Novela – Одержимость: Покоряясь тебе (страница 28)

– Сними свое белье.

Он следил за мной, пока я послушно снимала трусики. Сегодня на мне был один из купленных им комплектов от «Агент Провокатор». Поистине, дорогое красивое белье могло повысить самооценку.

Адам обхватил меня за талию и, приподняв, посадил на себя. В таком положении я могла смотреть на него сверху вниз, и я смотрела, чувствуя, как мой рот наполняется слюной при виде его губ.

Я поймала себя на мысли, что еще не чувствовала поцелуя этих чувственных, сексуальных губ. Внезапно поцеловать его показалось таким важным, жизненно необходимым. Приложив пальцы к его губам, я осторожно погладила, изучая. Такие твердые и теплые; совершенные.

Он не пытался остановить меня, позволяя руководить. Я не обольщалась, и не рассчитывала, что он потерял бдительность, отпустив контроль. Нет, но сейчас, в этот момент, он был более человечным со мной, позволив заглянуть за маску властного тирана.

Нагнувшись, я, словно пробуя, коснулась своими губами его рта. И в этот момент сдержанность и неторопливость мужчины испарились. Зарывшись пальцами в мои волосы, он обхватил меня за затылок, поворачивая мою голову под нужным углом, сталкивая наши рты в порыве взбесившейся страсти.

Поцелуй – жадный, дурманящий, возбуждающий, сладкий. Он лишал последних связных мыслей, пробуждая глубокие инстинкты, наполняя салон автомобиля жарким дыханием.

Моя голова кружилась, но уже не от выпитого ранее алкоголя, а от опьяняющего поцелуя с Адамом. Поцелуя, который мог спалить эту машину к чертям.

Его губы посасывали, вбирая меня в себя; язык глубоко проникал в мой рот, сталкиваясь в чувственной пытке с моим языком; дыхание слилось с моим дыханием.

Терпеть больше не представлялось возможным. Если он сейчас же не окажется во мне, я точно воспламенюсь и превращусь в пепел. Опустив руки, я приподнялась, расстёгивая его ремень и молнию джинсов.

– Я на таблетках, – призналась я едва слушающимся языком, когда Адам достал из кармана презерватив.

Чуть больше недели назад я посетила своего гинеколога, и она выписала мне противозачаточные. Мне не нужны были неприятные неожиданности.

Он посмотрел на меня взглядом, значение которого осталось для меня тайной, и кивнул.

Он был более чем готов, когда я обхватила его руками, чувствуя шелковистую горячую плоть.

– Грейс!

С протяжным стоном мое имя сорвалось с его губ в момент, когда направив его, я приняла его в себя.

Я задохнулась и на секунду замерла от переизбытка ощущений, чувства наполненности им; чувства нашего единения. Один только звук его голоса, выкрикивающее мое имя был способен довести меня до предела. А потом я начала двигаться, беря контроль над ним, который он временно передал мне.

Его руки расстегнули молнию на моем платье, приспустили бюстгальтер, и я прогнулась назад, когда его голова склонилась, а влажные уста обхватили мои соски, лаская их поочередно.

Мои пальцы с силой сжимали его волосы, пока я доводила нас до крайней черты. Чувствуя, как близка к финишу, я ускорилась, со всей силы обхватывая его руками, словно могла утонуть, если отпущу.

И с его именем на губах моя голова упала на его грудь, когда оргазм с неистовой силой взорвался во мне. Пальцы Адама впились в мои бедра в момент, когда он кончил, изливаясь и наполняя меня собой.

Сознание медленно возвращалось ко мне.

Господи, что только что произошло? Безумный, крышесносящий, умопомрачительный секс. Секс, после которого возникла дикая мысль, что отныне ни один мужчина в моей жизни не сможет затмить Адама. Чувство, что мне всегда будет мало его, неприятно ужалило, вызывая чувство тревоги.

И чтобы опровергнуть свои абсурдные, пугающие ощущения, я саркастически хмыкнула:

– И как скоро ты вызовешь одну из своих шлюх, чтобы она отсосала у тебя?

Я тут же успела пожалеть о своих словах, но было поздно.

Еще секунду назад расслабленное тело Адама окаменело, и меня будто холодом обдало.

– Нет, Грейс. Ты это сделаешь.

Не слишком осторожно он пересадил меня, быстро застегнул джинсы и бросил на меня не предвещающий ничего хорошего взгляд.

Мне захотелось треснуться лбом о приборную панель.

Идиотка!

– Любишь танцевать, да, Грейс? – Он зло усмехнулся мне, и озноб прошелся по моей коже. Я знала, что за этим вопросом последует что-то плохое для меня. – Отлично. Я знаю одно место, где оценят твой талант.

