Nyerguds – Fallout Equestria: Обыденная нежизнь (страница 25)

– В основном, чтобы оповестить семьи Эпла и Спрея о том, что случилось там снаружи, – сказала она. – А ещё доставить Копытоводство по выживанию в пустоши.

Диджей Триллекс улыбнулся:

– Ах да! А теперь, леди и джентельпони, слушайте внимательно! Эти храбрые путешественники предоставили нам удивительный справочник, где описываются все гадости мира снаружи, и то, как с ними справиться! Все мы знаем, что случилось с экспедицией в город, однако, по-видимому, снаружи есть и совсем иные гули, потому как одна из них написала эту книгу, а другой её нам принёс. Итак, Лемон, встречали ли вы сами когда-нибудь эту Дитзи Ду?

Лемон кивнул:

– Да, несколько раз, когда она доставляла посылки. Она такой же двухсотлетний гуль, как и я. А также одна из немногих пегасов, кто не оставил, спрятавшись в облаках, нас умирать. Весьма достойно восхищения.

– Несомненно, – ответила диджей. – Да я и всё равно не думаю, что Анклав бы сейчас её принял. Мисти вот упомянула, что вы были снаружи всего лишь неделю. А чем же вы занимались двести лет до этого?

– Разыскивал всякий мало-мальски ценный хлам в Кантерлоте. И вот, кстати, вам мой совет: если вы ещё не труп, не ходите туда, иначе быстро им станете. Это место насквозь пропитано отравой, причём куда более опасной, чем старая добрая радиация.

– Так почему же вы ушли? – продолжила диджей. – В смысле, после целых двухсот-то лет это ведь довольно странный поступок, разве нет?

Лемон Фриск ответил не сразу. И правда, почему? Ответа у него не было. Раньше он убеждал себя, что дело было в аликорнах, но потом понял, что это было не так. Ну, или не совсем так. Аликорны просто заставили его вспомнить о принцессах, о днях давно ушедших… о днях своей жизни. От этого он стал ещё более беспокойным, чем был по натуре, и это стало подмывать его на поиски… но чего? Может, смысла жизни, как он шутил с диджеем? А может, и чего-то не столь глубокого, но всё же повод. Повод продолжать, идти дальше, день за днём, два века спустя после окончания своей естественной жизни.

– Лемон? – осторожно спросила Мисти. – Ты в порядке?

Лемон отвлёкся от своих размышлений:

– П-простите. Просто раньше я сильно и не задумывался об этом. Мне, наверное, просто… чего-то не хватало. Немного смысла во всей этой странной пережизни. В Кантерлоте я двести лет просто выживал и лишь сейчас ощутил, что действительно живу.

– Так значит, для тебя это вроде… духовного путешествия, да? – спросила диджей.

Лемон рассмеялся:

– Недоумерший пони в духовном путешествии? Анекдот вышел бы хороший. Но да, думаю, можно и так выразиться.

Триллекс ухмыльнулся:

– И заканчивался бы он, наверное, так: "Перегонял краденые духи на спирт и уходил в запой".

– Эх, если бы, – ответил Лемон. – С тех пор как стал гулем, я напиться не могу. Но что ещё хуже, другие гули, похоже, могут.

– Н-да, это хреново. Ну, а что вы собираетесь делать дальше?

– Дальше? Пойду дальше, – негромко ответила Мисти. – Я не могу здесь остаться, – её голос смягчился. – Ещё два дня назад мне пришлось бежать… долго-долго, может, часа два, никуда не сворачивая. И вряд ли вы поймёте, как… свободно я себя тогда ощущала. Беговые дорожки спортзала ни в какое сравнение не идут.

– Звучит хорошо, – отметила диджей. – А что насчёт вас, Лемон Фриск?

– Мы вообще держимся вместе, – ответил Лемон. – А я первым делом должен сдержать обещание, данное жеребёнку, которого я здесь встретил. Фог Лайт, если ты меня слышишь… мы разберёмся с теми сумасшедшими зомби, и позаботимся, чтобы они больше никогда никого не съели. Даю слово.

Мисти приобрела обеспокоенный вид. Об этом она ещё не слышала.

– Мы будем охотиться… на диких гулей?

– Я ведь уже два столетия прошастал по городу, кишащему ими, – сказал Лемон Фриск с некоторой гордостью. – А те плюс к тому были ещё и крайне живучи. Так что устранить нескольких местных не должно стать проблемой. Ну, на рейдерах же сработало.

