Нора Робертс – Последняя любовь (страница 6)
Райдер подозрительно прищурил глаза.
– Это еще зачем?
– Затем, что, принимая во внимание планировку номера и Закон об американцах с инвалидностью, там нет места даже для зубной щетки. А теперь будет.
– Дай сюда чертову бумажку.
Хоуп вырвала листок из блокнота.
– Если ты слишком занят, этим мог бы заняться Оуэн, Бекетт или кто-нибудь из рабочих.
Райдер молча сунул листок в карман и вышел.
– Ты уверен, что он твой брат? – пробормотала Хоуп.
– Конечно. Он просто нервничает из-за сжатых сроков, а еще ему приходится следить за строительством дома для Бекетта и заканчивать проект булочной.
– Да, работы хватает, – согласилась Хоуп. – Ты-то почему не нервничаешь? Ты же тоже этим занимаешься?
– Мы в разных категориях. Мне не нужно быть начальником. Я веду переговоры.
Он поставил на пол в ванной коробку. Хоуп осторожно открыла ее и вытащила стеклянную полочку.
– Просто мелочь, деталь, которую никто и не заметит.
– Зато заметят, если ее не будет.
– Вроде места для зубной щетки. – Хоуп улыбнулась и постучала по стене. – Вот здесь. Если я тебе не нужна, то я пойду.
По дороге она заглянула в номер «Уэстли и Баттеркап», где Кароли усердно мыла пол в спальне.
– Кароли, ванная смотрится потрясающе! Блестит и сияет!
Сестра Жюстины, разрумянившаяся от работы, поправила светлые волосы.
– Клянусь, я уже сто лет так не драила! Впрочем, овчинка стоит выделки. Мне ведь здесь работать. Буду все время заходить в этот номер. Что еще сделать, босс?
Хоуп рассмеялась.
– Ты меня опережаешь! Я отвлеклась, чтобы показать Оуэну, где вешать полочки и прочую дребедень. Сейчас посмотрю, как дела у Жюстины, и вернусь к себе в квартиру. Квартиру
– О, боже! – Кароли восторженно взмахнула руками. – Вот это да!
Торопливо шагая дальше, Хоуп испытывала те же чувства. В последний раз она так радовалась, когда начала работать в джорджтаунском отеле «Уикхем». Не слишком хорошее сравнение, напомнила она себе, учитывая, как все обернулось. Тем не менее именно фиаско с Джонатаном Уикхемом и решение уйти с поста менеджера привели ее в «Инн-Бунсборо». Красивое, прекрасно оборудованное здание в очаровательном городке, где живут ее две самые близкие подруги. Да, еще никогда работа не доставляла ей столько удовольствия.
Хоуп заглянула в «Пентхаус» и увидела, что Жюстина сидит в кабинете на широком подоконнике и смотрит на улицу.
– Отдыхаю, – сообщила Жюстина. – Ванная просто
– Давай домою.
– Я уже закончила, но нужно будет еще раз пройтись там щеткой перед приемом в честь открытия. Сижу вот и вспоминаю, каким было это здание, когда я в первый раз притащила сюда мальчиков. Ужас!.. Томми был бы доволен и гордился. Правда, наверняка бы расстроился из-за того, что ему не дали забить пару гвоздей.
– Он научил сыновей забивать гвозди, значит, его участие в стройке ничуть не меньше.
Взгляд Жюстины смягчился.
– Спасибо за добрые слова. Верно.
Она взяла Хоуп за руку и притянула к себе.
– Жаль, что не идет снег. Я хочу увидеть, как выглядит наша гостиница под снегом, а еще весной, летом и осенью. Хочу, чтобы она сверкала в любое время года.
– Для вас я постараюсь.
– Знаю. Ты будешь здесь счастлива, Хоуп. Я так этого хочу и еще хочу, чтобы всем, кто здесь останавливается, было хорошо.
– Я уже счастлива.
Вновь принимаясь за уборку, Хоуп думала, что сейчас она гораздо счастливее, чем раньше. У нее есть возможность хорошо поработать на хороших людей. Склонив голову набок, она осмотрела кухонные шкафчики и решила, что заглянет в магазин подарков перед закрытием и купит те великолепные вазы, на которые давно положила глаз. Маленький подарок себе самой на новоселье.
Райдер привез тележку, нагруженную коробками.
– Почему все женщины обожают полки? – сердито спросил он. – Сколько погонных футов горизонтальной поверхности требуется одному человеку?
– Это зависит от того, – с достоинством ответила Хоуп, – сколько предметов этот человек хочет на них поставить.
– Пылесборники.
– Для кого-то пылесборники, а для кого-то сувениры и элементы стиля.
– Куда вешать эти чертовы горизонтальные поверхности для твоих сувениров и элементов стиля? У меня мало времени.
– Оставь их. Позже сама разберусь.
– Отлично.
Райдер сложил коробки на полу и повернулся.
В дверях стояла мать, сложив на груди руки. От ее взгляда Райдер невольно съежился.
– Хоуп, я прошу прощения за сына. Похоже, он забыл о хороших манерах.
– Ничего страшного. Райдер просто занят. Сегодня все заняты.
– Занятость не оправдывает грубости. Правда, Райдер?
– Так точно, мэм. – Он повернулся к Хоуп. – Буду рад повесить ваши полки, если покажете, куда вешать.
– Уже лучше.
Жюстина бросила на него последний грозный взгляд и ушла.
– Ну? – требовательно произнес Райдер. – Куда их деть?
– Есть у меня одна мысль, но она не имеет отношения к стенам.
К удивлению Хоуп, Райдер широко улыбнулся.
– Так как у меня нет желания засовывать что-либо себе в задницу, еще предложения будут?
– Просто поставь полки у двери и иди.
Он заложил большие пальцы рук за пояс с инструментами и смерил Хоуп взглядом.
– Тебя-то я не боюсь, а вот ее… Если я не повешу полки, мне потом не поздоровится. В общем, я не уйду, пока ты не покажешь, куда что вешать.
– Все уже отмечено.
– Что именно?
– Я измерила полки и отметила, где они должны висеть. – Хоуп показала на пространство между окнами, потом махнула рукой в сторону ванной. – Можешь начинать прямо оттуда.
Она швырнула на пол салфетку для полировки мебели и с достоинством удалилась, решив помочь Оуэну, пока его раздражительный братец не закончит работу.
О происходящем в здании гостиницы Эйвери узнавала из эсэмэсок и от заглянувшей на минутку Клэр. Автобус с туристами уехал, стало спокойнее; появилась возможность немного передохнуть в заднем обеденном зале и наскоро перекусить.
Игровые автоматы пока молчали. Эйвери прикинула, что еще есть час или два до того, как после уроков набегут школьники и начнется звяканье и дзиньканье. Впрочем, мелочь, которую оставляют в автоматах, тоже деньги.