Нора Робертс – Драма по-королевски (страница 4)

«Боже мой, как она прекрасна». Ее появление было равносильно удару молнии. Он был ослеплен, хотя на ней не было сверкающих бриллиантов. Даже завернувшись в медвежью шкуру, она все равно произведет на него впечатление. Ее откровенная сексуальность завораживала, заставляла мужчин оглядываться на нее. Она была рождена кружить головы и притягивать взоры. Александр испытал нечто вроде ревнивой неприязни, как было в тот раз, когда он впервые увидел ее. Он как будто мстил снисходительной холодностью за ее очарование.

Увидев, как Ева оглядывает гостиную, и понимая, что она ищет Беннета, он сразу заревновал, его скулы затвердели, а взгляд стал надменным.

– Мой брат сегодня отсутствует, у него официальная встреча. – Александр стоял спиной к камину в черном вечернем костюме, который очень ему шел, но элегантность облика не могла скрыть, что чувствует он себя скованно. – Так что мы сегодня ужинаем вдвоем.

Ева замешкалась и произнесла нерешительно:

– Не стоило из-за меня так беспокоиться, ваше высочество. Я могла бы поужинать у себя.

– Но вы моя гостья, и в мои планы входил ужин с вами. – Александр повернулся к столику с напитками. – Входите же. Обещаю, я не стану вступать с вами в единоборство.

– Уверена в этом. – Ева взяла протянутый ей бокал с аперитивом. – Впрочем, мы с Беннетом не боролись, я применила несложный прием и уложила его на лопатки.

Александр окинул взглядом ее тонкую гибкую фигурку. Ростом Ева едва доходила ему до плеча, и трудно было поверить, что она швырнула высокого, атлетически сложенного Беннета, скорее всего, он, как все, подпал под ее женские чары.

– Обещаю, со мной не придется этого делать. Как вам понравились апартаменты, вас все устраивает?

– Все прекрасно, как всегда. Насколько помню, вы редко ужинаете дома. На сегодня в вашем расписании не значится государственных дел и официальных приемов?

Он снова посмотрел на нее. В приглушенном свете гостиной ее белая кожа была похожа на матовый атлас.

– Мы можем превратить ужин в формальный, ведь ваш визит деловой.

Она сделала глоток и взглянула на него поверх бокала:

– Что предпочитает ваше высочество? Деловой разговор или непринужденную светскую болтовню? А может, разговоры о политике?

– Только не о политике, это испортит аппетит. Особенно если начнется спор.

– Вы правы. Нам редко удавалось приходить к согласию в таких вопросах. Значит, выбираем второй вариант. Светский.

Не только принц был хорошо воспитан, Еву тоже научили вести себя подобающим образом в светском обществе. Она подошла к вазе с розами и дотронулась до бутона.

– Слышала, вы были в Швейцарии этой зимой, катались на лыжах. Хорошо провели время?

– Все было великолепно. – Александр не упомянул о многочисленных деловых встречах и официальных приемах. Он внимательно смотрел на тонкие белые пальцы, гладившие ярко-красные бутоны. – Вы катаетесь на лыжах?

– Иногда езжу в Колорадо. – Ева сделала жест, по которому стало ясно, что это ее не очень интересует. Как он не может понять, что у нее просто нет времени на развлечения и путешествия. – Я не была в Швейцарии с тех пор, как училась там в школе. Дело в том, что я всю жизнь прожила в Хьюстоне и предпочитаю летние виды спорта.

– Например?

– Плавание.

– Наш бассейн к вашим услугам.

– Благодарю.

Последовала пауза, молчание затягивалось, напряжение росло.

– Мы так и не нашли тему для беседы. А ужин еще впереди.

– Тогда начнем. – Александр предложил ей руку, и она, немного поколебавшись, приняла ее. – Повар помнит, что вы предпочитали блюдо из рыбы, poisson bonne femme.

– Вот как? Очень мило с его стороны, – она улыбнулась, – но мне больше понравился шоколадный крем в горшочках pots de crème au chocolat. Я чуть не довела нашего повара до безумия, пока не добилась нечто похожего, но полного сходства так и не получилось.

– Значит, сегодня десерт придется вам по вкусу.

– Но так недолго и растолстеть. – Ева остановилась на пороге большой столовой и тихо призналась: – Я всегда испытываю восхищение перед этим залом, здесь царит дух прошедших веков.

Хрустальные люстры освещали поверхность огромного массивного стола, блестел натертый паркет. Размер стола поражал воображение – за ним могли поместиться сто человек.

