Нора Робертс – Вечность в смерти (страница 58)

– Надеюсь на это. И еще я надеюсь, что он вернется с ответами, интересующими нас обоих, потому что в суете последних недель я так и не успела «заново познакомиться с самой собой» и тем более задать себе вопросы… которые звучат очень глупо, когда я произношу их вслух, правда?

Дженис улыбнулась и кивнула.

– Так что ты тут делаешь? – Она задрала голову, посмотрела вверх, на погруженный в полумрак проем, ведущий на чердак, и поморщилась. – Ищешь местечко, чтобы спрятаться?

– Кстати, неплохая идея. Но нет, на самом деле я ищу волшебный ковер Пим. – Дженис скептически изогнула бровь. – Знаю, о чем ты подумала, но она твердит, что должна увидеть его, и я подумала, что, может быть, на чердаке найдется что-нибудь такое, что напоминает ей ковер-самолет. Возможно, какая-нибудь дорожка, или половичок, или что-то еще, что осталось у нее с детства, – а вдруг ей станет спокойнее, если мы постелем его в ее комнате?

Она ведет себя неспокойно с тех пор, как мы перевезли ее домой. Ты видела, в какое возбуждение она приходит по вечерам. На днях, когда я заменяла сиделку, у которой был выходной, я застукала Пим за тем, что она пыталась выбраться из кровати, приговаривая, что ей нужно успеть добраться до ковра до глубокой ночи, иначе волшебство из ковра улетучится. Мне пришлось пообещать ей, что я поищу его.

– Кстати, мне всегда было интересно, когда наступает глубокая ночь?

Бонни пожала плечами.

– А что, если сделать вид, будто поискала, а потом сказать, что он исчез?..

– Я думала об этом… сотню раз. – Она усмехнулась. – А потом решила, что от меня не убудет, если я займусь поисками, и если я найду что-нибудь, что успокоит ее, то от этого будет только польза. Мне больно видеть ее такой слабой и жалкой. Просто сердце разрывается.

Почему-то эти слова заставили Дженис отвести взгляд, как будто она вспомнила плохую новость. Бонни хорошо знала эту манеру.

– Джен, я не хочу об этом слышать. – Она стала подниматься по лестнице.

Дженис последовала за ней.

– Но новость хорошая… относительно.

– Ну и пусть. – Бонни оглядела наряд сестры – один из ее лучших брючных костюмов из бледно-голубого жатого льна, который дополняли босоножки на низком каблуке. Если уж она решилась в таком виде появиться на пыльном и грязном чердаке Пим, значит, ее новость очень-очень плохая. Чердак же, небольшой, типичный для американского дома, был набит хламом и сокровищами, которые скапливались там с тех пор, как почти сто лет назад дом подвели под крышу. – Раз уж ты здесь, поднимайся и помоги мне сдвинуть в сторону этот большой ковер. Думаю, за ним что-то есть, но его зажало между полом и стропилом.

– Но это не тот самый ковер, да? – Дженис морщилась от отвращения, разглядывая влажный рулон грязно-серо-синего цвета.

– Нет. Этот я знаю. А ты разве нет? Помнишь, она расстилала его в саду, когда устраивала вечеринки? – Дженис покачала головой. – Не важно. Давай, помогай. – Дженис развела руками, демонстрируя свой сегодняшний образ профессионального риелтора, затем помахала руками перед носом, – который имел постоянную склонность закладываться, отекать, краснеть и течь от пыли, собачьей шерсти и свежескошенной травы, – а потом беспомощно пожала плечами. – Хочешь, я найду Сюзан?

– Ой, да ладно тебе. – Бонни перебралась через старые ящики из-под пива, полуразваленную скамеечку для ног, медную клетку для птиц. Когда она была уже у дорожного кофра, к ней присоединилась Дженис. – Тебе все равно не уйти отсюда чистой, к тому же дело займет всего минуту. Задержи дыхание.

– Хорошо, но тогда тебе придется выслушать меня.

– Мне в любом случае придется выслушать тебя, не так ли? Берись за тот конец.

От Дженис требовалось всего-то чуть-чуть сдвинуть верхний конец скатанного в рулон ковра, Бонни же занялась нижним… в общем, она тянула его изо всех сил, энергично дергала… толкала плечом, налегая всем телом, пока рулон не повалился, как дерево в лесу. В воздух поднялось облако пыли, и они обе отвернулись, ожидая, когда пыль осядет.

– Ой, ради всего…

– Ух ты. Взгляни на это, Джен.

Дженис повернулась и обнаружила, что Бонни, оседлав скатанный ковер, скачками продвигается вперед, к другому ковру, меньшему по размерам, тоже скатанному в рулон и прислоненному к стене. Было ясно, что первый ковер все годы надежно защищал второй от света и грязи, так как даже в полумраке было видно, что его яркие краски сохранились.

Достать ковер из его тайника оказалось довольно легко. По ширине он примерно соответствовал росту Бонни.

