Novela – Такие разные. Чувствуя тебя (страница 2)

Я знаю, что слишком многим обязан Мег. Иногда я спрашиваю себя, а знает ли она об этом? Понимает ли, что спасла меня? Буквально. Когда мы встретились, мне казалось, что моя жизнь больше никогда не изменится, не станет лучше. Что все, что мне останется до конца моих дней – это безысходное чувство одиночества. Оно затапливало меня, наполняло до краев все мое сознание, и я не знал, как выбраться из него. Я проехал почти весь Старый Свет, встречал бесчисленное количество людей, но постоянно, каждую секунду своей жизни я был одинок. И так в течение трех лет – именно столько времени я был потерян, когда наши пути с Лекси разошлись.

Ее имя вспыхивает у меня в голове, и я едва сдерживаюсь, чтобы не выругаться. Долгое время я не позволял себе вспоминать о ней; не думать, где она и что с ней. Избегал желания увидеть ее.

Потому что Алексис Рендол больше не было места в моей жизни. Давно не было. Так же, как и меня в ее жизни. И так было правильно. Мы оба знали это. Решение расстаться было верным, ведь только так мы могли спастись и не пропасть.

Порой я вижу ее имя в газетах, чаще оно упоминается в связи с именем Джареда Блейка, сенатора. Я знаю, что у нее все хорошо – теперь уже хорошо, и я рад этому. Чтобы ни случилось между нами в прошлом, я не желаю ей ничего плохого. Единственное, что я хочу, чтобы ее никогда больше не было в моей жизни.

– Ладно, давай выходить, иначе мама с ума сойдет, если мы опоздаем.

Мег с неохотой отрывается от меня и поправляет мой черный галстук.

– Мы действительно должны это сделать, да? – тяжело вздыхаю я.

Мег смеется.

– Да, должны. Но после, – она выгибает одну бровь и с лукавством смотрит в мои глаза, – я сполна компенсирую причиненное тебе неудобство.

Я издаю протестующий стон. Хочется махнуть рукой на этот благотворительный вечер и остаться с Мег дома.

– Ты не создаешь мне никакого неудобства, – внезапно севшим голосом убеждаю я, – но ничего не имею против твоей компенсации.

Она бросает на меня откровенный, полный обещания взгляд и я заставляю взять себя в руки.

Вечер обещает быть долгим.

Полчаса и один потрясающий секс спустя, мы с Джаредом спускаемся в лифте со своего восемнадцатого этажа, где нас уже ожидает личный лимузин моего жениха.

Швейцар Эндрю услужливо распахивает перед нами входную дверь и желает хорошо провести вечер.

Сегодня суббота, половина девятого вечера и долгая ночь в Нью-Йорке только начинается.

Я люблю этот город: с его ритмом жизни, огнями и кипучей энергией.

Мы забираемся в лимузин, и, устроившись на кожаном сиденье, я вытягиваю руку с кольцом и мечтательно улыбаясь, разглядываю украшение, символ нашей с Джаредом помолвки и любви. Оно идеально, и по размеру, и по внешнему виду. Я уже люблю его. Это лучшее кольцо в мире, если только не считать…

Я резко встряхиваю головой, прогоняя непрошеные мысли.

Что за глупость сейчас вспоминать, а тем более сравнивать!

«Прекрати! Прекрати!» – зажмурившись, приказываю себе.

– Что такое? – с беспокойством смотрит на меня Джаред, заметив, как я хмурюсь.

– О, ничего. – Я успокаивающе качаю головой. – Просто… просто подумала, как жаль, что отец не сможет повести меня к алтарю.

Я наспех придумываю отговорку, но теперь расстраиваюсь и по этой причине тоже.

– Мне жаль, малыш. – Джаред усаживает меня к себе на колени и, прижимая к груди, целует в висок.

Мне уютно в его руках, и спокойно. Я кладу голову на сильное плечо любимого и закрываю глаза. На мне черное кружевное платье и я не боюсь его помять.

– Ты правда думал, что я скажу тебе «нет»? – решив отойти от нежелательных мыслей, спрашиваю я повеселевшим голосом. Я стараюсь не думать о том, что колебалась какое-то время перед тем, как согласиться.

На лице Джареда появляется смущение.

– Ну, у меня были из-за этого опасения.

– Джей, мы с тобой столько времени вместе, а ты все еще сомневаешься во мне?

Я обхватываю его лицо ладонями, с нежностью и любовью смотрю в темно-серые глаза.

– Я люблю тебя. Я принадлежу тебе. И я счастлива стать твоей женой; провести с тобой всю жизнь. – На последних словах мой голос дрожит от избытка эмоций.

Мы близки с Джаредом, но я не часто так обнажаю свою душу перед ним.

У меня уже был прежний опыт в отношениях, когда я слишком доверилась человеку, но в итоге это лишь причинило боль. С тех пор прошло много лет, некоторые раны затянулись, но рубцы не исчезли. Именно поэтому я предпочитала определенную эмоциональную дистанцию. Это создавало иллюзию, что впредь мое сердце некоторым образом защищенно.

