Оксана Абрамкина – Сны и железо (страница 4)

Я в ужасе слушала Гуимара. Хоть после того разговора и прошло более восьми лет, история Мериаль все равно пугала меня. Я не хотела обладать такой разрушающей мощью. Даже боялась представить, какой мощью могла обладать я сама.

– А какая сила у меня? – тихо спросила я, сжимая в маленьких ручках плюшевого пони. Мне одновременно хотелось и не хотелось это знать.

– Неизвестно, – буркнул Гуимар. – Пока она не пробудится, никто этого не узнает. Можно лишь догадываться по вашим меткам, но не всегда они являются четким отражением силы. Но мы не допустим ее пробуждения.

– Какая метка была у Мериаль? – поинтересовалась я, думая о целом королевстве, погруженном во тьму. О всех тех людях, попавшие под взрыв мощи дэфаута.

– Все ее тело к двадцати годам было осквернено черными пятнами. В детстве они напоминали родимые пятна, но потом разрастались все больше и больше. Если бы она выжила, то наверняка стала подобна тьме – ни одного светлого участка кожа. Это единственный дэфаут в истории, которому удалось прожить так долго. После этого было решено не допускать пробуждения силы. Поэтому все дэфауты подвержены ликвидации. Мы не можем так рисковать.

Я открыла рот, но сразу же захлопнула его. Не хотелось слышать ответ на вопрос, могу ли я обладать такой же силой. Ведь серая пелена заволокла мой правый глаз. Могла ли она являться признаком тьмы, зарождающейся глубоко внутри меня?

– Но долой разговоры, – одернул меня Гуимар. – Как видишь, зелья и травы не приносят должного эффекта.

– Кому-нибудь удавалось убрать эти метки? – решилась я на еще один вопрос. Маг бросил на меня тяжелый взгляд и лишь по нему одному я поняла, что ответ очевиден – нет. Обычно дэфаутов не щадили. Никто с ними так не возился, как со мной. Матушка хотела воспользоваться всеми способами, чтобы избавить меня от метки дэфаута.

– Иди в свою комнату, – сказал Гуимар, показывая, что на сегодня разговоров достаточно. – Завтра приступим к новым экспериментам. Надеюсь, они будут результативнее. Осталось всего полгода, чтобы стереть эту гадость с твоего лица. А это слишком мало.

Я беспрекословно отправилась между стеллажами в темный коридор. Я хорошо запомнила какая из дверей принадлежит мне, хоть они все и казались одинаковыми. Мне не доводилось видеть моих соседей. Да я и не знала – есть ли кто-то в соседних комнатах, но порой из-за дверей доносились какие-то звуки, напоминающие мычание. Находились там такие же несчастные пленники, как и я? Может быть там были сирены, над которыми Гуимар тоже ставил опыты?

Тогда я еще не догадывалась, какие испытания Гуимар подготовил для маленькой принцессы. Даже и помыслить не могла, насколько все будет ужасно. Сейчас же я в ужасе вспоминала те оставшиеся полгода в его лаборатории. «Это слишком мало» – сказал мне Гуимар. Но я так не считала. Эти полгода длились для меня целую вечность. Маг легко отделался, провалив задание моей матушки. Слишком легко. Он всего лишь лишился одного глаза. Моим же душевным ранам было не суждено когда-либо затянуться.

Глава четвертая

Голубая вспышка обожгла мой правый глаз. Боль пронзила мою голову насквозь, выйдя навылет через макушку. Я закричала и села на кровати. Моя ночная рубашка прилипла к моему телу. В своих роскошных апартаментах, находящихся под землей. Судорожно вздохнула, обводя комнату взглядом. Под землей сложно было определять время суток. Но сейчас точно была еще ночь. Днем в комнате свечи зажигались сами собой – милость от Гуимара, чтобы я не сошла с ума в полной темноте. А ведь он мог оставить меня тут в полной темноте.

Этот кошмар. Снова. Он снился мне очень часто наравне со сном, где мама отводит меня в лабораторию к магу и оставляет меня с ним на целый год. Мне редко снились нормальные сны, только кошмары. Они стали неотъемлемой частью меня.

Я вновь откинулась на подушку, закрыла глаза, но сон уже не шел. Мне предстояло провести остаток ночи в полной темноте и наедине со своими мыслями. Перед глазами постоянно всплывали те самые воспоминания с голубой вспышкой. Я их прокручивала в своей голове раз за разом. И с каждым разом ненавидела верховного мага все сильнее.

– Смотри и не отрывай взгляда! – рыкнул на меня Гуимар. Но я все равно вскочила с неудобного жесткого стула и упрямо замотала головой. Мои волосы упали мне на лицо. Мой левый глаз был защищен черной повязкой, как у пиратов. А правый глаз уже сильно слезился от долгого наблюдения за голубым пламенем, которое все еще светилось на ладони у мага. Своего хозяина пламя не обжигало, а вот мой глаз – вполне.

– Несносная девчонка, – пробормотал Гуимар и сжал кулак. Огонек с шипением погас и от ладони мага ввысь устремилась нить дымка. – Для тебя же стараются. Чтобы ты не была монстром! Нужно выжечь из тебя эту дрянь! Неужели так сложно потерпеть немного? Просто посиди спокойно и потерпи!

