Нора Робертс – Затерянные в смерти (страница 54)
– И слава богу! – огрызнулся он. – Мне не нужно твое сердце, а ты не получишь мое. Я предпочитаю разнообразие – надеюсь, я ясно выразился.
Ошеломленная, Изабель вышла из комнаты, не в силах придумать достойный ответ. Важнее всего для нее сейчас было здоровье маленького мальчика, но, когда она вышла во внутренний двор, в голову пришла песня, выражавшая те чувства, которые она испытывала. Поддавшись внезапному порыву, Изабель Рейно в последний раз спела Себастьяну Дюшейну.
Песнь Оссии[13] всегда была одной из ее самых любимых. Содержащаяся в ней истина справедлива на самых разных уровнях: Бог и его заблудшие дети, муж и жена, ставшие вдруг чужими, семья и блудный сын. И Себастьян Дюшейн. Она хотела, чтобы он был счастлив и доволен, но, отбросив самолюбие и гордость, Изабель поняла, что не в состоянии повлиять на его выбор.
Отец Жубэ говорил, что один человек может изменить судьбы мира. Тогда Изабель поняла это так, что лишь доброта сделает возможными эти изменения. Но дело было не только в этом. Тот, кто страдает, должен это принять, должен принять любовь и основываться на этом. Она отдала все, что могла, но Себастьян это отверг.
Покидая замок, Изабель хотела бы снова увидеть Себастьяна, прежде чем она уедет в больницу, – пусть даже в последний раз.
Одарив женщину горстью монет, Себастьян отодвинулся от нее как можно дальше.
– Возьми и передай Эсме ее долю. – Он чувствовал, как в нем нарастает гнев, но ничуть не беспокоился о том, что эта женщина потом о нем расскажет. – Я знаю, она послала тебя сюда, чтобы опорочить меня в глазах Изабель. А я допустил это из своих собственных соображений.
Охвативший женщину страх проявился в той поспешности, с которой она оставила комнату, и Себастьян вдруг осознал, что ни разу не видел страха на лице Изабель. Несмотря на то что он обходился с ней грубо, она никогда его не боялась и почти всегда ухитрялась скрывать свою боль. Он не знал, слабость это или достоинство.
Запретив ей возвращаться, он совершил самый бескорыстный поступок в своей жизни. Из-за любви к нему ее жизнь стала хрупкой, как орхидея. Если она вернется, то наверняка умрет, уйдя от него навсегда, как когда-то ушла Анжелика. Лучше отослать ее прочь, чем рисковать.
Усталость подорвала его силы, он плюхнулся на софу и принялся размышлять о том, прислушается ли к нему Бог, которому молится Изабель.
– Я умоляю! – громко крикнул он и затем прошептал: – Я люблю ее.
Пение Изабель он услышал в тот момент, когда чей-то голос прошептал:
– Скажи ей.
Себастьян поспешно натянул ботинки и выбежал из
– Она направилась к дому Эррео. Она сказала, что уезжает, и заявила мне, что вся моя жизнь крутится вокруг мести и что мы с вами должны сделать правильный выбор, чтобы покончить с проклятием. Изабель уверена, что я пострадала от него не меньше, чем вы.
Эсме заглянула в бутылку со спиртным.
– Она права. Я целительница, и когда я изо всех сил стараюсь причинить вам боль, это меня разрушает.
И она вылила спиртное в песок.
– Если я скажу ей, что люблю, она благополучно возвратится?
– Хозяин всерьез меня об этом спрашивает?
– Какая ты отвратительная женщина! Да, всерьез. Перестань меня дразнить и отвечай на вопрос.
– Вы глупец! Вы можете покончить с проклятием. Догоните ее. Ваша любовь к ней и ее к вам разрушит проклятие.
Он догнал Изабель на полоске земли, соединявшей
– Изабель! – позвал он.
Она обернулась, что-то сказала родителям Эррео и побежала ему навстречу.
Изабель бросилась в его объятия, он закружил ее, крича:
– Я люблю тебя!
– И я тебя люблю. – Соскользнув на землю, она встала как можно ближе к нему. – Что может быть лучше? Я обещаю вернуться, как только они устроятся в больнице.
– Никто не доставит тебя обратно, Изабель. После того, что случилось, никто не возьмет на себя такой риск. Я пойду с вами. Эсме сказала, что наша любовь спасет нас.
– Знахарка? Она сказала мне, что ее миссия – проследить, чтобы ты был обречен на вечные проклятия. Как можно верить тому, что она говорит?
Себастьян покачал головой и направился к большому острову.
– Глупая женщина! Ведь именно ты научила меня, что нужно доверять людям.
Эпилог
– Готов поклясться, что этот остров совсем не меняется. – Себастьян стоял у входа в
– Он не меняется, потому что ты этого хочешь.
Себастьян слегка кивнул.
– Должно же существовать на земле какое-то место, где я по-прежнему хозяин.
– Единственное место, – напомнила ему Изабель.
– Согласись, дорогая жена, что ты не больше меня хочешь, чтобы в каждой хижине стоял компьютер, а генераторы загрязняли здесь воздух.
– Нет, не хочу. Получается, что так мы убегаем от реальности.
– Или возвращаемся к ней.
Войдя в
Все прервали работу, чтобы приветствовать их, поинтересоваться, как дела у детей, и пообещать, что нынешнее торжество будет «еще лучше прежнего».
– Так где же наши мальчики? – спросил Себастьян.
– Хотела бы я это знать, – ответила Изабель и повернула обратно к входу.
– Мама! Папа! Можно пойти на пляж?
– Хорошо, но возьмите с собой кого-нибудь из взрослых, – взглянув на Себастьяна, ответила Изабель.
За спиной у Изабель вырос один из их любимцев, Эррео. На лице его сияла робкая улыбка, которая им всегда нравилась.
– Как, я достаточно взрослый, миссис?
Высокий и стройный, он был одним из их лучших друзей.
– Да, спасибо, Эррео. Мы увидим вечером твоих родителей?
– Конечно. Миссис Целительница тоже придет. С ней будет новая медсестра.
Иногда Эсме игнорировала их приглашение, иногда не могла удержаться от визита. Изабель была рада, что сегодня они смогут ее увидеть.
– Ну давай же, Эррео! – закричали мальчики. – Мы хотим на пляж!
Схватив Эррео за руку, они исчезли за боковой дверью прежде, чем кто-либо успел с ними попрощаться.
Себастьян повернулся к жене. С возрастом ямочки на его щеках стали глубже, волосы слегка поседели, морщины возле глаз стали более заметными. Он часто говорил ей, что для двухсотлетнего мужчины чувствует себя прекрасно, и она тоже заверяла его, что он отлично выглядит.
– Я тоже кое-чего хочу, – сказала она, словно маленькая девочка потянув его за руку.
– Пойти на пляж? – поддразнивая ее, спросил он.
– Нет! – со смехом сказала она. – Если вы пойдете со мной, хозяин, то я напомню вам, почему это место можно считать нашим собственным райским уголком.
Примечание автора