Одри Грей – Давшая клятву (страница 8)
Но для Белла – возможно. В его королевской крови хранилась магия предков. Уже много лет на свет ни в одном из Девяти Домов не появлялся монарх, владеющий магией света, но это не означало, что его вообще не появится.
– Учитывая, что у меня есть ты, вооруженная до зубов, и сегодня я получу рунный камень долголетия, – проворчал Белл, – не думаю, что мне нужна дополнительная защита.
– Осторожности много не бывает.
Белл завернул камень в ткань и сунул в карман.
– Я просто надеюсь, что ты не ввязалась в большие проблемы, чтобы раздобыть его.
– Нет, – солгала Хейвен, поднимаясь на ноги. – Теперь ты будешь вдвойне защищен на случай, если меня не окажется рядом. На самом деле, ты доживешь до таких дряхлых лет, что будешь умолять отправить тебя на покой.
Чего она ему не сказала, так это того, что, хотя формально Руна Дома Волантис считалась защитной, рунный камень в кармане Белла не принадлежал Девяти Домам Смертных.
Это была руна силы, запрещенная для смертных.
Что, как подсказывал опыт Хейвен, делало камень еще более мощным… и грозило ужасной казнью его владельцу, если того поймают.
Согласно закону Богини, Руны Девяти Домов Смертных полагались дворянам-потомкам каждого из девяти людей, когда-то впервые наделенных магией. Но в то же время существовали тысячи других рун, и большинство превосходило по силе те, что были разрешены Домам Смертных.
Конечно, по рукам ходили и сотни поддельных рун. Но Хейвен была единственной из людей Дамиуса, кто мог определить редкие, запрещенные руны, недоступные смертным.
На черном рынке камни стоили небольшое состояние; если бы ее когда-нибудь поймали с ними, то приговорили бы к смерти.
Но почему все веселье должно доставаться только расе Солис?
Двери библиотеки с громким треском распахнулись, и кто-то вошел. Шаги эхом отдавались по деревянному полу, напоминая удары молотка.
Любовница короля была угловатой, сухопарой женщиной. Она маскировала свои тонкие губы и обвисшую кожу обилием косметики, множеством шелков и драгоценных камней, но самым потрясающим ее достоянием была грива волос цвета календулы, каскадом ниспадающая почти до талии. Маленькие заколки в виде георгинов, усыпанные бриллиантами, сверкали в ее локонах и привлекали внимание.
При резких звуках шагов Крессиды плечи изящно сложенного Белла поникли. Он быстро спустился по винтовой лестнице навстречу женщине и, казалось, с каждым шагом становился все меньше.
Хейвен уже собиралась последовать за принцем, но тут взглянула на страницу, на которой книга открылась, когда упала с колен Белла. С картинки на нее смотрела бледная женщина в головном уборе из перьев черного ворона, словно бы насквозь пронзая ледяным взглядом голубых глаз.
Как и у Повелителя Теней, на голове женщины вилась пара ониксовых рогов. Имя королевы Моргрит Малитиан было напечатано внизу страницы крупным внушительным шрифтом.
Хейвен вздрогнула, вдруг ощутив на себе дуновение холодного ветра. Иллюстрация начала двигаться, тени отделились от тела женщины и поднялись со страницы…
Хейвен захлопнула фолиант и бросила его между двумя книгами о рунных заклинаниях, едва не произнеся вслух это имя.
Хейвен никогда раньше не замечала этого рисунка.
Смертные были суеверны по своей природе, и большинство верило, что Королева Теней может наблюдать за ними с любого своего изображения.
Глупо, но Хейвен почувствовала сильнейшее желание вырвать страницу с изображением темной королевы и бросить ее в огонь, горящий в камине внизу.
Резкий голос Крессиды вернул Хейвен к реальности. Она сбежала вниз по лестнице, стиснув зубы так крепко, что заболели челюсти.
Рука девушки невольно сжала рукоять меча. Хейвен терзали противоречивые чувства, но практическая ее сторона приказывала импульсивной стороне не убивать любовницу короля прямо здесь, в библиотеке, хотя бы ради Белла.
Хотя в нынешнем настроении Хейвен ничего не могла обещать.
Глава шестая
Спустившись по лестнице библиотеки, Хейвен застала неприятную картину. Любовница короля возвышалась над Беллом, а ее нестареющее лицо – несомненно, подправленное магией, – исказилось в усмешке.
