Норман Партридж – Черные крылья Ктулху. Истории из вселенной Лавкрафта (страница 45)

Он умолк.

В бар вошла очередная компания молодых парней. Джо не слишком разбирался во внешних признаках принадлежности к той или иной социальной группе, тем более в чужих странах, но заподозрил, что Мейнз притащил его в гей-бар. Один из новоприбывших посмотрел на Джо, перевел взгляд на Мейнза и внимательно изучил татуировки на предплечьях шотландца.

— Есть хотите? — спросил Мейнз.

— Я с утра ничего не ел.

— Давайте поищем, где перекусить.

Они встали со стульев, и у Джо снова закружилась голова. Ему действительно нужно поесть, и как можно скорее.

Они зашли в тайский ресторан. Джо улыбнулся официантке, но она не сводила глаз с Мейнза.

— Я вам вот что скажу. В ваших интересах написать приличный сценарий, — с нажимом произнес Джо, пока официантка наливала им очередное пиво «Singha». — Не какое-нибудь дерьмо.

Мейнз засмеялся.

— Я не шучу. Например, каким будет время действия? Наши дни?

— Время не играет роли. Эта история могла произойти когда угодно. Уверен, вы считаете так же. Кладбищенские воры всегда плохо кончают.

— Я надеюсь, это не дурацкий костюмированный фильм?

— Я же говорю, это история вне времени.

— Да чтоб вас!

Выходя из ресторана, Мейнз сунул чаевые прямо в руку официантки, и Джо показалось, что она сжала его кисть в ответ.

Джо хотелось одного — выпить пару стаканов воды и завалиться спать, но у Мейнза были другие планы. Он недавно прочитал о каком-то клубе рядом с Центральным вокзалом и непременно хотел его посетить.

— В меня больше не влезет, — поморщился Джо.

— Да ладно тебе. Это новый клуб, и я хочу на него посмотреть. Не могу же я пойти один!

«Почему? — хотелось крикнуть Джо. — На кой хрен я тебе сдался?»

Но он лишь ссутулился, уступая.

— Вот и славно! — Мейнз хлопнул его по спине. — Молодчина! Идем!

Они шли по улицам, уклоняясь от велосипедистов. Джо знал, что совершает ошибку, но еще не знал, насколько большую.

Они дошли до Вест-Крёйскаде. Ночной клуб «WATT» располагался между сквером и азиатским ресторанчиком. Рядом с клубом было припарковано несколько десятков велосипедов. Посетители сплошной рекой текли в клуб под неусыпным надзором вышибал. Джо и Мейнз вошли в двери.

Они расположились у барной стойки в ожидании, когда их обслужат.

— Стаканы изготовлены из утильсырья, — сообщил Мейнз.

— Угу, — буркнул Джо.

Бармен откупорил две коричневые бутылки и наполнил два пластиковых стакана.

— Для смыва в туалетах используется дождевая вода, — продолжил Мейнз.

— Потрясающе, — с подчеркнутым равнодушием произнес Джо.

— Все лампочки светодиодные. Возобновляемые источники энергии.

— Ты поэтому сюда рвался?

На лице Джо застыла гримаса отвращения.

— Но самое замечательное вот что…

Мейнз повернулся и указал на танцпол, случайно коснувшись плеча соседки, которая обернулась и уставилась на Мейнза и Джо.

— Совершенно новая концепция, — продолжил Мейнз, не обращая внимания на девушку, которая в конце концов отвела взгляд. — Экологически чистый ночной клуб. Танцующие вырабатывают энергию для освещения танцпола.

Джо сосредоточился на том, чтобы сохранять вертикальное положение. Он отпил немного пива из своего стакана из переработанного пластика и вспомнил кое-что, сказанное Мейнзом в ресторане.

— Ты сказал, что кладбищенские воры плохо кончают.

Джо посмотрел на Мейнза, который сидел с непроницаемым лицом.

— Но разве адаптация книги мертвеца без его разрешения — не разграбление могилы?

