Одиссей Мамонов – Первый контрудар Сталина. Отстоять Ленинград! (страница 23)

128-я дивизия к концу дня отошла к северным окраинам города и занимала совхоз Ульяново и разъезд Наши. Штаб дивизии располагался около Сырково. Не успел он обустроиться на новом месте, как на Сырково начался авианалет, а затем и атака противника. В завязавшейся рукопашной схватке тяжело ранило командира дивизии Комарова, погибли многие старшие командиры штаба. Управление дивизии оказалось на какое-то время дезорганизовано. 741-й стрелковый полк отошел в сторону города, а 374-й, 533-й стрелковые полки и 119-й разведбатальон были оттеснены в сторону Ленинградского шоссе.

Остатки горнострелковой бригады, всего около 80 человек, были отведены с занимаемых позиций в центр города. Генерал Коровников вечером издал приказ, определяющий задачи на 15 августа:

«28-й танковой дивизии, усиленной артиллерией [из состава 128-й дивизии], продолжить упорную оборону рубежа Григорово, Новая Мельница, Аркажа. Одновременно занять силами до батальона крепостные стены Кремля и подготовить к обороне здания западной половины города. Речь идет об упорной обороне, до последнего предела».

Оборона была разделена на несколько секторов: за правый сектор (от Зверинова монастыря до Ленинградской улицы) отвечал командир 55-го полка полковник Минаев, за центральный (от Ленинградской улицы до улицы Льва Толстого и правой половины Кремля) — 56-го полка майор Греко, за левый (от улицы Льва Толстого до дороги, ведущей на аэродром) — подполковник Сигов. Штаб обороны располагался по адресу: улица Московская, д. 83.

Уже после освобождения города летом 1944 года в развалинах около Новгородского кремля был обнаружен труп воентехника 1-го ранга из 55-го танкового полка Михаила Синицина, при котором находилось неотправленное донесение Черняховского Коровникову. В нем говорилось:

«Комдиву Коровникову.

Танкисты дерутся отлично. В течение целого дня по линии обороны работают 24 самолета противника, до трех дивизионов артиллерии, не считая остального оружия — минометов в большом количестве и ПТО /противотанковых орудий/. Основное направление, куда устремился противник — это 56 тп /танковый полк/. В 56 тп потеряно два командира батальона и все командиры рот второго батальона…

Противник готовится ворваться в город или сегодня к вечеру, или с рассветом завтра. Сосредоточил до 15 танков и до трех эскадронов конницы на нашем левом фланге. Пять танков действуют в направлении Шимского шоссе. Сейчас в движении на Новгород. До батальона пехоты — в движении с Лешино на Ляпино.

Положение танкистов, действующих по пехотному, тяжелое.

Настроение бодрое.

От штаба остались развалины, но работать можно. Сражаться будем до последнего человека.

15.8.41. Полковник Черняховский».

Утром 15 августа на помощь 28-й танковой дивизии прибыли такие же «пешие» танкисты из 3-й танковой дивизии. Они имели 17 танковых и несколько ручных пулеметов. Немцами была предпринята попытка овладеть Новгородом, которая оказалась неудачной. Основные усилия были сосредоточены на левом фланге, где на рубеже от Волхова До Псковской Слободы оборонялся 5-й танковый полк. Его около трех часов бомбили немецкие пикировщики. После этого началась «психическая атака». Подпустив противника на 100–150 метров, воины открыли огонь и отбросили врага. Вот как этот бой описывается в боевом донесении 3-й танковой дивизии:

«Воздух смешался с землей, многие траншеи были разрушены, людей засыпало землей. Началась *психическая атака» фашистов с развернутыми знаменами. Подпустив взбесившихся немцев на 100 метров, танкисты открыли сильный ружейно-пулеметный огонь, который оказался таким неожиданным для противника, что пехота бросилась в бегство, оставляя убитых и раненых. Повторные атаки также были отбиты с большими для противника потерями».

В качестве последнего аргумента Черняховским были использованы два тяжелых танка «КВ» и пять легких БТ-7, которые возвратились из ремонта и еще не были переданы в другие подразделения. В районе Псковской Слободы они ворвались в боевые порядки немцев и остановили очередную атаку, после чего двинулись вдоль фронта налево, развернулись на стыке с соседом и снова атаковали противника. Воодушевленная успехом пехота поднялась в атаку, отбросила немцев и захватила пленных. От них стало известно, что на следующее утро намечен удар на стыке двух полков. Если бы удар удался, то дивизия оказалась бы рассеченной на несколько частей.

В 17:30 начался очередной массированный авианалет на советские позиции, продолжавшийся двадцать минут. Новгород пылал. Позднее в отчетных документах немецкое командование признавало ключевую роль авиации в штурме Новгорода:

«Сопротивление было подавлено атаками пикирующих бомбардировщиков, которые подожгли город во многих местах».

