notermann – Такт наших сердец (страница 50)

― Да, ты моя.

Я отпускаю ее горло и наблюдаю, как склоняется ее голова, как физическая нагрузка и эмоциональный стресс берут свое, и она подается вперед.

― Я влюбилась в тебя ещё тогда в детстве и доверилась тебе, хотя должна была знать лучше.

Я собираю осколки своего сердца там, где ты их выбросил, и пытаюсь найти способ собрать их воедино, чтобы жить дальше и надеяться забыть тебя.

— Я полюбила тебя и разлюблю, но не тогда, когда ты будешь появляться у меня посреди ночи.

Ее признание заставляет мое сердце биться с новой силой, а затем резко падать вниз, когда она говорит о своей решимости заставить себя разлюбить меня.

― Ты не единственная, кто это чувствует.

― Ты не имеешь права говорить мне это сейчас.

— Если я хочу сказать тебе о своих чувствах, я скажу, а ты выслушаешь.

― Я не собираюсь сдаваться.

На короткий миг она закрывает глаза и прижимается к моим губам.

― Пожалуйста, не усложняй ситуацию.

― Я не собираюсь усложнять, — я двигаюсь к двери и открываю ее, а затем останавливаюсь в дверном проеме, — Во что бы ты ни верила сейчас, ты всегда была мне нужна.

Она делает шаг назад, и я чувствую, как пространство между нами сжимается, будто невидимая нить снова тянет нас друг к другу.

Глаза её полны слёз, но в них есть и решимость, что меня одновременно привлекает и пугает.

Я не могу позволить себе быть завершённым, ведь именно это она хочет — разорвать эту нить, которая соединяет наши судьбы.

― Ты не понимаешь, — шепчет она, её голос дрожит. ― Я должна это сделать для себя.

Я поднимаю руки и касаюсь её щеки, смахивая одну единственную слезу. Это движение обжигает, и в тот же миг у меня возникает страх. Как могу я позволить ей уйти, если все внутри меня кричит, что она — моя?

― Ты не избавишься от меня так легко, — говорю я.

Она закрывает глаза и снова прижимает губы к моим. Этот поцелуй наполнен всеми словами, которые мы не сказали, всеми моментами, которые мы потеряли.

Она отстраняется, но я не отпускаю её взгляд. Именно в этот миг я понимаю, что наши сердца бьются в унисон, несмотря на расстояние, которое мы создаём.

В этом сердцеобразном пространстве, полном несказанного, я, казалось, вижу наш общий путь, запутанный и извивающийся, как река, полная камней.

― Я знаю, ― тихо произношу я, ― Ты хочешь свободы, но что если наша свобода это быть рядом друг с другом? Каждый шаг, который ты сделаешь в сторону разлуки, терзает меня, но я понимаю, что не могу насильно удерживать тебя.

Она открывает глаза, и я вижу в них отражение своих собственных страхов. Этот поцелуй был искренним и полным нежности, но он также был прощанием. Внутри меня разрастается отчаяние, и, несмотря на все мои попытки, я чувствую, как она уходит, как звезда, которая медленно затмевается и исчезает за горизонтом.

― Пожалуйста, подумай, — прошу я, и её глаза снова наполняются слезами.

Но на этот раз они не только о боли, но и о надежде — надежде, что, возможно, я смогу убедить её остаться.

Она медлит, а я чувствую, как каждое мгновение растягивается, словно нить, готовая оборваться. Мы стоим на краю бездны, и между нами повисает тишина, наполненная недосказанным.

Я жажду сказать ей о своих чувствах, о том, как этот миг стал значимее всего, что было до этого. Но слова застревают в горле, как кусок камня.

― Ты моя светлая точка, ― наконец шепчу я, осознавая, что это может быть последняя возможность. ― Без тебя все теряет смысл. Думай о нас, о том, что мы можем создать вместе.

Её губы дрожат, и я замечаю, как она пытается собрать свои мысли. Эта борьба между желанием свободы и необходимостью привязанности словно отражает борьбу внутри меня.

Я вижу в её взгляде мгновение слабости, и мои надежды начинают распускаться, как весенние цветы.

― Я не хочу терять тебя, ― произносит она, и её голос срывается.