Джо допил пиво.

— Конечно, я и сам написал бы сценарий, если бы мне дали шанс, и все же, все же…

Мейнз посмотрел Джо в глаза, и на мгновение Джо показалось, что он одержал верх над сценаристом.

— Мне больше нравится считать это повторной переработкой, — наконец сказал Мейнз.

Джо секунду-другую смотрел в его глаза-бусинки.

— У меня есть идеи, — произнес он с видом человека, который признал поражение, но все же припрятал пару козырей в рукаве.

— Например?

— Майк Нельсон^{143}.

— Художник-инсталлятор?

— Он много работает с заброшенными зданиями, а Воc советовал уделить им особое внимание. И к тому же Нельсон обожает Лавкрафта. Даже назвал одну свою инсталляцию «Памяти Говарда Ф. Лавкрафта». Пусть в данном случае он всего лишь процитировал посвящение из рассказа Борхеса^{144}, но разве стал бы он это делать, не будь он поклонником Лавкрафта?

— И что ты предлагаешь?

— Пригласить его в качестве художника-постановщика. Я говорил об этом с Восом. Знаешь, что он ответил? «Художник-постановщик должен быть прежде всего постановщиком, а не художником».

Мейнз, похоже, решил сменить тему:

— Если не ошибаюсь, Вос приобрел права на экранизацию твоего романа?

Джо кивнул.

— Ты же понимаешь, что успешная экранизация Лавкрафта увеличит шансы на экранизацию твоей книги?

Джо еще раз кивнул.

— По ней можно снять отличный фильм, — добавил Мейнз.

— Ты ее читал? — не удержавшись, спросил Джо.

— Вос дал почитать.

Джо переполняли противоречивые чувства. Если Вос дал Мейнзу почитать его книгу, возможно, он хочет, чтобы тот адаптировал ее для кино, и хотя Джо предпочел бы написать сценарий самостоятельно, в конечном счете главное — увидеть фильм на большом экране, чье бы имя ни значилось в титрах.

Неожиданно для самого себя Джо взял еще пару пива. Какого черта, он уже и так мертвецки пьян! Он повернулся, чтобы передать стакан Мейнзу, но сценариста рядом не оказалось. Спина его куртки мелькала в толпе — он пробирался на танцпол.

Джо уставился на стаканы в своих руках.

Остаток вечера засосало в водоворот грохочущей музыки, пульсации в висках, мигающих огней. Джо пожимал кому-то руки, что-то кричал, видел какие-то силуэты. Время стало резиновым, ощущения отрывочными, восприятие — обманчивым. Бредя обратно в гостиницу, он ощущал такую обособленность от остального мира, что казался себе то непомерно огромным, то крошечным по сравнению с окружающими предметами. Но в основном он ничего толком не сознавал. Бывали, впрочем, и мгновения ясности, словно кадры из забытого фильма. Гигантский белый лебедь моста Эразма, сияющий на фоне ночного неба. Каблук, застрявший между трамвайных рельсов именно в тот миг, когда первый утренний трамвай со скрежетом вывернул из-за поворота. Гостиничный номер. Джо прислонился к закрытой двери, не понимая, как здесь оказался. Он смотрел на свое отражение в зеркале туалета, не вполне уверенный, что это действительно его отражение. Он напомнил себе, что именно так должен выглядеть пьяница, и принялся пить воду из-под крана. Наконец он лег в кровать, глядя на дверь, и ему привиделась очередная чугунная фигура Энтони Гормли. Истукан стоял в его комнате спиной к двери.

Джо медленно просыпался в липкой паутине страха и отрицания. В его голове мелькали образы прошлой ночи. Татуированная плоть, стробоскопы, алые вспышки. Кто-то схватил его за пах. Полный рот зубов. Пульсирующие светодиодные огни кинетического танцпола. Мост Эразма. Фигура Гормли в гостиничном номере.

Через открытое окно доносился гул машин и катеров. Город просыпался.