Оксана Алексаева – Измена. Его тайная семья (страница 7)
– Не хочу, – тихо отзывается она, и Слава решает взять инициативу в свои руки. Ощущение, словно он пытается себя чем-то занять, берет тарелку дочери в руки и наполняет её приготовленными блюдами.
И сама же пытаюсь отвлечься на что-нибудь, лишь бы не встречаться с колючим взглядом Светы. Она снова вся при параде. Платье цвета морской волны, элегантное, сидит по фигуре. Помада на губах. Яркая. Зачем спрашивается, все равно же съест. В ушах болтаются через чур объемные серёжки.
Сразу видно, что у человека праздник.
А мой праздник испорчен. Навсегда запомню этот случай, как самый худший в моей жизни. Страшно представить, что будет дальше.
Решаю тоже съесть чего-нибудь. Так сказать, оценить кулинарные навыки своей соперницы. Тянусь, чтобы взять в руки салатницу и наложить к себе в тарелку знаменитую селедку под шубой. Но нечаянно цепляю бокал с игристым, который стоит рядом со Светой, не успеваю его вовремя схватить второй рукой, по итоге все содержимое выплескивается на её платье. И теперь на груди красуется большое мокрое пятно.
– Ты что творишь, клуша?! – тут же вспыхивает она, часто хлопает глазами, а в них такая ненависть полыхает, что в груди становится очень горячо.
– Свет, не горячись. Ты же можешь переодеться… – Слава встает между нами словно меж двух огней.
– Ты видел?! Она это специально сделала!
– Я не хотела! – шиплю в ответ, чувствую, как меня все достало. Ещё чуть-чуть, и я сорвусь окончательно.
– Девочки, прошу вас, успокойтесь… – Слава снова включает решалу. – Все, забыли. Давайте в Новый год не будем ссориться.
– Заявилась в наш дом, живет тут на птичьих правах, да ещё и с чужим приплодом! – словно пулемет выплевывает слова, и тут я понимаю, что больше не могу. Это край. Предел. А я не настолько бесхребетная, чтобы все это молча проглотить.
Бросив короткий взгляд на Славу, рычу с наездом:
– Отцом этого самого, как вы выразились, приплода, является Слава! Ясно?! – голос звенит болью, обидой, даже истерикой… Просто хотелось ударить эту женщину как можно больнее. Чтобы она закрыла свой рот и больше его не открывала. На какое-то время это срабатывает. Она и в самом деле молчит, лишь изумленно хлопает ресницами. Лицо скривилось от потрясения, глаза наливаются кровью.
– Что ты несешь, ненормальная?! – шепчет одними губами. Затем поворачивается к Славе: – Это правда? Муж смотрит на меня с осуждением. Тяжело вздыхает, трет подбородок, смотрит ни на кого из нас, а куда-то в сторону.
– Алина, я же просил… – шепчет убито.
– Папа?! – Лиза, все это время сидевшая тише воды, резко вскакивает со стола и подает голос. Он оказывается довольно звонким.
– Дочка, я всё объясню. Я вам всем сейчас всё объясню… – понуро отвечает Слава.
А затем я слышу рядом с собой грохот. – Лиза!
Поворачиваю взгляд в сторону и ужасаюсь. Девочка лежит на полу, её тело сотрясается в судорогах, а изо рта начинает идти пена.
«У Лизы часто случались приступы эпилепсии…» Ну почему я об этом вспомнила только сейчас?!
Под бой курантов начинается суета. Все происходит словно в замедленной съемке. Слава склоняется над дочерью, пытаются привести её в чувства, Света мельтешит перед глазами, она норовит что-то отыскать, но, видимо, из-за паники не понимает, что именно ей нужно.
Боковым зрением замечаю, как за окном взрываются салюты. Новый год наступил. А вместе с ним наступает безысходность, отчаяние, боль, жалость…
Чувствую, как от осознания последствий своих же слов поплохело. Перед глазами рябит, дыхание затрудняется. Ощущение вины за свою несдержанность наваливается мертвым грузом на мои хрупкие плечи. Становится страшно за девочку.
– Что ты наделала, Алина?! – диким зверем ревет Слава, его обвиняющий взгляд вонзается в грудь как самый острый нож. – Что ты наделала…
Глава 12
Алина
Чувство вины, растерянность, шок и потрясение, все те эмоции, что я сейчас испытываю, подобны запутанному клубку нитей, где боль и беспокойство переплетаются в один единый плотный узел.
Плохо воспринимаю происходящее. Все звуки перемешиваются в одну назойливую мелодию, к ней подключается и голос совести, не дающий покоя, снова и снова указывающий на то, что не стоило срываться и выдавать правду. Кому я сделала лучше?
Из-за моего необдуманного поступка страдает ребенок. Теперь ясно, почему Слава так переживал за дочь. Он понимал, что итог может быть таким, каким есть сейчас.
Сердце сдавливает боль, прикусываю губу изнутри, тем самым сгорая от желания разодрать на себе кожу.
Зачем? Зачем я сказала? Почему не сдержалась?
Почему сейчас так яро ощущаю свою вину, хотя источником вины являюсь уж точно не я?