― Если ты уйдешь, ― говорю осторожно, ― Я не смогу найти тебя снова. Наши мечты, надежды они растворятся в воздухе, как дым. Я хочу, чтобы ты была рядом, чтобы мы вместе искали свет в этом мире.

Её глаза наполняются прозрачной водой эмоций, и мне становится страшно. Я вижу, что её сердце колеблется, как крыло бабочки, готовое взмыть в небо или остаться на земле.

― Я боюсь, ― признается она наконец, голос её дрожит от сдерживаемых слёз. ― Но, может быть, стоит рискнуть?

Я чувствую, как теряю почву под ногами. В её словах таится надежда, как луч света, пробивающийся сквозь тучи. Я делаю ещё один шаг, склоняясь ближе, чтобы уловить каждое движение её губ.

― Мы можем стать чем-то большим, чем просто воспоминанием, ― тихо подтверждаю, будто произношу заклинание.

Она вздыхает, и я вижу, как её плечи слегка расслабляются. В этом мгновении мир замирает, словно ждет нашего решения. Я поднимаю руку, не уверенный, что смогу коснуться её, не испугав.

― Я верю в нас, ― говорю, прижимая руку к сердцу, ― Если ты согласишься остаться, мы сможем создать наше собственное будущее, полное света и тепла. Верь в нас, как я верю.

Глава 42

Микаэла.

Он приходит каждый день в течение недели, иногда поджидая меня на ступеньках моего дома, когда я возвращаюсь с занятий.

― Привет, говорит он с милой улыбкой, ― Ты уже готова меня простить?

— Нет.

― Тогда я вернусь завтра, — говорит он, наклоняясь и целуя меня в щеку.

Каждый день я борюсь с почти непреодолимым желанием сдаться и сказать «да». Но, к счастью, мой разум каждый раз побеждает в этой битве, заставляя мое безвольное сердце вернуться к безопасности.

Я не могу ослабить цепи своего недоверия и снова впустить его в свою жизнь, если я не уверена, что он не повернется и не причинит мне боль снова.

Поэтому я предпочитаю проводить время с друзьями и концентрироваться на занятиях.

Мое сердце было готово распахнуть дверь и принять Вильяма обратно, но голова оставалась непоколебимой.

Внутренний конфликт не оставляет меня. Каждый раз, когда я вижу его, воспоминания о нашем прошлом накатывают волной.

Он был источником радости, но вместе с тем и боли. Я вспоминаю моменты счастья, когда смеялись, мечтали о будущем. Но на этих же мгновениях лежит тень обмана и предательства. Он не раз ломал обещания и оставлял меня в одиночестве, когда нужда в нем была сильнее всего.

Я встречаюсь с друзьями, смеюсь и обсуждаю учебу, но в глубине души внутренняя пустота дает о себе знать. Вильям был частью моей жизни, частью меня, и его отсутствие ощущается как незаживающая рана. Я знаю, что не могу просто исчезнуть из своей памяти, но и возвращение кажется невозможным.

На следующее утро я снова вижу его, и каждый раз его взгляд выдает надежду. Он пытается навести мосты, но чем больше он старается, тем отчетливее я чувствую страх. Мне нужно время, чтобы понять, готова ли я отдать ему еще один шанс.

― Привет, любимая.

Он смотрит на меня голодными глазами человека, который впервые видит солнце после зимы.

― Привет, ― говорю я, подходя к нему, ― Что ты здесь делаешь?

— Я хотел тебя увидеть.

Чистая честность звучит в его голосе, когда он поднимает руку, чтобы откинуть прядь волос с моего лица, но не успевает подумать об этом.

Я замерла, ощущая его прикосновение на своей коже, и на мгновение мир вокруг нас исчез. Вспомнила все те моменты, когда он был рядом, и как быстро они растворились в прошлом. Его глаза полны сожаления, и в них читается не только желание, но и понимание того, что его действия могли бы меня уничтожить.

— Ты не должен был приходить, — тихо произнесла я, но внутри меня росло что-то, подталкивающее его к возможности.

Я почувствовала, как мои страхи постепенно отступают, уступая место надежде. Он, казалось, знал, как разбудить во мне чувства, которые я пыталась похоронить.

— Я знаю, что всё спутал, — признался он, его голос звучал трепетно. — Но я готов бороться за нас.

Я киваю и отворачиваюсь, начиная собирать свои вещи.

― Ты уже готова простить меня?

Я насмехаюсь.