Оксана Алексеева – Мечтать полезно, милый босс! (страница 3)

Про третью свою подругу Катюша и вспоминать в том разговоре не стала – сама понимала, что этот пример совсем уж неуместно прозвучит. Но это ничего, что она вспоминать не стала, мама справилась сама:

– Ты еще Свету свою в пример приведи! Советчица по правильной жизни. Гуру! Сэнсэй! – Лидия Ивановна рассмеялась, будто смешно пошутила. – Вот точно, у нее пойди и спроси, нравится ли ей ее жизнь.

– Нравится, – уверенно ответила Катюша за подругу. – А что устает – так это нормально. Хватит чужие жизни своими мерками мерить, мам.

– А я и не собиралась, – мама снова поджала губы. – Мне-то что до твоей Светы? Лишь бы ты в «счастливую семейную жизнь», – она пальцами в воздухе обозначила кавычки, – так же сильно не вляпалась. А так мне все равно, конечно. Ладно, доченька, мне пора к завтрашней лекции готовиться. Такой сложный курс в этом году, такой сложный курс…

Мама гордилась тем, что занималась исключительно интеллектуальным трудом – преподавала в солидном институте, прекрасно разбиралась и в философии, и в культурологии, и даже в лингвистических связях романо-германской группы. И всех, кто был не так же гуманитарно подкован, считала людьми… ну, если не низшего, то немного другого сорта. Даже гламурная красавица Анютка, которая только о туши могла бы говорить больше пяти минут подряд, не раздражала маму так, как Света. Та выскочила замуж сразу после школы, нигде не училась, а к настоящему времени являлась счастливой матерью троих детишек. Ну, иногда не очень счастливой, а часто – очень даже вымотанной, но как будто и не предполагающей для себя никакой другой судьбы. И совершенно не учитывались никакие ее козыри – умение готовить, безупречный порядок в доме и вязаные салфеточки на столах. Да хотя бы тот факт, что к Свете можно было завалиться в любое время – накормит получше, чем бабушки в анекдотах. Но для Лидии Ивановны – кандидата филологических наук, доцента кафедры, матери-одиночки, единожды замужней, единожды разведенной – подобные «козыри» звучали как признание полной, абсолютной умственной недееспособности: «Всерьез интересоваться десятками рецептов яблочного пирога можно лишь при том условии, что в черепной коробке сплошное пюре». И что уж греха таить, Катюша отчасти это отношение впитала, хотя и без того же негатива, но с легкой предвзятостью.

В общем, понимания от мамы Катюша не встретила, а больше родственников у нее и не водилось. Может, и к лучшему. Катюша не была уверена, что смогла бы вынести еще пару-тройку таких же родственников, как мама. Потому и решила воззвать к помощи тех, кто в трагический момент возле клуба присутствовал.

Опять пришлось подстраиваться под Светланку, потому что никто не бывает так вечно и прочно занят, как отчаянная домохозяйка. Следовало вклиниться в график ее мужа так, чтобы он смог побыть с их тремя детишками, пока главный консультант по семейной жизни сидит с подругами. У Анютки, главного консультанта по макияжу и маникюру, график был плавающим, ведь единственная ее работа «быть красивой». Ольга, главный консультант по спорту, занятия вела не каждый день, потому и она смогла присоединиться.

Разместилась компания в любимом кафе их района, привычном месте сбора с тех самых пор, когда они еще все вчетвером ходили в местную школу через улицу. Ольга – подтянутая брюнетка с короткой стрижкой, у нее в каждом шаге ощущается уверенность львицы. Анютка – тоже львица, но в несколько ином смысле. Светская красавица, которая с любого ракурса выглядит потрясающе и в курсе абсолютно всех новостей о звездах шоу-бизнеса. За Анюткой, как и Ольгой, мужчины ходят косяками, хотя они очень разные. Но девушки эти разборчивы, если не сказать – высокомерны. То есть их абы каким уровнем сильного пола не уболтаешь, цену себе знают.

Света тоже привлекает задумчивые взгляды мужчин, будто бы на подсознательном уровне чувствующих, рядом с кем всегда будет сытно и тепло. Светланка притом очень активно выпячивает свое замужество – широкое кольцо на пальце тоже видно с любого ракурса, как ресницы Анютки. Но само внимание к ней заметно, хотя Света определенно не может похвастаться ни идеальной фигурой, ни стильным образом. Талия ее расплылась уже после второго ребенка, сейчас молодая мама скорее напоминала аппетитную пышечку и ничего с этим делать не собиралась. А зачем ей что-то делать, если она и без того олицетворение десерта? Хотя бы для своего Егорки.

Катюша далеко не в первый раз рассматривала подруг, но только теперь пришло неожиданное осознание: у каждой из них была своя «фишка» – как маркетинговая стратегия. Никакой стратегии не было только у самой Катюши. Вот только почему ей раньше об этом никто не удосужился сказать? Или говорили? Да конечно, говорили, многократно, Ольга с Анюткой – уж точно, просто Катюша в те времена не готова была их услышать.

