Одри Роуз – Бизнес, любовь и много чего ещё (страница 3)

Оставляю бумаги и иду к бедняжке, все трущей и трущей пятно. Опускаюсь рядом с ней и принимаюсь скручивать ковер.

– Забудь ты о пятнах! Ты их вот так просто водой ни за что не выведешь. Я знаю надежную химчистку.

– Правда? Спасибо!

Пока я сматываю край, девушка сходит с ковра и смотрит на меня с удивлением. Она все больше кажется мне довольной. А к моменту, как я отставляю скрученный ковер в сторону, она поглядывает на меня уже как-то даже хитро:

– Слушай, красавчик, как тебя вообще в офис занесло? С твоим-то лицом впору работать моделью да на обложках красоваться. Если ваш зверюга-босс не вышвырнет меня после выступления на отчетном совещании, я верну тебе за химчистку все до последнего цента. А если меня все-таки вышвырнут, то запишу тебя в список тех, кому должна, там через пару лет есть окошко, в него тебя и втисну.

– Да забудь ты о ковре! Ты лучше вот об этом побеспокойся! – Жестом указываю ей на листы, залитые кофе, содержание которых – полный бред. – Босс будет в ярости, если ты выступишь с таким отчетом. Пока никто не видит, быстро перепечатай все и исправь презентацию.

Открываю ноутбук и подключаюсь к принтеру, пока это белокурое недоразумение кружит над листами. Неужели она в самом деле не понимает, что и где не так? Она так занервничала, даже большой палец укусила, пытаясь найти ошибки, которые буквально на поверхности. И почему я вообще стараюсь помочь той, кто даже не знает, как выполнять свою работу? Точно. Потому что я хочу отличную команду. Если мы продолжим разбрасываться новыми кадрами, далеко не уедем. Я дам этой девушке шанс проявить себя. Пусть это будет ей авансом. Большим авансом. Пусть раньше мы так не делали. Что-то мне подсказывает, что вот эта девушка передо мной заслуживает одного подаренного ей шанса.

Глава V. Пан или пропал

Черт, черт, черт! Он уже включил ноутбук и уступил мне за ним место. Но я понятия не имею, что именно должна править. Я же делала все чисто интуитивно, так что, в принципе, любая часть отчета может оказаться в корне неверной.

Время на исходе, я так суечусь, что совсем не могу думать. У меня не получается вчитываться! Смотрю на часы и понимаю, что уже минут через пять сюда придут люди – те самые толстенькие дядечки боссы вместе со своим главарем. А этот несговорчивый парень, должно быть, был послан мне с неба, чтобы сегодня на отчетном совещании я не облажалась по полной программе. Но сдается мне, что он упрямец и за просто так на ошибки не укажет.

– Слушай, умоляю, скажи, что тут надо исправить? Я в долгу не останусь.

– И вернешь ты мне этот долг через два года? Нет, дорогуша, так дела не делаются.

Господи, как же он спокоен! Он, кажется, совсем не понимает, что, пока он строит из себя умника, у меня, вообще-то, решается судьба! Разве мы, низшие звенья пищевой цепи, не должны держаться вместе?

– Хорошо, слушай сюда, клерк, я свожу тебя на ужин за свой счет. Сегодня же. Идет?

– Даже не знаю, хочу ли идти с тобой, ты какая-то грубая.

– Слушай, клерк, мне нужна эта работа, понимаешь? Денег у меня нет, чтобы заплатить за информацию о гребаных ошибках, но вот хочешь, я сейчас тебя так поцелую, что ни о чем другом ты еще долго думать не сможешь? Только скажи, что нужно исправить?

– Вау, а вот это предложение уже поинтереснее. Даже не знаю, стоит ли мне соглаша…

Я целую его. Вот так просто. Он точно не ожидал, что я так легко и быстро это сделаю. Он точно намеревался еще немного меня помучить и поумничать, набивая себе цену. Но не тут-то было. Я просто взяла и заткнула его умный рот своими губами.

А он хорошо целуется. Опешив, поначалу он даже не двигался, а теперь неплохо вошел во вкус. По старой памяти еще с тех времен, когда мне было с кем целоваться, я вожу пальцами по его едва обозначившейся щетине. Какой послушный мальчик. Не нарушает строгих предписаний внешнего вида и вовремя бреется.

Кажется, наш поцелуй затянулся, но мы оба не спешим его завершать. Красавчик позволяет вольности рукам, кладет обе мне на талию и чуть водит ими вверх и вниз. Какие же у него сильные руки, даже мурашки пробегают от того, как жадно он меня стискивает.

И все-таки он классно целуется. И что этот парень в самом деле забыл в этих офисах? С его лицом, зазнайством и умением целоваться он мог бы далеко пойти. Но… это не мое дело. С отчетом бы помог, и на том спасибо.

Я так прониклась моментом, что и забыла о времени, которого у нас, вообще-то, мало. Разрываю поцелуй, а красавчик будто тянется к моим губам снова.

– Так что мне нужно исправить?

– Флешку давай.

