Одри Грей – Давшая клятву (страница 21)
– Вороны, – вполголоса прошипела Хейвен. От этого зловещего зрелища ее сердце словно стиснула ледяная рука.
Неужели Поглощение полностью разрушило город?
Хейвен содрогнулась, представив, какое множество людей могло пострадать от Проклятия в столичном городе Кромвеле.
Несомненно, если бы дворяне Пенрифа осознавали истинные масштабы разрушений, причиненных Проклятием, то сделали бы больше для северных королевств…
Ложь помогла облегчить ее чувство вины, но не намного.
Осенив себя знаком Богини, Хейвен пустила Леди Перл галопом, не желая зацикливаться на мысли о том, что все эти годы она жила в комфорте замка Пенриф и под защитой стены, в то время как эти люди…
Нет, она не будет думать об этом.
Оставленный руной след мерцал в темноте, облегчая погоню. За ночь они преодолели большой отрезок пути, пока Хейвен боролась с усталостью, зевая в седле и постоянно упражняясь с клинком, чтобы не заснуть.
Где-то между воображаемой ложной атакой и парированием, пологие травяные холмы уступили место бесконечному полотну песчаных дюн.
К этому времени, явно убежденный, что погони уже не будет, Повелитель Солнца перестал запутывать свои следы.
Благодаря этому Хейвен определила, что Повелитель Солнца встретился с группой других всадников, – песок был взрыхлен копытами их лошадей. Судя по отпечаткам больших неподкованных копыт, всадниками были представители его расы.
Тем не менее, Хейвен продолжила преследование, не смущаясь наличием еще нескольких высокомерных Солисов.
Повелитель Солнца совершил ошибку, недооценив Хейвен, но это играло ей на руку. Ее появления никто не ждал. Если ей удастся застать их на привале, пока они будут спать свои положенные несколько часов в день, то у нее есть шанс вернуть рунные камни.
Такая возможность представилась в середине ночи. Мерцающий след стал плотнее и начал сверкать так ярко, что освещал песок. Магическая тропа поднималась вверх по небольшому горному хребту и исчезала за ним.
Ноги Хейвен бесшумно целовали песок. Взяв Леди Перл под уздцы, девушка подвела усталую кобылу к подножию большого скалистого утеса.
Солисы были уже близко. Вероятно, на другой стороне крутого хребта.
Попросив Леди Перл быть умницей и не издавать ни звука, Хейвен подошла к подножию горы и начала подниматься. В гранитной стене было множество уступов, за которые Хейвен могла уцепиться, но крутизна замедлила движение и утомляла.
На середине пути ее пальцы уже болели от необходимости цепляться за крошечные трещины в скале. Камешки усеяли поля ее шляпы, а пыль затуманила глаза. В какой-то момент камень размером с кулак Хейвен оторвался от скалы и с грохотом покатился по граниту.
Девушка напряженно замерла, пока не убедилась, что никто ее не услышал.
Наконец взобравшись на вершину, Хейвен заметила огонь костра далеко внизу, на другой стороне горы, и пригнулась, прижавшись подбородком к камням.
Девушка отыскала взглядом рунный след, теперь оранжевый, и пошла по нему. Вниз по скалистому склону горы и в обход костра…
Рычание вырвалось из ее груди.
Вороватый Повелитель Солнца лежал на спине, закинув руки за голову, и любовался звездами, как какой-нибудь дурацкий поэт, размышляющий о смысле жизни. Темный плащ окутывал его ноги, открывая обнаженный торс.
Взгляд Хейвен остановился на груди Повелителя Солнца, где на серебряных рунах танцевал лунный свет.
В любой другой ситуации Хейвен могла бы восхититься красивыми мерцающими линиями, которые скользили и изгибались на теле Повелителя Солнца, подчеркивая его широкие плечи и мощное телосложение.
Возможно, ей даже захотелось бы нарисовать такое великолепие…
Но сегодня вечером ее интересовали только украденные им рунные камни, и Хейвен оторвала взгляд от прекрасного Повелителя Солнца, чтобы изучить лагерь.
У костра сидели две женщины, явно представительницы расы Солис и, вероятно, высокородные Солнечные Королевы, судя по их росту и высоким чистокровным лошадям. Темнокожий Солис в кроваво-красном плаще склонился над дымящимся котелком, в котором что-то кипело. У него тоже был властный вид Повелителя Солнца.
Собственный вздох даже Хейвен показался тяжелым.
Шансы получить камни обратно таяли с каждой секундой. А вот голод только рос.
У Хейвен заныло в желудке, когда прохладный ветерок донес до ее носа приятный запах. Какое-то тушеное мясо.