– Голову даю на отсечение, это он, – восторженно сообщила она сестре, в глубине души ощущая, что хоть что-то в ее жизни наконец-то складывается правильно. – Взгляни на его цвета. Он небольшой, так что его будет легко стащить вниз, и он займет немного места в комнате Пим.

– Надеюсь, ты не думаешь, что он волшебный, а? – По тону сестры Бонни поняла, что ее запрут в дурдоме, если она даст неверный ответ.

– Естественно, нет, но Пим считает иначе, и если он подействует на нее успокаивающе, для меня это будет чудом. – Бонни уложила меньший ковер на больший и перебралась через них. Прикинув, она поняла, что сможет в одиночестве стащить меньший ковер вниз, – ей очень не хотелось и дальше подвергать риску здоровье Дженис. Закрыв крышку дорожного кофра, она застегнула ремни и сказала: – Кажется, теперь я готова выслушать относительно хорошую новость.

– Завтра вечером я устраиваю вечеринку в честь окончания летнего сезона и хочу, чтобы ты пришла.

– Господи, да это действительно относительно хорошая новость. – С любопытством посмотрев на сестру, Бонни перекинула меньший ковер на кофр. Вечеринки, которые устраивает Дженис, всегда отличаются уютно-элегантной атмосферой и отличным обслуживанием, независимо от количества гостей. То и дело с подозрением поглядывая на сестру, Бонни взялась за один конец скатанного большого грязного ковра и потащила его к стене. Перебирая рулон руками, она все выше и выше задирала его конец, пока не впихнула ковер на прежнее место. Дженис выглядела виноватой, пристальное внимание Бонни действовало ей на нервы. – Но это не все, не так ли?

– Я пригласила и Джо.

Это все?

– Замечательно. Я твержу и твержу тебе, что мы не ненавидим друг друга. Мы даже не ссоримся. Ни один из нас не устроит сцены на глазах у других гостей, обещаю.

– Не будет других гостей.

– Джен…

– Вам двоим надо разобраться с этим, что бы это ни было. Я не очень хорошо понимаю, что происходит, но считаю, что все зашло слишком далеко. Мы сядем и вместе все обсудим.

– Не лезь не в свое дело, ладно? – Бонни присела на краешек пыльного кофра, рядом с ковром. Ковер приятно грел поясницу. Как хорошо. – Мы с Джо сами разберемся. Я не нуждаюсь в том, чтобы ты устраивала публичные обсуждения моего брака, благодарю покорно.

– И все же кое в чем ты нуждаешься. Вы слишком долго живете раздельно, это вредит здоровью. Тебе нужен этот разговор. Тебе нужен совет. Тебе нужно что-то предпринять. Возможно, тебе просто нужно прийти туда, где он живет, и пару раз хорошенько врезать ему. Это обязательно привлечет его внимание.

Бонни провела ладонью по ковру, прикидывая, тканый он или плетеный. Однако она на подсознательном уровне распознала тонкую искусную работу и древность этого ковра и сразу поняла, что он особенный, что это настоящая редкость.

– Возможно, я нуждаюсь в собственном волшебном ковре, – с рассеянным видом проговорила она, с наслаждением поглаживая мягкую изнаночную поверхность ковра и горя желанием поскорее узнать, какова на ощупь лицевая сторона, такая же шелковистая или нет. Бонни перевела взгляд на сестру, сложила руки на груди и попыталась сосредоточиться. – Возможно, мне не следовало бы ходить на день рождения Чики Дэвиса. Я, знаешь ли, иногда жалею, что вышла замуж, и часто гадаю, как сложилась бы моя жизнь. И дело не в том…

Она увидела, что у Джен медленно вытягивается лицо, а рот и глаза округляются от шока, изумления и страха.

– Джен? – В это мгновение Бонни заметила, как по коленям промелькнула тень – вероятно, что-то пролетело под лампочкой без абажура, свисавшей с потолка. Она ощутила какое-то движение на чердаке… «Летучие мыши!» – осенило ее.

Однако прежде чем она успела шевельнуться, чтобы защитить голову руками, ее накрыла темнота. Она появилась откуда-то сверху и опустилась перед ней и за ней, как занавес, оставив свет по бокам. Бонни вскочила, чтобы бежать к свету, но вдруг почувствовала легкий толчок в спину и упала на темноту. В следующее мгновение темнота стала наклоняться вперед, как будто хотела упасть на Дженис. Бонни повалилась вместе с темнотой и закричала… Она падала.

3

Бонни упала ничком, но ей удалось защитить руками лицо. Она попыталась перекатиться на один бок, чтобы подтянуть колени к груди и… Что это, она может подскакивать, как мячик?

Как ни нелепа была эта мысль, реальность показывала, что она еще не приземлилась. По сути, она уже не падала, она… плыла. Бонни убрала от лица руки и открыла один глаз, чтобы удостовериться в правоте своего предположения.

Ой! Она действительно плывет – как на надувном матрасе в бассейне.

– Джен?

– Бонни?

– Джен? – Бонни вытянула ноги, перевернулась на живот, затем медленно приподнялась на локтях и огляделась.