Она предпочитала более интимную обстановку, но в этой величественной столовой было спокойно и уютно. Ей казалось, что если постоять тихо и прислушаться, то можно уловить разговоры людей, обедавших здесь много лет назад.

– Когда я впервые сидела за этим столом, у меня внутри все дрожало.

– Почему? – Александр не торопил ее, просто стоял рядом. – Помню, что вы были очень уверены в себе.

– О, я всегда умела скрывать свои истинные чувства. В тот раз я испытывала благоговейный трепет. Я только что закончила школу и вдруг очутилась здесь, в сказочном старинном великолепии. Это был мой первый ужин во дворце.

– А что вы чувствуете сейчас?

Она высвободила руку:

– С тех пор прошло много лет.

На огромном столе были сервированы только два прибора. Там стояли хрустальные канделябры и свежие цветы. Ева села сбоку, оставив место во главе стола для Александра. Как только они сели, подошел слуга и налил им вина.

– Как странно сидеть за пустым столом.

– Габриела и Рив редко бывают во дворце, они предпочитают свои фермы. Здесь или в Америке, где они проводят половину времени.

– Они счастливы?

Александр чуть поднял бровь, выразив удивление:

– Что вы имеете в виду?

– Только то, что я сказала. Счастье не имеет отношения к долгу и семейным обязанностям.

Он поднес к губам бокал с вином и ждал, пока им подадут охлажденного лобстера. Александр прекрасно понял, на что она намекала. Ведь именно он всегда ставил долг превыше всего.

– Моя сестра не жалуется. Она любит мужа, детей и свою страну.

– Это не совсем то, о чем я спросила.

– Семья старается ее избавить от лишних обязанностей во дворце.

– Значит, все чудесно. Я так рада, что после того, что ей пришлось пережить, у нее есть все, о чем может мечтать женщина. – И, увидев, как побелели костяшки его пальцев на ножке бокала, накрыла его руку своей. – Простите, я не хотела напоминать и понимаю, что даже после стольких лет это трудно забыть.

Он молчал, глядя на нежную белую руку на своей руке и едва удерживаясь от желания взять эту руку и нежно сжать. Напряжение отпустило, и он сказал:

– Это забыть невозможно, как и то, что вы спасли жизнь моих брата и сестры.

– Я всего лишь позвала на помощь.

– Вы сохранили хладнокровие, а могли бы растеряться, испугаться, ведь вы были совсем юной. И если бы не ваша быстрая реакция и выдержка, мы могли их потерять.

– Я тоже никогда не забуду ту ночь. – Ева вдруг заметила, что ее рука все еще лежит на его руке, и поспешно убрала ее. Подняв бокал с вином, она добавила: – До сих пор передо мной стоит лицо той женщины.

– Любовницы Дебока, – сдавленно произнес Александр. В его голосе прозвучала такая ненависть, что Ева вздрогнула.

– Да. Помню ее взгляд и как она держала пистолет, направленный на Бри. Именно тогда я спустилась с небес на землю и поняла, что дворцы не всегда обещают сказку. Но теперь вы должны успокоиться, ведь Дебок, Любэ и она в тюрьме.

– И останутся там. Но Дебоку и раньше удавалось дергать за ниточки, управляя сообщниками прямо из тюрьмы.

– Разве были еще угрозы? Беннет ничего не сказал об этом, хотя мы с ним разговаривали на эту тему.

– Беннету придется снова преподать урок. Когда он станет держать язык за зубами?

Ева вспыхнула, но сдержалась, потому что происходила смена блюд. Когда слуги отошли, она ответила:

– Но мы не касались государственных секретов. Просто, как с вами сейчас, вспоминали тот бал. Я знала, что Дебоку удалось из тюрьмы организовать похищение Бри через ее секретаря и государственного министра Любэ. Беннет сказал, что не будет знать покоя, пока Дебок жив.

– Быть публичной фигурой вообще нелегко, – продолжил Александр. Хотя он имел в виду брата, ему вспомнились собственные беспомощность и отчаяние, которые он испытал, увидев сестру в больнице. – Наша семья веками управляет Кординой. Пока мы у власти, всегда найдутся враги, и некоторые из них сейчас на свободе.

Он, разумеется, умолчал о многом, а она не стала расспрашивать, зная, что Александр все равно не расскажет. Если она захочет узнать, то пойдет за этим к Беннету.

– Простые люди имеют свои преимущества, не так ли, ваше высочество?