Джаред замечательный мужчина, и я очень люблю его, но есть вещи, о которых он не знает. Я бы хотела, чтобы так было всегда, но в свете того, что мы теперь обручены, не было бы честнее все рассказать Джареду? Пока не стало слишком поздно.

Пока он еще может передумать.

– Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной в мире, став моей женой, – шепчет Джаред, целуя мое ушко.

Оставшуюся дорогу до «Ритц-Карлтона» мы целовались, обнимались и шептали друг другу разные нежности. Когда же лимузин подъехал к отелю, в котором и должен был пройти благотворительный вечер в честь детского фонда, я пересаживаюсь с колен Джареда на сиденье и поправляю платье с прической. В свою очередь Джаред приглаживает каштановые волосы руками и проверяет смокинг. Его внешний вид, как и репутация, должны быть безупречными. И это еще раз напоминает мне, что стоит рассказать Джареду всю правду о себе. Даже если после этого он не захочет иметь со мной ничего общего.

– Готова?

Джаред с улыбкой смотрит на меня, и я с усилием киваю. Сейчас мы выйдем и окажемся под вспышками фотокамер. За три года наших отношений я уже привыкла к повышенному вниманию прессы. Приходилось мириться с некоторыми неудобствами, будучи девушкой молодого, многообещающего и привлекательного политика.

Шофер раскрывает перед нами дверцу, и мы с Джаредом ступаем на красную ковровую дорожку, под многочисленные вспышки фотокамер.

Как только мы входим в банкетный зал, убранный по высшему разряду, тут же находится множество желающих пообщаться с сенатором Блейком.

Мой жених обладает природной харизмой, имеет докторскую степень по политэкономии и повышенную коммуникабельность. Стоит ли удивляться, что люди его любят. Я привыкла, что на таких мероприятиях он всегда очень занят, потому как если исключить формальную обстановку, он все равно на работе. Мне же, по большей части, остается мило улыбаться, порой включатся в беседу и быть красивой. Не большое требование для спутницы сенатора, но меня это устраивало. Я чувствовала себя вполне самодостаточной, зная, что есть ниша, в которой я профессионал. Поэтому будучи «красивой картинкой» при Джареде не чувствовала себя уязвленной.

Забавно, ведь, по сути, в чем-то я повторяла роль своей матери, которая много лет была образцовой женой городского мэра. Когда-то эта мысль приводила меня в ужас, а сейчас заставляла улыбаться.

Пока мой жених обсуждает новый законопроект с каким-то пожилым мужчиной, я оглядываю зал, декорированный в золотых и белоснежных тонах, выискивая знакомые лица. Высший свет Нью-Йорка: политики, бизнесмены, юристы, общественные деятели. Несколько кинозвезд среднего пошиба. Ничего интересного. Жаль, что Донна, сестра Джареда, с которой мы стали хорошими подругами сейчас в Милане. Она бы составила мне компанию и не дала скучать.

Кларисса Эггерт, глава детского фонда и хорошая подруга Блейков спешит в нашу сторону. Этот вечер – ее заслуга. Я думаю, что когда стану женой Джареда, то мне так же придется заниматься всеми этими общественными делами и меня охватывает отчаянье.

Кларисса, вся в своей бурной манере приветствует нас, выразив радость по поводу нашего появления. Ее взгляд тут же впивается в мое обручальное кольцо и нам ничего не остается, как сообщить о своей помолвке. Через минуту к нам присоединяются родители Джареда – Клайд и Присцилла, а к ним еще с десяток людей и вот уже потоку поздравлений и охов-вздохов нет конца.

– Прости, – шепчет мне на ухо Джаред, когда очередная дама, наконец, выпускает мою руку с кольцом из своей сухой ладони. – Если бы мог, я бы сделал предложение после вечера. Но, правда, я больше не мог держать это в себе.

Я с улыбкой качаю головой.

– Все нормально. Я рада, что ты не стал ждать.

Я поднимаю голову, когда слышу звонкий голос молодой женщины, обращенный к Джареду.

– Джаред Блейк, это правда, что сказала мне мама? Ты, наконец, решился жениться?

Мой жених с гордостью кивает, приветливо улыбнувшись девушке.

– Да, Мег, правда. Моя замечательная невеста удостоила меня чести стать моей женой. – Рука Джареда обхватывает мою талию и привлекает к себе.

– Поздравляю!

Девушка кивает с искренней улыбкой. Она очень красивая, стройная и с роскошными золотистыми локонами, которым позавидует каждая женщина. Но не потому мое дыхание перехватывает, а сердце пропускает удар в груди.

Все звуки вокруг смолкают, и люди в зале становятся размытой абстракцией. Все пять чувств, данные мне от рождения, подводят меня. Их просто нет. Ничего нет.

Проходи минуты, часы, вечность, я делаю резкий вдох и смаргиваю, но ведение не исчезает.

Он тут, в этом зале, в моей Вселенной, и он пришел с этой золотоволосой красавицей.

Я смотрю в его глаза; все так же ярко-зеленые, и так хорошо знакомые, но не нахожу там ничего. Ни признака узнавания, хоть каких-то эмоций.