О Хартия – Божественное Орудие. Том 2 (страница 15)

Линь Жолань, шмыгая носом, слезла со спины мужа и тот, став человеком, обратился к остальным:

– Там много раненных?

– Больше двухста человек, – отозвался Илья, – мы оказали первую помощь кому смогли и многих отправили в карантин.

Он с пустым взглядом поднял руки в чужой крови.

Баи заглянул в лицо своей жены, скорчившееся от горечи. Если замечены люди с признаками серьёзных заболеваний, значит ей предстоит больше работы чем подразумевалось. Он рассмотрел Марту с Мехметом и принял решение.

– Мы с Ильёй и Мышкой подменим Франко, а вы все пока отдохните. Нам ещё не скоро выпадет шанс помочь друг другу.

Илья удрученно кивнул. В отличие от Мышки и Баи, ему приходилось переносить свою Старейшину через континенты, и хоть вчера по прилёту, Марта отправила его спать, он с самого раннего утра ухаживал за больными вместе с остальными. Но времени жаловаться не было.

Мехмет передал через Оливию послание Франко возвращаться и ему тут же на подмену вышли трое Божественных Орудий, рассредоточившись у подножья Анд близ Демонических Врат.

Летний жаркий день в двух зданиях, предназначенных под лазарет, превратился в настоящий ад. Отовсюду доносились крики и стенания, вонь стояла такая, что глазам становилось больно. Марта успела перевязать нескольких пострадавших, как к ней подбежала грязная девочка в лохмотьях, на вид ей было не больше семи лет. Она схватила Марту за штанину и вытянув тонюсенькую шею, хрипло сказала:

– Помогите моей бабушке!

Марта погладила девчонку по голове и прошла за ней. На полпути она поняла, что ведут ее в соседнее здание с карантином. Остановившись, она взяла девочку за руку и спросила:

– Твоя бабушка в том здании?

Девочка активно закивала, и Марта с горьким вздохом потерла лоб. Ничем помочь в карантинной зоне она не могла. Они распределяли людей, не имея полной картины заболевания, и Марта, как и остальные, понимала, что к тяжело больным и заразным людям могли случайно попасть здоровые или слегка простудившиеся. И те, кто изначально был здоров, могли умереть.

Но другого выхода у них не было. Если Старейшины замечали хоть малейший признак заболевания, передающегося воздушно-капельным путем, они отправляли их к остальным больным. Безопасных зон, защищённых новоприбывшими божествами, было мало для того, чтобы держать людей по отдельности, поэтому все, кто хотя бы слегка походил на живого человека, сгребались в общую кучу. Об руку со смертями, войной и голодом, идут болезни, и от Старейшин требовалось оставить в живых как можно больше людей.

Смерти на пути спасения человечества считались необходимыми. И Старейшины с их Божественными Орудиями были теми, на чьи плечи ложилась ответственность за выбор, сделанный в пользу большинства. Это было логичным – избавиться от возможной угрозы, дабы спасти остальных. Но каждый из умерших по случайности был живым человеком. Со своими проблемами и мыслями. Это были люди, умершие по ошибке. Их время ещё не пришло, но Старейшины отправили их на плаху, желая спасти остальных.

Марта взглянула на девочку и подавив рыдания, спросила:

– Ты ходила в это здание?

Ты была в этом рассаднике всех возможных болезней?

Умоляю, скажи «нет».

Скажи, что не бегала из одного здания в другое!

– Да! – самодовольно высказалась ничего не подозревающая девчушка и свет в глазах Марты погас.

Она резко упала на корточки и спрятала лицо в ладонях. Казалось, из-за невероятной жары ей стало нечем дышать, а сердце вдруг разорвалось на миллионы осколков, которые никто и никогда не сможет собрать.

Из здания карантинной зоны вышла Линь Жолань, вытирая полотенцем руки. Она прошла к стене и прислонившись к ней, заметила Марту с ребёнком.

– Что случилось?

Та долго не шевелилась, пока в ее сердце и разуме не воцарилась защитная пустота. Она шмыгнула носом и убрала одну ладошку, чтобы увидеть Жолань. Глазом, указав на малышку, она сказала короткое:

– В карантинную зону.

Она встала, отряхнулась и удерживая равнодушие и холод, сказала девочке:

– Беги к бабушке, скоро вам помогут.

Ничего не понимающий ребёнок счастливо улыбнулся и сверкая пятками, побежал на верную смерть. Гепатит, туберкулёз, тиф или холера – станут её последним воспоминанием.

Жолань посмотрела на лицо Марты и увидела в ней себя. Какими силами она сдерживала слезы, ей не было известно, поскольку у неё хотя бы был кто-то, в чьей сладкой любви она могла утонуть и забыть обо всех существующих проблемах хотя бы на несколько мгновений. Но Марта не знала любви, и вся горечь мира была для неё зыбкими песками, желающим поскорей унести ее под землю.