Он вставляет ее в ноутбук, я молниеносно указываю на нужный файл, и красавчик принимается с какой-то космической скоростью нажимать на backspace, чтобы в некоторых местах вместо моего текста, печатать собственный, умный и правильный. По крайней мере, я на это надеюсь. Красавчик подключается к принтеру, я жду с замиранием сердца, и вот через несколько секунд он подает мне теплые свеженапечатанные листы.

– Ознакомься пока. Где презентация?

Я показываю на документ с ней, красавчик открывает ее и так же быстро правит. Блин, кто он? Он ведь не только мгновенно прочитывает текст, но и исправляет на ходу так же мгновенно. Черт, а если он доложит начальству, что я безнадежна? Блин, нет, не время сейчас об этом переживать. Я резко выдыхаю и погружаюсь в текст, все-таки мне совсем скоро с ним выступать на отчетном совещании…

Не успели только что распечатанные листы в моих руках остыть, как в кабинет начинают приходить сотрудники. Разных мастей. Кто-то, как я, жалкая букашка, кто-то – солидная фигура. Последних сразу видно. Они на таких, как я, даже не смотрят. А еще их выдает одежда, от элегантного минимализма которой я просто таю. Также завидное положение этих фигур и их высокий статус выдает то, что они не спешат и не суетятся. Да, сегодняшний день и для них тоже очень важный, но они уверены в себе и в результатах проделанной работы на тысячу процентов. Это я малышка-несмышленыш, когда дело касается серьезных рабочих вопросов. Я себя по-настоящему зауважаю, когда с такой же невозмутимостью и уверенностью буду входить в кабинет и перед всем начальством чувствовать себя королевой. Хотя-я-я… а чего мне ждать? В моих руках исправленный текст, заумный красавчик успел внести в презентацию правки, чего мне ждать лучшего момента? Ведь он – сейчас.

Я очарую своей уверенностью и мягким шармом всех этих уважаемых дам и господ. Среди них, кстати, не оказалось ни одного толстенького седеющего дядечки. Передо мной настоящие акулы. Молодые. Дерзкие. Прожженные. А я – пиранья среди акул.

Да, я не идеальна. Да, я многого не знаю и не умею. Но главное – просто никому этого не показывать. О тебе будут думать так, как ты о себе говоришь.

Я занимаю свободное место за длинным овальным столом и с нетерпением жду, когда меня пригласят выступить.

Заместитель директора, мисс Макфи, будто бы лишена того блеска, который есть у других собравшихся. Но ее отличает другое. Железная хватка. Она миниатюрная женщина, но, когда она приветствует собравшихся и напоминает всем о целях сегодняшнего отчетного совещания, ее голоса хватает с лихвой. Когда Макфи сейчас обращается ко всем, я замечаю, что у нее как-то особенно выражены носогубные морщинки. Будто так часто она испытывает отвращение и морщится, что это насовсем отпечаталось на лице.

– Начнем мы с доклада, который подготовила для нас мисс О'Гейл.

Я поднимаюсь с места, и мисс Макфи тут же впивается в меня глазами. Она уверена, что я провалюсь. Но не тут-то было. Мне помог красавчик, о чем она, конечно же, знать не может.

То, что мисс Макфи совсем не верит в меня, только сильнее разжигает во мне огонь. Я должна трястись от страха, выступая перед всеми этими важными людьми, настоящими профессионалами. Вот только мне нечего терять. А еще я умею отдаваться моменту. У меня есть особый талант: я живу здесь и сейчас. Я умею находиться в настоящем и наслаждаться им. Так что мне не составит труда громко и бодро выступить, когда в руках моих текст, в содержании которого я уверена.

Это очень, очень дурной знак: я справилась безупречно. До самого конца гладко стелила, нигде не запнулась и не споткнулась, ничего не уронила и не опрокинула. Даже слайды не перепутала. Это дерьмовый знак, я должна была хотя бы минимально облажаться хоть в чем-то. Со мной такого не бывает – не оговориться и ничего не забыть. Все это значит только одно – впереди беда большего масштаба. Нутро редко обманывает меня, и я чувствую, что подвох очень близок ко мне.

Когда я возвращаюсь на свое место, мисс Макфи сразу же свирепо спрашивает:

– Мисс О'Гейл, вы куда? А как же ответить на вопросы? Кто-нибудь хочет что-нибудь уточнить по данному отчету?

Тишина.

– Никто ничего не хочет уточнить? – не может поверить замдиректора.

– По-моему, мисс О'Гейл все рассказала предельно понятно и исчерпывающе по всем пунктам, – говорит важная грациозная длинноногая дама в очках. Очень светлые волосы заплетены в балетный пучок, а пальцы крутят ручку. – Кажется, мистер Уайлдер, вам все-таки удалось найти человека, который скоординирует работу нашей махины.

– Да, вы правы, миссис Гиденс, – отвечает ей тот самый красавчик, который помог мне с текстом и презентацией. – Мисс О'Гейл, поздравляю с блестяще проведенным отчетом. Думаю, ни у кого не возникнет возражений, если я объявлю, что беру вас в штат.