Мисти бросила на него вопросительный взгляд:

– Что "сработало"?

Лемон вдруг подумал, что Мисти совершенно не обязательно знать, что он не так давно буквально оторвал пони голову зубами.

– Ну-у… способ разбираться с ними, – ответил гуль и быстро повернулся обратно к диджею: – В общем, да, первым делом избавимся от тех диких гулей. А потом… кто знает? Может, пойдём город исследовать, посмотрим, что и кто там ещё есть. Пустошь, она большая, а убить кантерлотского гуля мало что может.

– Что ж, всё это, конечно, очень интересно, но нам всё еще нужно очень многое обсудить, так что, думаю, на этом мы и завершим наше интервью, – сказала диджей. – Спасибо вам, Мисти, Лемон, за то, что не забыли о нашем скромном маленьком Стойле, и за это чудесное копытоводство. С вами был диджей Триллекс! А сейчас мы возобновим радиотрансляции извне.

– Постойте, ещё кое-что! – прервала Мисти. – Вот, подарок лично для вас, диджей, да и для каждого в Стойле. Это запись баллады о кантерлотских гулях…

Глаза Лемона расширились.

– Ты же не… – воскликнул он.

– …в исполнении Лемона Фриска, – продолжила Мисти. Она показала язык и наклонилась к нему. – Считай это расплатой за "красавицу кобылку", – прошептала она ему на ухо и, схватив своей магией провод с ближайшего пульта, подключила к нему свой пипбак для передачи аудиофайла.

Лемон медленно кивнул, признавая свое поражение:

– Тушé, Мисти. Тушé.

В этот момент Триллекс принялся орудовать на пульте. Микрофоны сразу же были выключены, покидая лишь хриплый голос Лемона Фриска, сопровождаемый тихим потрескиванием костра, разноситься по всему Стойлу.

И жеребята и кобылки Не помнят игр минувших лет И храбрецов, что сердцем пылки, Смерть забрала давно, их нет. Взглянув на край, что процветая Когда-то жил, даря мечты, Эквестрия, спрошу тебя я, Страна, жива ещё ли ты?

* * *

Чуть позднее трое пони уже сидели вокруг стола в Отделе по Исследованию Пустоши, каждый со стаканом напитка. Диджей сказала, что ещё несколько пони присоединится к ним позже – они хоть и группа аналитиков, но у каждого из них в Стойле есть ещё и другие обязанности.

– У вас будто игра такая – ставить друг друга в неловкие положения, – сказала диджей.

– Да, – ответил Лемон. – К своим обязанностям я отношусь серьёзно!

Мисти, не теряя времени, вонзила копыто ему в бок. Лемон громко заржал и свалился с кресла, но и при этом не переставая смеяться.

– Ты становишься всё незаметней и незаметней! – скалозубил Лемон, возвращаясь на место.

– Приходится, – улыбалась она в ответ. – Ты становишься всё внимательнее, когда поблизости.

– Отнюдь. Ты что, и правда думаешь, что застала меня врасплох, когда уснула на моей ноге как на подушке?

Мисти покраснела:

– Заткнись!

– Так, проехали, – Лемон уселся обратно в кресло и, обращаясь к диджею, продолжил: – А как ваше настоящее имя?

– Эпл Твиг [3], – ответила та и с гордостью добавила: – Я – из Эплов!

– Ух ты. Даже двести лет программы размножения спустя семейная гордость Эплов никуда не делась! – удивился Лемон. – В отличие от акцента, правда.

Твиг кивнула:

– Ну, тут ничего удивительного. Из Эплов в Стойло попал лишь один пони. На старых записях диджея Триллекса можно услышать, что акцент пропал уже после нескольких поколений.

– Старых записях? – переспросил Лемон. – Так он не выдумка?

– Конечно нет! Первым Триллексом был один из Праотцев. Его звали Эпл Пай [4]. Когда в Стойло вошло восемь жеребцов, и Дверь начала закрываться, ему с Блюшифтом [5] также удалось протиснуться внутрь. Правда, в случае с Эпл Паем – лишь по большей части – "Триллекс" как раз и значит "три ноги" [6]. Он занялся радиостанцией как хобби на время выздоровления и продолжил, когда оказалось, что околачивать яблони он уже не сможет. Роль диджея стала передаваться из поколения в поколение, в большинстве случаев.

У Лемона округлились глаза:

– Постойте. Вы говорите, что когда Стойло стало закрываться, снаружи ещё были пони?

Эпл Твиг кивнула.