скажешь на ребенка.
Чувствовалось, что он опять начинает заводиться. Варя решила не спорить. Впопыхах, она накинула поверх футболки короткую кожаную куртку, натянула сапожки и с зонтом в руках выскочила за дверь.
Глава 4
Владислав Олегович Аронов, несмотря на свои девятнадцать лет был известным скрипачом. Уже в шесть лет он стал заниматься музыкой с преподавателем и столь успешно, что в восемь дал первый сольный концерт, а в одиннадцать получил международную премию на конкурсе в Москве. Его начали сравнивать со знаменитым Джошуа Беллом. Он даже внешне был похож на известного скрипача – высокий, стройный, черноволосый с тонкими аристократическими чертами лица. И вот уже Владислав был приглашён на престижнейший конкурс имени королевы Елизаветы – конкурс академических музыкантов, проводящийся в Брюсселе, и даже вышел в финал, исполняя произведение бельгийского композитора, отобранное на общенациональном конкурсе композиторов. Он не стал победителем, первая премия вообще не была присуждена, но сам директор конкурса Арье ван Лисебет, при их личной встрече заверил, что у него большое будущее. Теперь, по возвращении домой из Брюсселя, Владислав решил сосредоточиться на получении диплома и потом поступать в Высшую школу музыки и театра Гамбурга. А там глядишь и до дебютного музыкального альбома недалеко.
– Ой, Вадик приехал! Привет! Привет! Как там Брюссель? – затараторила она, сверкая очками и поправляя рыжие кудри.
– Привет, – кивнул Владислав машинально и добавил флегматично со вздохом, – Брюссель, как Брюссель.
– Да, ладно тебе! – хихикнула Мая. – Ты, наверно, гулял там по всяким достопримечательностям: музеям, памятникам архитектуры и ходил в магазины. Я бы вот обязательно посетила площадь Гран-Плас, королевский дворец, музей Рене Магритта, Гору искусств…
– Я особо нигде не ходил, – пожал плечами Владислав. – У меня времени не хватало ни на что. График был очень жёсткий.
– Да как же так! – изумилась Мая. – То-то я думаю, ты такой печальный.
– Не поэтому, – ответил Владислав, – у моей невесты проблемы со здоровьем.
Они вышли из подъезда и остановились на крыльце.
– У тебя есть невеста? – ошарашено спросила Мая. Улыбка мигом соскочила у неё с лица. – Это та девушка, с который ты сюда приходил несколько раз? Я думала, что у вас ничего серьёзного. Вы такие разные.
– Да нет, у нас всё серьёзно, – возразил Владислав. – Она беременна, но всё протекает тяжело. Она лечится.
– Лечится, – эхом повторила Мая. Она не находила слов, а просто стояла и слушала его с потерянным видом.
– Врачи опасаются, что она не сможет выносить ребенка, – продолжал Владислав, не замечая состояния соседки. – Может погибнуть и она, и ребёнок. В клинике делают всё, что могут. Не знаю, как мне быть.