– Итак, – она обвела строгим взглядом всех собравшихся за столиком, – пора что-то менять!

– Давно пора, – первой предсказуемо отозвалась Анютка. – И начать следует с одежды по размеру и консилера, идеально подходящего к твоему тональному крему!

– Консилера? – по инерции уточнила Катюша, но пояснила о том, чему знала наименование: – Я вообще не использую тональный крем, Анют.

– То-то и оно, – отрывисто ответила подруга и очень драматично хлопнула длиннющими ресницами. – Катюнь, я не могу всерьез воспринимать человека, который не умеет пользоваться консилером.

Смысл фразы от Катюши ускользнул, но она еще заранее решила выслушать буквально все советы. Потому сейчас серьезно кивнула и еще серьезнее ответствовала:

– Ты права. На выходных идешь со мной в бутик косметики, купим все, что нужно. Составь список заранее, сейчас я потяну максимально бюджетный вариант.

Анютка воззрилась на нее восторженными глазищами – она за всю жизнь от Катюши ничего приятнее не слышала. И даже забыла по-светски гундосить в нос, когда сообщала:

– Конечно, Катюнь! Разработаю для тебя самый бюджетный вариант!

Начало положено, хотя теперь стало страшнее. Но Катюша не сдалась и перевела взгляд на Ольгу. Та сразу поняла, что от нее потребуется, но откинулась на спинку стула и сложила руки на груди. Она опередила вопрос:

– Да-да, Кать. Уйдет примерно три месяца, когда ты сможешь увидеть реальные результаты тренировок. Избыточного веса в тебе немного, никаких серьезных отклонений нет, потому не вижу препятствий для полновесной программы. Но я скажу тебе нет.

– В смысле? – не поняла почему-то Анютка, хотя никто не понял, если уж быть точным. – Ты отказываешься помогать нашей Катюне стать лучше?

– Отказываюсь, – твердо повторила Ольга, не отводя пристального взгляда от Кати. – И буду отказываться ровно до тех пор, пока ты не бросишь курить. Видишь ли, дорогая, есть два взаимоисключающих пути – саморазвития и саморазрушения. Невозможно идти сразу по обоим, так что выбирай.

– А что тут выбирать? – удивилась Катя. – Я ж и не курю почти. Раз в день с девчонками из регистратуры за компанию. Это ж не зависимость какая!

– Тогда не вижу никаких проблем, – голос Ольги словно ледяной водой окатывал. – Решай этот вопрос раз и навсегда, и сможем приступать к твоему апгрейду.

Катя почему-то расстроилась. Ей не слишком понравилась вот такая ультимативная форма, как будто Ольга приказы своим пампушкам на фитнесе раздает. И Катюша действительно не считала себя заядлой курильщицей. В выпускном классе они всей четверкой иногда бегали за угол школы, а потом как-то все изменилось: Ольга спортом профессионально занялась, Анютка прочитала, что цвет кожи может испортиться, а Светланка вообще в вечные беременности погрузилась. Не сказать, что Катя этим делом особенно увлекалась, но вот как устроилась в поликлинику работать, так само собой и начало выходить – все интересные вопросы обсуждаются почему-то только во время перекуров. Но пристрастие это пока в настолько легкой фазе, что негатив Ольги вообще непонятен и даже обиден.

– Хорошо. Даже замечательно! – с вызовом заявила Катюша. – Можешь считать, что уже готово. Начинай придумывать программу тренировок, дорогая.

Она вытянула из сумочки пачку с тонкими дамскими сигаретами, встала, демонстративно и безо всякой жалости выкинула ее в ближайшую урну. Ольга даже после этого не улыбнулась ободряюще. Точно мама выразилась, терминатор!

Светланка на подсознательном уровне не выносила никаких напряженных моментов, потому попыталась сгладить и этот:

– Это все здорово, Катюш! Но мне кажется, ты упускаешь кое-что важное. Ты говоришь о том, что хочешь измениться коренным образом, полностью перестроить свою жизнь, но притом ведешь себя так, словно это чрезвычайно легко. А это будет трудно, Катюш.

Катя задумалась над сказанным, но проникнуться не смогла. Понятное дело, проблем будет предостаточно, но зачем же нагнетать прямо сейчас? И вот именно тогда Анютка и заявила про Цель. Якобы человек способен сделать что угодно, если есть зачем. В тот вечер Кате казалось, что она знает зачем – чтобы ее больше никто не воспринимал, как некотируемый материал. Чтобы перестать быть некотируемой. Но позже выяснилось, что цель должна быть более конкретной, а девчонки были правы – такие размытые ориентиры не работают от слова совсем.

Следующим же утром Катя купила пачку тонких дамских сигарет, чтобы на работе от скуки не помереть, а Анютке по телефону сообщила, что их шоппинг откладывается до зарплаты. Вот так и вышло, что ничего не вышло.