Норман Льюис – Подвиг, 1972 г., том 5 (страница 64)

— Мне кажется, он был несколько возбужден, — пожал плечами Саймингтон.

— Естественно, — кивнул Каван. — Не забудьте, что он является главным действующим лицом этого представления.

— Каковы же все-таки его мотивы, первый? — Саймингтон скрестил руки на груди.

— Известно одно: он хотел встряхнуть экипаж и знает, что Кайль не саботажник. Очевидно, он рассчитывает, что учение поможет…

— Вздор, — перебил Саймингтон. — Почему саботажник должен выдать себя, если неожиданно окажется в ситуации, созданной Шэдде? Не вижу в этом логики.

Первый помощник присел на край стола.

— Я тоже. Всегда считал это неубедительным, но Шэдде думает иначе… Может быть, он и прав?..

— Возможно… — озабоченно произнес Саймингтон.

— Во всяком случае, мы поступили правильно.

— Мы?! — сухо переспросил Саймингтон. — Занятно!

Первый помощник нахмурился. Саймингтон начинал показывать зубы.

Около двадцати одного часа главмех рассказал мистеру Баддингтону, что, по словам Финнея, тот выбросил свой кусок шелка за борт после того, как они закончили работу в рулевом отделении.

Баддингтон обратил водянистые глазки на Риса Эванса.

— Выбросил за борт? Очень интересно! Не можете ли вы привести его вниз, в рулевое отделение? Я буду ждать вас там. — Маленький человечек проявлял нетерпение, словно терьер, напавший на след лисицы.

Рис Эванс казался озадаченным.

— Как мне объяснить ему, что вы хотите встретиться с ним?

— Никак. Даже не упоминайте меня.

— Ладно, — неуверенно произнес главмех. — Вы лучше меня знаете, что ищете.

Мистер Баддингтон уже ждал их, когда они появились в рулевом отделении, сперва главмех, а следом молодой краснощекий человек с широко расставленными голубыми глазами. При виде специалиста по кондиционированию воздуха из адмиралтейства на его лице выразилось удивление.

Эванс чувствовал себя не в своей тарелке.

— Старшина Финней, — представил он унылым тоном; Финней ему нравился, и он волновался за него.

— Очень приятно, — произнес мистер Баддингтон, строго глядя на молодого человека. — Возможно, вы сумеете помочь мне.

— Уверен, что он охотно это сделает, — сказал главмех, поворачиваясь к старшине.

— Так точно, сэр. Если могу,— смущенно улыбнулся Финней.

Мистер Баддингтон достал испачканную шелковую тряпку.

— Вам приходилось видеть эту тряпку раньше?

— Да, сэр. Это шелк главстаршины Шепарда. — Он взглянул на главмеха. — Вроде того куска, о котором вы меня спрашивали, сэр.

Эванс уныло кивнул.

— Шепард разорвал ее пополам, сэр, — объяснил старшина. — Одну половину дал мне, а другую Кайлю, вытирать руки. Я выбросил свою тряпку за борт еще в Стокгольма, сэр. — Он казался обрадованным, что сумел дать такое толковое объяснение.

 К течение некоторого времени никто не произнес ни слова, Закончив протирать стекла очков носовым платком, мистер Баддингтон вздел их на нос, очень медленно и тщательно укрепил к затем покачал головой.

— Вы врете, Финней, и это очень печально.

Старшина криво улыбнулся и убежденно сказал:

— Нет, сэр, не вру. Это истинная правда.

— Хотел бы, чтобы это было так, — печально произнес мистер Баддингтон. — Это значительно облегчило бы мою задачу. Послушайте, Финней, — в тоне его голоса послышались нотки, по которым можно было понять, что больше он не потерпит никакой лжи, — так как вы не желаете говорить правду, я расскажу ее вам. Если кое-какие детали не точны, прошу поправить меня, но в целом вы увидите, что мой рассказ соответствует действительности.

Водянистые глазки перебежали с Финнея на Эванса и обратно.

— В тот день, перед тем как лодка вышла из Стокгольма, вы и Кайль вместе с главстаршиной Шепардом работали в рулевом отделении. Верно?

— Да, сэр.

— Именно в тот день произошло столкновение с датским судном из-за того, что заклинило рулевое управление, верно?

