Nyerguds – Fallout Equestria: Обыденная нежизнь (страница 36)

Лемон кивнул, внутренне радуясь, что не сын. Иначе он точно сорвался бы сам.

– Да, – ответил он. – Мы только что его посетили. Как зовут вашу дочь и какая у неё кьютимарка?

– Тулип Вишес [7], – с нескрываемым энтузиазмом незамедлительно ответил Петал. – На кьютимарке – пурпурный тюльпан, – он улыбнулся. – Садовник, как и её старик.

Гуль-солдат уставился куда-то вдаль:

– Но уже ведь двести лет прошло… она наверняка уже умерла.

Внезапно его взгляд оживился, и он снова обратился к Лемону:

– А внуки? Внуки у меня есть? Ну, или пра-пра-п… правнуки?

– Мисти? – обратился Лемон. – В твоём пипбаке есть какие-нибудь данные о населении Стойла?

Мисти стала сосредоточенно рыться в многочисленных опциях своего портативного компьютера. К её удивлению, там действительно оказалась и генеалогическая база данных. Она кивнула Лемону.

– Сверься, пожалуйста, с этими записями и скажи, как много у неё есть ныне живущих потомков.

Единорожка ввела запрос и кивнула:

– В настоящее время среди жителей стойла сто шестьдесят пять её потомков, – она моргнула и сдвинула брови. – Ух, ё-моё. Э-э…

– Теперь у тебя есть два варианта, – обратился Лемон к Петалу. – Ты можешь покинуть этот мир и обрести наконец покой. Или ты можешь попытаться жить в нём, мы тогда сможем пойти в Стойло и отыскать твоих родственников. Каким бы ни был твой выбор, я отнесусь к нему с пониманием. Ты уже и так прошёл через ад, а нынешняя пустошь ничуть не лучше.

– Лемон? – нотки обеспокоенности послышались в голосе единорожки. – Надо поговорить.

– Не сейчас, Мисти, – ответил тот.

– Я серьёзно. Ты должен это увидеть. Я тут просто офигеваю.

Гуль подошёл к Мисти:

– Что такое?

– Одна из них – я, – шепнула она ему. – Из тех ста шестидесяти пяти.

Лемон, моргнув, перевёл взгляд с Мисти на Петала и обратно:

– Ни-че-го себе.

– Ну что ж тогда! – улыбнулся он, уже не сдерживая громкости голоса. – Да свершится же счастливое воссоединение.

– Нет! – крикнула Мисти. – Стой!

Мисти даже не успела среагировать, когда Лемон крепко ухватился обеими ногами за её пипбак, едва не положив её саму на землю, и вкопытную открыл генеалогическую схему:

– Тулип Вишес, – громко начал Лемон, – произвела на свет Винтер Бриза [8], – взглянув на Мисти, он усмехнулся. – Заметь, погодное имя, мы оба понимаем, что это значит.

Мисти вздохнула и, пока Лемон продолжал читать, неохотно прекратила сопротивление. Хоть и недоумевая, в чём тут было дело, Петал Лак всё же продолжал сосредоточенно слушать.

– Винтер Бриз стал отцом Спринг Мелоди [9], родившей Грин Мидоу [10], которая произвела на свет Расти Ренча [11], ставшего отцом Рэд Дэшер [12], матери Софт Бриза [13], явившегося отцом Рэйндропа [14], который стал отцом Хейлсторма, чей дочерью является Мисти Клауд.

Лемон поднялся, взглянул на Петала и указал копытом на Мисти:

– Что ж, Петал Лак, знакомьтесь: ваша пра-пра-пра, пра-пра-пра, пра-правнучка, Мисти Клауд.

Серьёзно взглянув, Петал Лак нерешительно приблизился к единорожке.

– Это правда? – с надеждой в голосе спросил он.

Мисти уставилась в растрескавшийся бетон под ногами:

– Да. Я родилась и выросла в Стойле, и данные оттуда это подтверждают.

Петал медленно подошёл к Мисти совсем близко и коснулся её, словно отчего-то вдруг возжелав убедиться, что она не мираж.

– Да… ты – поколение настоящего.

Он опустил копыто и взглянул на Лемона:

– Что ж, теперь я спокоен, – с улыбкой сказал он. – Спокоен, ибо знаю, что они живут. И я – в них. В ней.

Едва до Мисти дошло, к чему он клонил, её глаза округлились:

– Нет, п-постой… – слабо и неуверенно прозвучал её голос.

