Оке Эдвардсон – Зов издалека (страница 49)

— Но вы не знаете, как именно?

— В компьютере это не видно. Только результат — заплачено. И все.

— Но если кто-то заполняет ордер вручную… то копия должна сохраняться? Или как? — Это «или как» чудака-собачника так и прилипло к языку.

— Думаю, да.

— И в таком случае кто-то должен был написать ее имя, чтобы показать, что заплачено именно за эту квартиру, а не за другую.

— Достаточно номера квартиры.

— А этот номер стоит на платежных извещениях?

— Да.

— А сейчас я застану кого-нибудь в этой вашей… котельной?

Она посмотрела на часы.

— Думаю, да. Лена должна быть на месте. Могу позвонить.

Винтер кивнул. Карин набрала номер и с кем-то поговорила.

— Она у себя. — Карин повесила трубку.

— Вы не могли бы пойти со мной?

— Не знаю… я в таком виде… — шмыгнула она носом. Глаза красные и заплаканные, куда тут пойдешь? Да какая разница, подумать только, убитая была почти ее ровесницей… и этот ребенок. Конечно, надо действовать как можно быстрей.

— Да, — поднялась она со стула. — Я иду с вами.

Винтер позвонил по мобильному Рингмару и попросил начать беседу с Эстер Бергман… И убрать машину со стадиона.

Он нажал кнопку отбоя и сунул телефон во внутренний карман пиджака.

Они вышли на улицу. Винтер посмотрел на болельщиков. В основном выходцы из Юго-Восточной Азии. Как и девушка рядом с ним.

— Здесь у вас многонациональное общество.

— Меньше пятидесяти процентов шведских граждан.

Он посмотрел на нее сверху вниз — она была почти на голову ниже его.

— Я-то гражданка Швеции.

— Я не спрашивал.

— Южная Корея. Меня удочерили… Кое-кто называет это похищением.

Винтер не стал комментировать неожиданное заявление.

— Я знаю своих настоящих родителей.

— А вы еще не были… там?

— Пока нет.

Лена Суоминен ждала их в районной конторе «ББ». Она уже нашла копию расходного ордера, по которому было внесено 4350 крон за трехкомнатную квартиру площадью 69,9 квадратного метра.

Винтер повертел в руках бумажку.

— Значит, это копия?

— Да. Нам пересылает их главная контора, а они, в свою очередь, получают их с почты. Я так думаю.

— И вы их архивируете?

— Да.

— А где оригинал?

— Вероятно, в Почтовом банке в Стокгольме. Как и платежные извещения. Все идет туда.

Винтер еще раз посмотрел на копию. Кто-то от руки написал номер счета «ББ» — 882000-5. Прямыми, почти печатными цифрами. В клеточке «сообщения» стояла еще одна цифра. Ни имени, ни адреса.

— А это что — номер квартиры?

— Да. Триста семьдесят пять. Это номер квартиры.

— Так что имя писать не обязательно?

— Нет.

— Скажите, а часто ли платят за квартиру таким способом? Я имею в виду — вручную?

Лена Суоминен, как ему показалось, улыбнулась.

— Некоторые теряют готовые платежки. И звонят сюда, спрашивают номер счета. Но это не тот случай.

— Простите?

— Для расходных ордеров существует другой номер счета.

Винтер еще раз посмотрел на копию.

— Восемьсот восемьдесят два три ноля — пять?

— Нет. Это обычный счет «ББ».

— Но значит, можно послать деньги и на этот, как вы говорите, обычный счет? Не обязательно на тот, другой, для заполненных вручную ордеров?

— Да.

— Но тогда надо знать этот номер… например, прочитать его на платежном извещении… — Он не столько спрашивал, сколько пытался понять. — И этот номер счета один для всех съемных квартир вашей компании в Гетеборге?

— Да.

— А сколько всего квартир в Норра Бископсгорден?

Лена Суоминен задумалась. Ей было около пятидесяти. Широкое умное лицо. Она говорила с заметным финским акцентом, что немного скрашивало официальный тон.

— Около тысячи двухсот.

— И многие оплачивают счета за квартиру на почте, если я правильно понял? Даже те, кто платит по извещениям?

— Да.

— И по расходным ордерам?

— Да… многие не используют извещения, потому что не в состоянии заплатить всю сумму разом. Они вручную заполняют ордер и платят сколько могут. К сожалению, это так. Очень печально — и для них, и для нас.

— То есть платят по частям?

— Да… или по крайней мере вносят первый взнос. Иногда он же и последний.

— И часто так бывает?

— Все чаще и чаще.