— Да, сэр.

— Сразу же после столкновения главный механик послал Шепарда, вас и Стокса выяснить, из-за чего произошли неполадки с рулем.

— Совершенно верно, сэр.

— Когда вы пришли в рулевое отделение, то увидели, что рулевой механизм заклинило из-за того, что вся гидравлическая жидкость вытекла, верно? — мистер Баддингтон, прищурившись, взглянул на Финнея.

— Да, сэр.

— Все трое вы сразу поняли, что случилось, потому что увидели на палубе гидравлическую жидкость и выскочившую пробку. Верно?

— Да, сэр, верно, — подтвердил Финней.

— Но вы, Финни, увидели и еще кое-что, чего не заметили остальные. Вы увидели на палубе контргайку, которую вы должны были закрепить днем раньше. — Голос мистера Баддингтона стал мягким и вкрадчивым. — И тогда вас обуял страх, Финней, и я могу понять почему. Вы с ужасом вспомнили, что забыли закрутить эту контргайку, в результате чего и не сработало рулевое управление. — Мистер Баддингтон высморкался. — Вы мгновенно все поняли, Финней, и затем совершили глупость. Вы подобрали контргайку, завернули ее в серый шелк, который вытирали руки, и, перед тем как уйти, сунули сверток вой туда.

Он пальцем указал за трубы.

Краска сошла с лица Финнея, но он по-прежнему упрямо мотал головой.

— Может быть, все это и так, но я тут ни при чем, Я выбросил тряпку за борт. Может быть, это тряпка Кайля, сэр?

— Нет, Финней, — покачал головой мистер Баддингтон. — Его кусок тоже у меня. Взгляните, — он вытащил второй лоскут. — Если бы вы выбросили свой кусок, у нас оставалась бы только одна половина тряпки Шепарда, а не две. Не так ли, Финней? — горестно заключил мистер Баддингтон. — Вот почему я сказал, что вы врете.

Губы у Финнея задергались, и он зарыдал. К удивлению Риса Эванса, мистер Баддингтон принялся гладить парня по плечу и успокаивать его.

— Что вы, что вы, Финней! Вы сделали глупость, но ведь это еще не конец света. Вас обуял страх, ведь ваша оплошность привела к серьезным последствиям. Вы захотели защитить себя, но сделали это неправильно. Всегда лучше говорить правду. Успокойтесь, дружок! Все образуется. Вас не ждет ничего плохого.

Финней молча затряс головой.

— Возвращайтесь на вахту, Финней, — приказал главмех. — Утром мы во всем разберемся.

— Одно меня удивляет, мистер Баддингтон, — сказал Рис Эванс, когда старшина ушел, — почему вы решили, что Финней оплошал, а не сделал это преднамеренно?

— Потому что у него безупречное личное дело и потому еще, что саботажники действуют не так. Во-первых, он работал под руководством Шепарда, и тот должен был проверить, хорошо ли закручена гайка. Откуда Финней мог знать, что Шепард этого не сделает? Во-вторых, заклинение руля не представляло бы никакой опасности, не окажись в тот самый момент пароход по носу. В-третьих, спрятав гайку, Финней хотел скрыть свою вину и создать впечатление, что это был саботаж.

Отстучав вторую радиограмму, Грэйси заправил ленту в автоматический передатчик. Затем он повернул переключатель с «антенны» на «телетайп». Часы показывали 21.28. До слуха Грэйси доносились команды Шэдде, которые тот отдавал в центральном посту. После завершающего «Поднять перископ!» Грэйси вновь посмотрел на часы и в 21.29 включил передатчик, и принялся наблюдать, как из телетайпа выходит бумажная лента с текстом.

Приказ, как выразился командир, был похвально краток. После шифрованного адреса шло только шесть цифровых групп и затем открытым текстом: «Подтвердите получение», а также время отправления.

Внеся в журнал полученную депешу, радист отнес ее в кают-компанию и вручил Килли:

— Шифровка, сэр. Тот же адрес и отправитель.

Килли вскочил с места и почти вырвал бланк из рук радиста.

Расшифровав текст, Килли пробормотал:

— Черт возьми, дело становится серьезным.

Саймингтон вопросительно посмотрел на него.

— В самом деле? — холодно произнес он и вздрогнул.