Оксана Алексеева – Злобный босс, пиджак и Танечка (страница 4)

– О… ясно, – я растерялась от его неожиданного миролюбия. – Тогда почему вы мне тыкаете, хотя к остальным обращаетесь на вы? – поинтересовалась ехидно.

Андрей Владимирович остановился, и я уже приготовилась к взрыву. Но он окончательно обескуражил лучезарной улыбкой:

– Надеюсь, ты не против. С тобой мне придется общаться больше, чем с другими. Так просто удобнее.

Я развела руками:

– Ну, если следовать такой логике, то и мне проще вам тыкать!

– Только попробуй, – он все еще улыбался, но в глазах мелькнул отчетливый красный огонек. Я поняла угрозу. А Андрей Владимирович широко махнул рукой в сторону, резко меняя тему: – Итак, Таня, производственный отдел.

Строго говоря, производства я там никакого не обнаружила – огромное количество людей за отдельными столиками, и почти все как раз говорят по телефону. Улыбнулась широко всем, кто на меня посмотрел:

– Здравствуйте, я новый секретарь Андрея Владимировича, Татьяна.

Строить перед этим людьми хамку я намерена не была – наемные работники уж точно не отвечают за грехи босса. Да и сам он как-то уж слишком просто воспринял мой выверт с кофе – показатель, что человек он крайне терпеливый. Или все-таки запоздало вспомнил меня, а теперь решил разыграть чисто деловые отношения, чтобы, как говорится, сгладить неловкий момент?

Оказалось, что я ошиблась во всем: он не был ни терпеливым, ни проникшимся чувством вины. Просто выжидал подходящего момента. И дождался-таки.

– Ты должна знать, где это находится, на случай, если придется добираться одной. Садись спереди, – кивнул на первую машину, когда мы вышли на парковку.

– Так у вас есть права? – не удержалась я.

Он замер и приподнял бровь:

– Ты сейчас на что конкретно намекнула? Что я выгляжу младше восемнадцати лет, или что мне по каким-то другим причинам могли права не выдать?

– Да какие там причины, – буркнула я под нос. – В нашей стране даже психу права дадут, если он достаточно богат.

К счастью, дорогой начальник мой ответ не расслышал и переспрашивать не стал. Восстановил, значит. Но так приятно было представлять, как он копается в мусорном баке, плачет от отчаянья, а потом все-таки находит права, мною же туда и выкинутые два месяца назад.

Ехали молча, я приняла негласный договор о нейтралитете. Но вот после остановки настигла и долгожданная месть за кофе: буераки, колдобины и вырытая на нашем пути траншея в полметра глубиной, а сам пункт назначения как раз за этой полосой препятствий. Ну и кто бы сомневался, что его величество мне даже руку не соизволил подать? Просто пробирался вперед и торопил:

– Не отставай, Таня. Секретарь должен быть не только надежным, но и ловким. У тебя как с ловкостью?

Экипировка моя совсем не подходила для таких приключений. Преодолено только три метра, а я уже запыхалась. Не порвать бы колготки, не подвернуть бы ногу – больше усилий тратилось на это, чем на сам трудный переход. Сдула прядь, упавшую на лицо:

– Прекрасно у меня с ловкостью!

– Что-то не похоже, – он со вздохом повернулся ко мне.

Я вскинула голову и выдавила улыбку:

– Похоже, Андрей Владимирович. Однако ж если бы вы были одеты в мою юбку и обувь, то проявили бы больше сочувствия.

– Как-нибудь в другой раз. Может, тебе стоит провериться у врача? Я с пониманием отнесусь к твоему увольнению по состоянию здоровья.

Вот и понятно, что к чему. Не дождется! Я посмотрела на дно траншеи. Спрыгнуть-то смогу, но вот как потом забраться, не потеряв чести и достоинства? Венценосный перец просто перепрыгнул, гад прыгучий. Но мне для того же трюка пришлось бы юбку до талии задрать. Огляделась в поисках обхода.

– Ну, долго ждать, Таня? – он откровенно насмехался. – Или ты всерьез считаешь, что тебе зарплату будут платить за стояние на одном месте?

Зыркнула на него исподлобья, обнаружила едва сдерживаемую улыбку и решила не доставлять ему лишнего удовольствия. Обойду эту треклятую траншею, не бесконечная же она! Но заметила грузного рабочего и натянула самое милое выражение лица:

– Извините, не подадите руку, когда я спрыгну? Боюсь, что без вашей помощи не справлюсь!

– Да на ручках перенесу лапушку такую, – гаркнул тот обнадеживающе, но тут же добавил: – Только почему посторонние на территории? А, Андрей Владимыч, здрасьте. Проверка?

– На этот раз нет, – ответил босс. – Просто показываю новенькой, как у нас тут все устроено. Ей, как видите, нравится.

– Вижу, – нахмурился мужик. – А почему оба без касок? Меня проверяете, да?

– Да не проверяю я!

– Ну да. А то я вас не знаю. Стойте здесь, оба! – он указал пальцем почему-то на меня, а потом сорвался и побежал в сторону.