Я поняла, что попала в настоящую задницу, когда Астон Мартин остановился возле стриптиз клуба «Падшие Ангелы». Ну, была только одна причина, по которой мы могли приехать сюда.

Кляня на чем свет стоит, свой болтливый язык, я поплелась за Адамом внутрь. Внутри все так и распирало от тестостерона. Мужчины, самых разных возрастов и положения пускали слюни и теряли деньги, исчезающие в трусиках жарких танцовщиц, оголяющих свои прелести за вознаграждение.

Я с удивлением узнала, что клуб принадлежит одному из друзей Эллингтона, шатену из ресторана. Он как раз о чем-то ворковал с какой-то девицей в форме официантки (лифчик и короткие шорты, больше напоминающие трусы), когда мы вошли.

Увидев Адама, шатен приветственно хлопнул его по руке, а после легонько шлепнул официантку по заднице, отправив работать. Девица бросила призывной взгляд на Эллингтона, после чего взмахнула черными бутафорскими крылышками и унеслась.

Да, все женщины реагировали на него одинаково.

– Рад видеть в моей обители. – Шатен, которого, кстати, звали Эрик, театрально развел руками, слегка поклонившись мне.

Я кисло улыбнулась, опасливо поглядывая на Адама. Плохое предчувствие завязало мой желудок в узел.

– Так что привело вас сюда?

Эрик бросил вопросительный взгляд на своего друга. Наверняка он не ожидал, что Эллингтон притащит меня в это место.

Адам лениво облокотился на барную стойку, окинув меня долгим, откровенным взглядом.

– Грейс хотела потанцевать, не так ли, Грейс? – Он насмешливо хмыкнул. – Так давай, иди, танцуй. – Он махнул рукой в сторону сцены, где девушка уже избавившись от всего, кроме микроскопических трусиков, изгибалась у пилона.

Я недоверчиво посмотрела на него.

– Ты это серьезно? – Мой голос едва слушался. Такая боль и обида охватила меня. Я не понимала, как после того, что случилось десять минут назад в его машине, он мог требовать от меня прилюдного унижения.

Ни один мускул не дрогнул на его лице, но голос понизился на несколько градусов.

– Я всегда серьезен, Грейс.

Между нами словно шла безмолвная борьба; наши злые взгляды прожигали друг друга. Я знала, что у меня нет шансов на победу. Пока еще нет.

– Как скажешь, хозяин, – с издевкой усмехнулась я, пытаясь скрыть то, как я была уязвлена его приказом.

– Ты уверен? – Эрик с сомнением вскинул брови на Адама.

Эллингтон перевел взгляд на друга и бесстрастно отрезал:

– Уверен.

Эрик вздохнул и приглашающим жестом указал мне следовать за ним.

Он хочет стриптиз в моем исполнении? Что ж, он его получит!

Эрик отдал распоряжение, что в программе произойдут небольшие изменения. И когда предыдущая девушка ушла со сцены, объявили мой выход.

Раздираемая диким волнением и странным возбуждением, я ступила на сцену, под приветственные и неприличные выкрики мужчин. Соблазнительно улыбнувшись, послала воздушный поцелуй в толпу и, встретившись с глазами Адама, наблюдавшего за мной у стойки, подмигнула ему. Он отсалютовал мне стаканом, державшим в руке.

Заиграла выбранная мной музыка – Lana Del Rey Gods and Monsters, которую я часто слушала в последнее время на своем айподе.

Окей. Я собралась. Я покажу ему шоу.

Да, детка, я покажу тебе такое шоу, и ты еще пожалеешь, что принял это решение.

Я подошла к пилону, чувственно двигаясь под музыку, призывно улыбаясь мужчинам, смотрящим на меня. Я спутывала свои волосы, кусала и облизывала губы, сексуально ползала по сцене, крутилась у пилона. В общем, делала все те штуки, которые проделывали танцовщицы.

Я не была новичком в этом. Нет, я никогда не танцевала профессионально, но одно время я встречалась с парнем, ради которого взяла несколько уроков стрип дэнса, и они пригодились мне сейчас. С Джеком мы расстались довольно быстро, но он оценил мои старания.

Лицо Эллингтона стоило того, чтобы выйти на сцену и раздеться на обозрение пропитанных похотью мужчин.

Да, я разделась, потому что без этого эффект не был бы таким сильным. Когда музыка смолкла, единственное, что осталось на мне – это черные прозрачные трусики, и еще я разбогатела на… ну, мне некогда было считать, но купюр было ни мало.

И хотя вокруг было много мужчин, танцевала я для одного. Того, кто прищуренным взглядом серых глаз прожигал меня насквозь.

Эрик, который стоял возле Адама, что-то сказал ему со смешком, отчего взгляд Эллингтона стал еще грозней.

Выкуси, засранец!