С еще одним горьким вздохом девушка прижалась к скалам и нашла хотя бы отчасти удобное положение, приготовившись лежать на вершине, пока Солисы отдыхают свои положенные два часа. Сладкая булочка в ее кармане зачерствела, и девушка безрадостно засунула выпечку в рот.
Затем она стала ждать.
Шершавый камень холодил ее щеку, ее дыхание выровнялось, а веки сомкнулись…
Хейвен резко распахнула глаза. Холодный ветер развевал ее плащ вокруг ног. Она дрожала, ощущая боль и онемение в шее. Тупая головная боль покалывала ее виски.
Внизу у тлеющего костра, завернувшись в одеяла, лежали четыре Солиса. Бросив быстрый взгляд на лунную дорожку, Хейвен определила, что прошел всего час.
Приподнявшись на локтях, девушка обогнула вершину горного пика, стараясь вновь не столкнуть какой-нибудь камень, нашла тропинку и начала спуск. По крайней мере, спускаться с этой стороны горы было гораздо легче.
Чем ближе Хейвен подбиралась к спящим Солисам, тем медленнее двигалась, едва дыша и действуя аккуратно. Было бы обидно, если бы ее поймали.
Поэтому ее не должны обнаружить. И дело в шляпе.
Гордая тем, что не издала ни единого звука, Хейвен прокралась по тонкой траве мимо костра туда, где заканчивался мерцающий рунный след.
На камне лежал никем не охраняемый мешок.
У самых ног Хейвен оказался спящий на спине Ашерон, завернувшийся в темный соболиный плащ. Маленький треугольный проем капюшона частично открывал красивое лицо Повелителя Солнца. Изгиб щеки едва угадывался, сверкая в лунном свете.
Солис выглядел молодым, почти мальчишкой. Его полные губы, которые Хейвен привыкла видеть изогнутыми в горькой ухмылке, были расслаблены и слегка приоткрыты. Это придавало ему простодушный вид…
Вот только Повелитель Солнца не был простодушным. Он был мошенником и обманщиком. Вором самого худшего сорта. Он знал, что без рунных камней Хейвен не сможет пересечь Погибель и спасти Белла.
Он знал – и все равно украл их.
Хейвен стиснула зубы так, что у нее заныла челюсть. Пытаться наказать его сейчас было бы для нее смертным приговором, и все же… она не могла смириться с мыслью, что позволит ему просто так избежать правосудия.
Может быть, перерезать подпругу его седла? Или заменить воду в его фляге сухим песком? Или выкопать песчаного скорпиона и запустить его под плащ…
Ухмыляясь, Хейвен потянулась за мешочком с рунами…
Изумрудный глаз распахнулся. Черный зрачок расширился, взгляд сфокусировался на девушке. Затем Ашерон приподнялся на локтях, зевнул и забрал ее мешок с рунами.
– Богиня Небесная, – прорычал он сквозь зевок, – ты настойчива, смертная. Ты когда-нибудь спишь?
Ярость вспыхнула в венах Хейвен, горькая и ослепляющая.
Одним плавным, смертоносным движением она потянулась за луком и наложила стрелу.
– О, – проворковала черноволосая Солнечная Королева на солиссианском, их родном языке, вытянув длинные руки из-под одеяла. – Мы можем оставить ее у себя? Пожалуйста?
Другая Солнечная Королева с выгоревшими на солнце волосами, заплетенными во множество косичек, застонала и сбросила одеяло, даже не взглянув на Хейвен.
– Сурай, смертная девушка – не домашнее животное. А эта, судя по ее виду, еще и кусается.
Стиснув пальцами стрелу, Хейвен зарычала, ей не терпелось выстрелить. Руны! Она подпишет себе смертный приговор, если выпустит эту стрелу. И все же они не имеют права обращаться с ней как с ребенком!
По другую сторону костра раздался раскатистый смех, и молодой человек в багровом плаще ухмыльнулся, обнажив ярко-белые зубы. Как и у Белла, у этого Повелителя Солнца была темная кожа, но изысканного оттенка ночного неба.
– Ты права в обоих случаях, – сказал Повелитель Солнца. – Они обращаются с тобой как с ребенком. И ты не выживешь, если попытаешься сражаться с нами.
Лук дрогнул в руках Хейвен. Она слышала о Солисах, которые могли читать мысли, но они должны были спрашивать разрешения. С другой стороны, Ашерон тоже ничего не спрашивал.
– Я не давала тебе разрешения проникать в мою голову.
– Мне не требуется твое разрешение на чтение души, смертная, – рассмеялся он.
Хейвен обрушила свою ярость на Ашерона, который с равнодушным видом чистил ногти.
– Это мои рунные камни. Верни их мне.
– Нет, – пробормотал он, даже не поднимая глаз.
Подавив желание все равно пустить стрелу ему в шею, Хейвен отложила оружие и заставила себя вежливо улыбнуться.