Смешливая, наглая и глупая Марта медленно исчезала, узнавая обратную сторону жизни, невиданную никогда ею прежде. Все проблемы человеческой её жизни казались несущественными по сравнению с увиденным за последние три месяца. Но у нее не было времени подумать о внутренних изменениях.

Совсем скоро в поселение явился уставший Франко со своей девушкой. Оба тяжело волочили ноги по дороге, но его Божественное Орудие Адриана, к тому же не могла сдержать рыдания. Она громко ревела без остановки, издавая одной ей известные звуки, пока Старейшина Молний не смог этого выносить. Он с силой толкнул её в грудь и прокричал:

– Заткнись! Ты меня уже достала! Не могу видеть тебя, пошла прочь!

Адриана, упавшая на землю, от страха закрыла рот и продолжила беззвучно плакать, провожая взглядом удалявшегося Франко.

Свидетелями их ссоры стали Мехмет с Мартой, вышедшие в безлюдное место для медитаций и накопления сил. Сейчас оба смотрели на проходящего мимо них Старейшину молний, который предпочел их проигнорировать. А его девушка скрутилась калачиком и продолжала тихо реветь, чтобы не потревожить того, кого всем сердцем любила.

Она была слабой, неприспособленной к подобной жизни девушкой, которую всю жизнь холили и лелеяли как самый красивый цветок в саду. Адриана плохо сражалась, и постоянно подводила Франко, но она всегда искренне пыталась о нем заботиться, и как маленькая канарейка щебетала вокруг него днем и ночью, постоянно натыкаясь на непреодолимые стены.

К ней подошел сжалившийся над ней Мехмет и присел рядом. Он долго молчал и смотрел вдаль, но от присутствия кого-то сочувствующего, ей стало легче. Она села в позу лотоса и вытерла слезы.

– Однажды это закончится, – спокойно сказал Мехмет.

Но Адриана не нашла утешения в его словах. Однажды Катастрофа кончится, но её жизнь с человеком, который её не может терпеть, не кончится никогда.

Она согласилась быть его Божественным Орудием, желая оберегать его. Но когда они оказались на Земле, выяснилось, что она ему совсем не нужна, а за те десять лет что они вместе провели на Небесном Пределе, она успела ему надоесть.

Глава 37. Откровенный ужас.

Через несколько дней, когда часть барьера уже была построена, а Божественные Орудия в очередной раз сменили Франко на поле боя, произошло то, что почти довело Марту до сумасшествия.

Она накапливала энергию и ненароком подслушивала сплетниц, занимающихся стиркой.

– Я училась в одной школе со Старейшиной Франко, – горделиво прошептала одна другой.

Вторая шлепнула её мокрой рукой и злобно прошипела:

– Об этом слышали уже все! Нашла чем гордиться!

– А я рассказывала, что он девушек менял раз в неделю? Все в школе мечтали о нем! Все, до одной!

Её подруга ехидно прошептала:

– И ты тоже?

– Конечно! Ещё спрашиваешь. Его родители богаты, а сам он хорош. От одного его взгляда сердце замирает… Он из тех мужчин, у которых во взгляде видно настоящее желание…

Дальше Марта предпочла не слушать. Франко всегда вызывал у нее странное ощущение – все её тело кричало «беги от него как можно дальше!», поэтому она не могла понять, о чем судачат эти двое. Она сосредоточилась на медитации, но её тут же потревожил шум на выходе из поселения.

Она поднялась с затёкших ног и подбежала к толпе.

– Что произошло? – опасливо спросила она. Её охватила тревога.

Все замолкли, не смея произнести и слова, будто бы боясь сообщать Старейшине о случившемся. Марта от страха расширила глаза.

Один мужчина все же нашёл в себе смелость и с трудом произнес слово, упавшее камнем на сердце Марты:

– О-орудия…

– Что?! Что с Орудиями? – она закричала, широко раскрыв во внезапно нахлынувшей панике глаза, но ответа дожидаться не стала. Прикоснувшись двумя пальцами к преобразователю на виске, Марта прокричала: – Оливия, с Ильёй, Мышкой и Баи что-то случилось, я отправляюсь к Вратам, передай остальным.

Даже не выслушав ответа Старейшины иллюзий, она обратилась огромным оленем с сияющими нефритовыми глазами и понеслась по дороге в сторону Демонических Врат. Дойдя до серпантина, она, не раздумывая спрыгнула с тропы и спустилась скачками вниз по уступам, перескакивая с одного на другой словно горный козёл. Но несмотря на развитую ею скорость, её сердце зашлось в гораздо более быстром темпе.

Совсем скоро она оказалась у подножия горного хребта и увидела необъятную толпу демонов, с вздымающейся над ними черным облаком демоническую ауру.

Что же делать?

Сражающихся Божественных Орудий нигде не было видно, если Марта воспользуется своей силой, она может задеть их. Клинки она отдала Илье, и могла бы призвать их с любой точки планеты, но боялась, что Илья может пострадать, не защищаясь ими.