– Мне больно! – упрямо повторила я, схватившись за юбку своего красного платья. В любой момент я была готова сорваться с места. Только далеко бы я не убежала – максимум до своей временной тюрьмы. Только одна дверь вела наружу – там самая массивная железная, в которую я вошла сюда вместе с матерью. Но она была постоянно заперта. Может Гуимар и покидал свою лабораторию, но делал он это тогда, когда я томилась в своей комнате.

– Ты здесь уже больше полугода, а результатов нет, – произнес Гуимар суровым тоном. – Мне нечего доложить королю и королеве. А ты вздумала мне мешать? Сколько можно терпеть твое непослушание?

– Вы ошибаетесь, я не дэфаут, – сказала я и даже топнула ножкой от бессилия. Ну не чувствовала я себя какой-то другой! Я была самой обыкновенной девочкой. Мне было всего семь с половиной лет. Я не должна была проводить свое детство в темнице под землей! Да еще и в обществе одного единственного человека, который внушал мне страх.

– Это ты ошибаешься и тешись себя надеждами. И просто не понимаешь, насколько дэфауты опасны для Пятигранных Королевств. Ты не должна препятствовать, когда тебе хотят помочь. Слушайся меня!

– Да вы же буквально хотите сжечь мне глаз! – произнесла я и всхлипнула от обиды. От обиды на маму, на папу, на этого мага. На всех, кто решил, что я могу быть опасна для королевств. Я не опасна! Я простая маленькая девочка!

– Это не так. Магическим пламенем я только выжгу эту дрянь из тебя, пока она не разрослась по всему твоему лицу, не укоренилась в тебе и не смогла вырваться наружу небывалой мощью. Сядь на место! Не препятствуй мне больше, иначе будет только хуже!

– Нет! – сжала я кулаки и развернувшись на месте кинулась вдоль стеллажей в темный коридор с дверями. Но я не добежала даже до первой двери. Мои ноги оторвались от пола, и я зависла в нескольких сантиметрах от него. Попыталась подрыгать конечностями, но у меня ничего не вышло. Против моей воли меня развернули лицом к Гуимару. Я увидела, как маг навел на меня свою руку и что-то бормочет себе под нос. Рывком меня дернуло прямо в воздухе, и я резко приземлилась спиной на металлический стол в центре лаборатории. из моих легких будто выбили весь воздух.

Я не смогла сдержать своего ужаса и закричала:

– Нет! Нет! Вы не посмеете! Я принцесса Магиниса! Вы не можете со мной так поступать! Матушка бы не разрешила вам!

– Такими темпами не быть тебе принцессой, – покачал головой Гуимар, медленно приближаясь к столу. Я в ужасе услышала, как металлические кандалы зажимаются с треском на моих руках и ногах. Так же с щелчком захлопнулся ошейник на моей шее. При этом я не могла закрыть свой правый глаз – что-то удерживало меня от этого, даже не могла моргнуть!

Чары с моего тела пропали так же неожиданно, как и накатили на меня. Я смогла пошевелить своими пальцами рук. Но в остальном мои движения были скованны уже металлическими кандалами. Они прочно держали меня, не давая пошевелиться. Я оказалась на том самом столе, на котором надеялась никогда не оказаться! Сколько раз Гуимар до меня издевался здесь над кем-то? Сколько сирен подверглись пыткам на этом столе?

– Смотри на пламя, – снова произнес Гуимар и в его ладони вспыхнул голубой огонек. Только теперь можно было даже не отдавать команду – у меня не осталось никакого выхода. Огонек оторвался от ладони мага и подлетел к моему лица. Завис прямо напротив посеревшего глаза. Я тяжело задышала, хотелось кричать. Магическое пламя зависло прямо над больным глазом. До меня доносился его треск. Глаз сразу заслезился. Я почувствовала, как одна слезинка стекает по моему лицу, скрываясь в моих темных волосах.

Сначала это было просто жжение, но потом Гуимар что-то изменил в свечении огонька. Внешне он не изменился, но я почувствовала, как он стал сильнее… треск нарастал. И боль пронзила мой серый глаз. Будто в него воткнули раскаленную кочергу. Я перестала что-либо им видеть и закричала – это было единственное, что мне было дозволено. Кричать. Я кричала до хрипа в легких. Это продолжалось бесконечно долго, хотя прошло от силы всего минут десять. Но мне и этого было достаточно. Вскоре я отключилась от боли. Просто провалилась в спасительное забытье.

Опыты с голубым пламенем продолжались в течение месяца. Целый день на металлическом столе и день отдыха в моей темнице. Первое время я еще пыталась отбиваться. Зарывалась в одеяло в своей темнице, хваталась за свои игрушки. Но магия всегда одерживала вверх. После этого я уже сама выходила из комнаты, направлялась в лабораторию и взбиралась на пыточный стол. Выбора не было. Чем Гуимар быстрее начнет, тем скорее я вновь очнусь в темнице после этих пыток. Я видела, как улыбка пробегала по его лицу, когда я послушно взбиралась на стол сама. Он лучился самодовольством, что ему удалось покорить маленькую девочку.