– Беллами! – гаркнула Крессида голосом, похожим на звук рвущейся ткани. – Почему ты не одет должным образом и не готов встретить наших гостей?
Белл быстро склонил голову.
– Приношу извинения, Кресс…
– Наследный принц не извиняется. А теперь выпрямись во весь рост и
Ренк был сыном Крессиды и сводным братом Белла, а также единственным человеком, которого Хейвен втайне мечтала задушить во сне.
– Мне очень жаль, Крессида, – вздохнул Белл. – Я не подумал о том, как мои действия повлияют на тебя, Ренка и… Его Величество.
Кровь Хейвен вскипела в венах, а рука так и потянулась к мечу. И все же, если бы она сейчас выступила против Крессиды, это только усложнило бы жизнь Белла, поэтому девушка сдержалась и попыталась мысленно пересчитать руны для успокоения.
– И еще, – продолжила Крессида. – Как тебе известно, за столом будут присутствовать гости. Король Тендрифт и его дочь. Постарайся проявить к ней интерес.
Белл видимо сглотнул.
– Я говорил отцу…
– Что? – Крессида вскинула нарисованные брови. – Ты женишься на ней, Беллами, ради Пенрифа. Мне почти жаль бедную девочку.
– Не женюсь. – Голос Белла был тихим, глаза опущены.
Крессида прищелкнула языком.
– Эгоистичный, эгоистичный мальчишка! Твоей матери следовало бы лучше воспитывать тебя. Жаль, что она сейчас тебя не видит. Хотя, возможно, это и к лучшему, учитывая, каким ты стал. Богиня Небесная – свидетель, я пыталась тобой заниматься, но что я могу сделать с
Еще на середине фразы Хейвен частично выхватила меч из ножен. Звон металла был похож на шипение клубка змей. Руны, она
Теперь за нее будет говорить сталь.
Впервые с момента своего появления Крессида бросила холодный взгляд на Хейвен.
– Если с моей головы упадет хоть один волосок, девчонка, твоя собственная голова в мгновение ока скатится с плахи. Или, возможно, тебя бросят за стены на расправу Поглощению.
При мысли об этом в груди Хейвен все сжалось от страха.
– Именно это случилось с мастером Грейсоном? – спросила она, наслаждаясь тем, как на лице Крессиды отразилось недовольство.
Много лет назад, перед самым завершением состязания за звание личного телохранителя Беллами, Крессида подошла к Хейвен и попросила ее шпионить за принцем. В обмен на полезную информацию Крессида обещала Хейвен желанную должность.
Хейвен в довольно грубых выражениях отказалась.
После этого Крессида приказала наставнику Хейвен, мастеру Грейсону, сделать все, чтобы упрямая девушка не победила в состязаниях.
В знак неповиновения, которое унижало Крессиду и по сей день, наставник все же присудил победу Хейвен.
В наказание его выбросили за рунную стену. Хейвен больше никогда его не видела, но воспоминание о том, как наставник исчез в темном лесу в сумерках, до сих пор преследовали ее.
– Осторожнее, девчонка! – Крессида усмехнулась. – Тебе так же легко найти замену, как и тому старому дураку.
Развернувшись на каблуках, Крессида направилась к выходу, покачивая гривой длинных волос, и напоследок через плечо бросила Хейвен:
– Как жаль, что ты не мальчик. Боюсь, даже ты больше бы подошла на роль принца, чем Беллами.
С уходом Крессиды дышать стало легче, а Белл, казалось, снова стал выше. Хейвен разжала челюсти и попыталась сохранить нейтральное выражение лица.
Меньше всего ей хотелось, чтобы Белл тревожился, как бы она не совершила какой-нибудь опрометчивый и глупый поступок… как, например, она едва не сделала сейчас.
Белл изучал носки своих начищенных черных сапог.
– Тень Монстра Теней, она просто невыносима! Я думал, что сегодня все будет по-другому. Я думал, раз уж наступил мой День Руны… Неважно. С таким же успехом я мог бы ожидать, что скорпион не нападет.
– Возможно, однажды она запутается в своих ярких волосах и задохнется.
Белл выдавил из себя слабый смешок.
Но Хейвен знала, что никакими словами не сможет утешить друга. Она пыталась и терпела неудачу уже сотни раз, каждый раз делая только хуже.
– Ты должна оставить меня, Хейвен. Поезжай в какое-нибудь экзотическое и красивое место. – В голосе Белла прозвучала решительность, которая напугала девушку.