– Лиза, девочка моя! – протяжный крик Светы режет слух, ощущаю, как в висках пульсирует от резко наступившего стресса. Малыш затихает, а внизу живота снова начинает ныть. Машинально хватаюсь за него, облокачиваюсь о стол, чтобы проще было перетерпеть боль.
Ощущение, словно меня здесь нет. Слава и Света суетятся над дочерью, пытаются привести её в чувства. А я… Я не знаю, что мне делать. Я хочу помочь, но боюсь сделать только хуже.
– Скорую! Надо вызвать скорую! – верещит женщина, склоняясь над телом дочери.
– Нет, скорую мы будем ждать долго. Доберемся сами, – решительно заявляет Слава.
– Но мы же выпили!
– И что? Будем ждать, пока Лизе станет ещё хуже?! – он повышает тон, тяжело дышит и взгляд настолько рассерженный, что мне становится не по себе.
– Нет, Слав, в твоем состоянии нельзя садиться за руль! – Светлана пытается его отговорить от этой скоропалительной идеи, а я.. Делаю шаг вперёд. Потому что у меня есть одна идея.
– Я… – подаю голос, но он теряется среди суеты. Прочистив горло, выдаю громче: – Я могу сесть за руль.
Оба оборачиваются на меня. Светлана смотрит с такой лютой ненавистью и презрением, что по спине пробегает холодок. Мне даже начинает казаться, что она сейчас вот-вот прыгнет на меня и начнет душить.
– Хорошая идея. Поехали, – на удивление Слава соглашается и взмахом головы приказывает мне двигаться в сторону машины.
– Ты совсем сдурел? Я не поеду с этой мерзавкой в одной машине! – замираю, услышав оскорбления в свой адрес. Нет, нельзя поддаваться. Я уже итак натворила делов.
– Алин, иди, – в глазах Славы плещется тревога.
– Слава! – одергивает его Света. – Ты меня слышишь?!
– Замолчи и слушай меня! Мы сейчас сделаем так, как я сказал! Ясно?! Я не собираюсь слушать твои препирательства! Сейчас не время выяснять отношения! Сначала мы спасем нашу дочь, остально потом! Потом, поняла?! – никогда не слышала, чтобы Слава с кем-либо общался таким тоном. Не понимаю, то ли он так злится на жену, то ли на меня, то ли на всю ситуацию в целом.
Решаю больше не терять времени зря, надеваю куртку и выбегаю на улицу, чтобы завести машину. Я не так давно получила права, опыта у меня немного, но сейчас я рада, что хоть немного, но смогу помочь девочке. Потому что Света права, боюсь, в таком состоянии Слава может попросту не доехать до больницы.
Спустя две минуты задняя дверь машины открывается, Слава укладывает свою дочь, а Света садится рядом с ней.
Затем сожитель прыгает на пассажирское сидение. – Скорее, – командует он, и я даю по газам.
– Доченька… Девочка моя, – причитает Света, захлебываясь рыданиями. Крепче сжимаю руль, поддаю скорость. Внутри меня все клокочет от смешанных чувств. С одной стороны мне жаль женщину, потому что… Я помню слова Славы, когда он говорил, что ради своего ребёнка готов пойти на всё. И я бы не хотела оказаться на месте женщины, просто даже не могу себе представить, что она сейчас чувствует.
Дышу рвано, пытаюсь держать внимание на дороге, благо, что из-за праздника машин совсем немного, что облегчает вождение.
Слава даже не смотрит в мою сторону, и это острое, жгучее чувство вины, подобное уколу иглы в сердце, одолевает полностью. Сосредотачиваюсь на темпе дыхания, боль в животе утихла и я тихо радуюсь про себя, что хотя бы мне в эту ночь не светит больничная палата. Наверное, та однократная вспышка боли была следствием очередного стресса.
– Это все ты! Ты виновата! – неожиданно вскрикивает Светлана, судорожно тыча пальцем в моё плечо, от неожиданности я едва не теряю управление. Задерживаю дыхание, стараюсь не обращать внимания на слова женщины. Она сейчас во власти эмоций, страха, гнева, тревоги за жизнь дочери.
– Света, угомонись, – рычит Слава сквозь зубы, самообладание и ему дается с трудом.
– Что Света? Что?! Натворил делов, а отвечать кто будет?! – наконец женщина понимает, что Слава столько же виноват, сколько и я сама, переводит взгляд на него.
– Света, не сейчас!
Не в силах больше находиться в этой тесной машине, где обстановка настолько накалённая, что дышать нечем. Хочется закрыть уши, чтобы ничего слышать и глаза, чтобы ничего не видеть.
Как хорошо, что до больницы мы доезжаем довольно быстро. Надеюсь, что с девочкой все будет хорошо. Надеюсь, мои слова не нанесли ей серьезный ущерб как физический, так и моральный.
Слава вылетает из авто, берет дочку на руки. Я следом за ним выхожу из машины, твержу уверенно:
– Я пойду с вами.
– Сиди жди в машине, – твердо высекает Слава, его взгляд полон осуждения.
– Н-но… – теряюсь от такого грубого напора. В глазах Светланы промелькнул злорадный блеск.