– Я уже чересчур долго топтал эту землю, – покачав головой, ответил Петал Лак. – Я из поколения тех, кто ответственен за весь сегодняшний беспорядок. И я не имею никакого морального права в какой бы то ни было роли пытаться теперь это исправлять вместе с вами.

– Пожалуйста, не надо, – произнесла Мисти. Она хотела прокричать, но так и не нашла сил поднять голос. – Мы же только встретились…

Петал покачал головой:

– Прости. Но я уже умер двести лет назад. Вы просто помогли мне осознать это, – печальная улыбка прокралась на его лицо. – Пожалуйста, позволь уже отдохнуть.

Лемон кивнул:

– Мы похороним тебя вблизи Стойла. И твоим родственникам мы всё расскажем, – пистолет из его сумки перекочевал к нему в рот.

– Ну нельзя же так! – прокричала Мисти им обоим. – Не надо, пожалуйста…

Но Лемон покачал головой:

– Я о'ешал, ш'о о'нешуш ш 'они'анием к ео ы'ору, – процедил он через пистолет. – И он ео уе 'елал.

Мисти отвела взгляд и крепко зажмурилась, но слезы этим было не остановить. Звук выстрела – тоже.

* * *

Путь назад проходил в тишине. Двое уже миновали очищенные ими ранее места и теперь проходили через пригород. Мисти старалась не смотреть на тело Петала, лежавшего на импровизированной волокуше, что тащил за собой Лемон. Посетить кладбище ему всё-таки не удалось. Но оно подождёт. Ему нужно позаботиться о новой могиле.

– Ну почему? – наконец спросила она. – Почему ты так поступил? У тебя же с сыном…

Лемон покачал головой:

– Сейчас всё было по-другому, Мисти. Даже наоборот. У меня была тётя, на закате своих лет впавшая в слабоумие. Она постоянно забывала случившееся даже пять минут назад, или внезапно теряла из памяти целый день жизни и удивлялась, куда подевались вчерашние гости. А хуже всего было то, что она знала, что с ней происходит. Она знала, что не могла больше доверять своей памяти, и это очень угнетало её. В итоге она просто утратила волю к жизни.

Гуль взглянул на Мисти:

– А Петал Лак сейчас узнал, что двести лет находился в подобном состоянии. Забывая день за днём, едва осознавая окружающую обстановку, не замечая даже не сменяющихся времени и даты на часах. Он двести лет дежурил призраком на той базе. Риск снова вернуться в роль солдата был для него пугающе реален. Что если бы однажды, будучи уже в Стойле, он оглянулся бы и удивился, откуда там столько нарушителей? Он бы стал угрозой собственной семье. Заметь, я таковым его не считал, иначе я бы, наверное, не дал ему того выбора. Но это не отменяет того, что иначе он жил бы в постоянном страхе, что однажды подобное случится. Ему действительно пора было на покой, Мисти.

– Это несправедливо, – протестовала Мисти.

– Справедливость – редкое свойство жизни, – отвечал ей Лемон. – Да и по крайней мере у него был выбор, который он сделал сам.

* * *

ЗДЕСЬ ПОКОИТСЯ ПЕТАЛ ЛАК,

ОТЕЦ ТУЛИП ВИШЕС

Лишь двести лет спустя покой им обретён

Похороны для жителей Стойла оказались событием странным и непривычным. И чтобы стать его свидетелями, наружу вышло множество пони, и далеко не только родственники Петал Лака. В Круг Жизни его вернуть было нельзя – тело его было пропитано отравами мёртвого города. И, как и было обещано, его похоронили недалеко от Стойла, в котором продолжали жить его потомки, на дальнем краю карьера, где были погребены и сорок погибших под дверью убежища. Но лишь у его могилы было надгробие с именем. Каждому, кто выглянет из двери Стойла, его будет видно.

Лемон обернулся к собравшимся жителям Стойла.

– Гули бывают разные, – начал он. – Есть такие, как я – вроде нормальные, просто продолжили жить после смерти. Есть просто плотоядные монстры. А есть и такие, кто умер изнутри, но продолжил раз за разом повторять дела своих последних дней, словно старый патефон на кривой пластинке прошлой жизни. И если что-то помешает им в этом, они превращаются в тех же безумных чудовищ, – Лемон приостановился и закрыл глаза. Мисти знала, о ком он вспомнил.