Вернувшись через минуту, протянул одну каску шефу, а потом перепрыгнул на другую сторону баррикад и силой нахлобучил вторую на меня. Прощайте идеальные кудри, отнявшие у меня час жизни. Но зато и обещание выполнил – подхватил на руки и с легкостью переместил на тот берег. Вот это мужчина, я понимаю! Сильный, смелый, все проблемы мгновенно решающий! А не вот это подобие человека… Которое, не успела я поблагодарить спасителя, наклонилось к моему лицу, погладило ладонью по каске и заявило:

– Думаю, что в самом складе тебе делать нечего, там только несущие стены готовы. Можешь возвращаться в машину и подождать меня там. Михаил Сергеевич, за мной. Устрою вам проверку, раз уж приехал.

Мой личный герой сразу поник и побежал за начальником.

Я проводила обоих взглядом и улыбнулась. Итак, объявление войны мимо меня не прошло, и ежу ясно, что к чему. Кое-как нашла обход, едва не переломав ноги, но возле машины пришлось ждать. Само собой, ведь она была заперта.

К возвращению босса я успела взять себя в руки и встретила его самой приветливой улыбкой:

– Здесь всё, Андрей Владимирович?

– Да. Теперь ты знаешь, куда идти, если пошлю, – прозвучало очень двусмысленно, но я не стала зацикливаться, а растянула улыбку еще шире.

– Благодарю, Андрей Владимирович. Поездка вышла очень познавательной.

– Ах да, пока не забыл, – он пиликнул брелоком, отключая сигнализацию, но остановился возле меня. – Таня, секретарь – это не простая должность. Например, ты просто обязана выглядеть презентабельно.

– А я, получается, недостаточно презентабельна?

– Ну, как тебе сказать… Разве это не вчерашняя блузка?

Я растерялась и ничего не смогла ответить. Но он справлялся и без моей помощи:

– Так вот, каждый день должен быть новый верх. Элементарные правила, Тань!

– Вообще каждый день? – я опешила от наезда. – А раз надетое сразу выбрасывать? Это ж какую зарплату вы будете мне платить?

– Приличную, – он выглядел таким самоуверенным, как если бы полностью захватил инициативу. – И не нужно выбрасывать. Повторяйся, но с большими перерывами. Иначе клиенты будут думать, что ты нищенствуешь.

Я невольно округлила глаза. Но, как выяснилось, директор только разогревался:

– И обувь. Что это вообще?

– Б… ботильоны, – смиренно ответила я, хотя больше хотелось выругаться. Придирка была именно придиркой: обувь на мне была модной, новой и очень удобной, на устойчивом каблучке. Удобной, в смысле, если в ней не по стройкам лазать, конечно.

– Так вот, Таня, чтобы больше я такого б… безобразия не видел. Ты теперь секретарь, здоровья моему папе и долгих лет жизни. А секретарь – это лицо директора. В общем, туфли на высокой шпильке! Иначе я начну тебя штрафовать за нарушения дресс-кода. Нет-нет, не уволю, не радуйся так! Но мне будет не слишком обидно, если не придется платить тебе зарплату, ушедшую на штрафы.

– Шпилька, значит…

– Ну да. И это не обсуждается.

Я приторно улыбнулась ему вместо ответа. Ясен пень, что на шпильках он будет таскать меня по всем городским стройкам – экскурсии ради. А потом даже компенсацию выплатит, признав производственную травму. Лишь бы папа не упрекнул в злом умысле. Причем тут Андрей Владимирович, если девица сама на каблуках навернулась?

До вечера я скакала по всему офису, подобно сайгаку весной, ищущему пару. «Таня, отнеси документы», «Таня, распечатай документы», «Таня, мне позвонить отцу и сказать, что ты отказываешься работать?». Последнее не особенно пугало, но я твердо решила, что месть нужно подавать именно холодной, а пока лучше прикинуться смиренной овечкой, которая все переосмыслила и очень не хочет ходить на шпильках.

Вечером дома решила все-таки закинуть пробную удочку:

– Пап, а если мы с Андреем Владимировичем все-таки не сработаемся?

Отец ободряюще улыбнулся, но сказал неприятное:

– Тогда я буду очень разочарован, Танечка. Потому что твердо уверен, что два взрослых и умных человека всегда способны найти общий язык. Думаешь, у нас с его отцом не было недопониманий? Еще сколько, особенно в самом начале! Вот и ты учись, взрослей, набирайся опыта и умей договариваться!

М-да… с тем договоришься… А папа уже отвлекся:

– Кстати, Владимир Александрович помог же с поисками квартиры! Прямо рядышком с офисом, маленькая, недорогая, чистенькая, я уже договорился. В выходные ты переезжаешь, а со следующего месяца будешь оплачивать со своей зарплаты. Какой я молодец у тебя, все разрулил!

Я же нахмурилась:

– Есть легкое чувство, что ты мечтаешь от меня избавиться.

– Мечтаю! – добил он. – Лети, лети, птенчик из гнезда, в добрый путь. А то у меня пенсия-то приличная, а тратить ее некуда, пока ты тут меня контролируешь!