В 18 часов началась атака пехоты, которая смогла проникнуть на южную окраину города. Держаться дальше было невозможно. С разрешения Коровникова Черняховский отвел остатки своих подразделений в город на второй рубеж обороны. К этому времени в городе уже было закончено оборудование оборонительных сооружений. Новая линия обороны проходила непосредственно за ближайшими к шоссе домами. Все улицы были перехвачены баррикадами из мешков с землей, а местами и каменными кладками с бойницами. Окна угловых домов на перекрестках улиц оборудовали под пулеметные точки. Танкам оставили свободным проход в районе улиц Легощей и Чудинской. Сюда были переброшены все оставшиеся в запасе противотанковые мины, чтобы, когда отпадет необходимость в проходе, быстро его заминировать. На левом фланге оборонялись остатки 3-й танковой дивизии, в центре — 28-я танковая дивизия, а на правом фланге — 1-я горнострелковая бригада, которая прикрывала Ленинградское шоссе в сторону Колмово и Ленинградской слободки. Здесь же была сосредоточена большая часть артиллерии.

Теперь командный пункт 28-й танковой дивизии расположился в Софийском соборе. Немцы продолжали наступать, просачиваясь по разрушенным улицам к берегу Волхова и Кремлю. Баррикады и дома расстреливались подходящими вплотную к ним самоходными штурмовыми орудиями. Коровниковым принято решение об отведении танкистов в Кремль и на восточный берег Волхова.

I армейский корпус решил окружить ночью Новгород, а основными же силами наступать с запада на Чудово. 3-й пехотный полк (полковник Беккер) 21-й пехотной дивизии и 424-й пехотный полк (подполковник Хоппе) 126-й пехотной дивизии должны были вести бой за Новгород. Под немецкими ударами советские воины были вынуждены отступить. Боевой приказ по 28-й танковой дивизии, отданный в 04:00 16 августа, гласил:

«Командирам 55-го и 56-го танковых полков занять жесткую оборону по восточному берегу р. Волхов вправо и влево от моста. Разведывательному батальону дивизии во главе с капитаном Котовым и старшим политруком Андреевым оборонять Кремль. За малейшую попытку ухода с участка обороны без разрешения виновные будут расстреляны на месте».

1-я рота 424-го полка (обер-лейтенант Рихтер) 16 августа после 4:00 ворвалась в Новгород и обнаружила главные ворота Кремля незанятыми. За отходящим арьергардом советских войск рота сразу же заняла внутреннюю часть крепости, а вошедшие вместе с ротой корреспонденты роты пропаганды Кауфман и Гревен в 7:00 водрузили флаг на главной башне. Командир полка доложил в 21-ю пехотную дивизию:

«424-й полк в 6:00 взял Новгород и Кремль!»

Но не все оказалось так просто, как написали в своем Донесении немецкие корреспонденты. Бойцы разведывательного батальона еще несколько часов защищались 80 Владычном дворе и уничтожили до роты противника. Последними отходили пулеметчики братья Петр и Дмитрий Ковриги и прикрывающие их автоматчики. Они обосновались в Евфимневой башне и простреливали подступы к кремлевской стене и площадь. Только когда отступающие бойцы 28-й дивизии переправились через Волхов, к братьям был отправлен посыльный Максим Неврода, который принес им приказ об отступлении. После прохода последних подразделений был подорван мост через Волхов.

А разрозненные группы разведчиков во главе с Котовым все еще оборонялись в крепостных стенах. По приказу Черняховского разведчик Владимир Чижик ночью переплыл Волхов и пробравшись около дровяных складов, передал приказ об отходе. Разведчики бесшумно снялись с позиций, сумели незамеченными выйти из Кремля, но тут были обнаружены немцами. Завязался бой. В ночной темноте разведчикам удалось оторваться от немцев и выйти к берегу Волхова. На плотах и подручных средствах они переправились на восточный берег. В суматохе капитан Котов отстал от своих бойцов. Вместе с ним оказался только красноармеец Тягнирядно. Ночью они пытались подойти к берегу, но везде натыкались на немцев. Утром они скрылись в кустах, где уже прятался раненый батальонный комиссар Никитин. Котов сделал ему перевязку, и они втроем прятались до вечера. Потом поползли к реке. И тут фашисты обнаружили их. В перестрелке погиб Тягнирядно, но обоим командирам удалось уйти от преследования и пробраться к реке. На маленьком плотике они переправились через реку и добрались к своим.

Группа бойцов 5-го танкового полка до 26 августа оборонялась в подвале дома на перекрестке улиц Пролетарской и Литвинова. Лишь когда среди бойцов остались только тяжелораненые, немцам удалось подойти к дому и взорвать его. В 1988 году останки бойцов были обнаружены. В числе погибших оказался и адъютант командира дивизии лейтенант Ольховиков А.Т., посланный с приказом об отступлении.