Нора Джемисин – Инициация (страница 13)
– Хорошо. – Кора натянуто рассмеялась и с трудом проглотила комок в горле, стараясь не перенасытить легкие кислородом. – Ты по-прежнему на связи с центром управления Инициативы?
– Д-д-д…
Никогда еще заикание ВИ не вызывало у Коры такой неприязни. СЭМ-Э, казалось, и сам испытывал недовольство.
– Да… хотя уже некоторое время станция мне не отвечает. Но, как вы и просили, я известил Инициативу об успешном завершении миссии и вашем ожидаемом времени прибытия. Эта передача включала и наши координаты во время вашего… прыжка.
Вздох Коры внутри шлема прозвучал громко даже для ее ушей.
– Ты можешь сообщить о наших осложнениях?
– Уже пытался. Но, как я сказал, станция не отвечает.
Надежды Коры начали угасать.
– Обновления моих данных система получает регулярно, но вот проверяются они не непрерывно. А поскольку до старта ковчега «Гиперион» осталось всего полгода, большинство сотрудников Инициативы заняты.
В особенности Алек Райдер, который во время первой встречи не мог оторвать глаз от экрана даже на секунду, чтобы поздороваться.
– Чудесно.
– Но я смог, – добавил СЭМ-Э, – воздействовать на устройство контроля температуры в помещении, где расположен мой модуль.
Надежда была невелика, но все же…
– И?..
– Со временем температура в комнате поднимется, – сказал СЭМ-Э, и Кора застонала. – Прозвучит сигнал тревоги, который привлечет внимание специалистов. В такой ситуации полный просмотр моего журнала – стандартная процедура.
Кора закрыла глаза. Не SOS, но все же очевидный сигнал для тех, кто слушает.
– СЭМ-Э, будь у тебя губы, я бы тебя поцеловала.
Может ли бестелесный разум краснеть? Когда СЭМ-Э ответил, Кора подумала, что может.
– Будь у меня губы, для меня это было бы большой честью. – Его тон сменился на предостерегающий. – Нет никакой гарантии, что кто-нибудь заметит изменение сроков прибытия, лейтенант. Шансы на обнаружение и спасение…
– Ради всего святого, не говори мне цифры!
– Хорошо, лейтенант. Все эти соображения не учитывают того, что «Дерзкий» может вернуться за вами.
Такое не исключалось.
– Сомневаюсь, что Игару заботит моя дальнейшая судьба, – сказала Кора.
Эта азари нетерпелива, а поиски человека в бескрайних просторах космоса – занятие хлопотное. Правда, прежде девушка считала, что Игара заслуживает доверия… Как все-таки плохо Харпер ее знала!
– Скорее всего, она решит, что выброситься в космос равносильно самоубийству. И вероятно, будет права.
– Да, я предупреждал, что это плохое решение.
– И я тебя услышала. – Сарказм все же лучше, чем паника. – Но я произвела расчеты: верная смерть против маленьких шансов на жизнь. Ведь ты ВИ. Даже для тебя это должно звучать убедительно.
Последовала пауза, которую Кора истолковала как удивление. Вероятно, она проецировала на ВИ свои чувства.
– Мне представляется, – неторопливо проговорил СЭМ-Э, – что к-к-качество смерти для умирающего тоже имеет значение. Мне известны случаи гибели в ореоле славы или под градом пуль. Не предпочтительнее ли это фактического удушения, когда запас кислорода в вашем шлеме иссякнет?
Вопрос был хороший. И чрезвычайно мудреный для ВИ. Кора нахмурилась:
– Так. Райдер сказал, что ты необычный ВИ. В чем именно твоя необычность?
Казалось, ВИ немного замялся:
– Боюсь, что не понимаю вопроса, лейтенант.
– Очень удобное непонимание, СЭМ-Э, особенно с учетом того, что секунду назад ты высказывал соображения относительно смерти.
Она инстинктивно чувствовала, что все это взаимосвязано, хотя и не могла понять, каким образом. Почти философские взгляды СЭМ-Э, странный прирост, который она видела на «Новом доме», кодовый пакет, за которым ее отправил Райдер. Даже измена Игары. Для новоявленного наемника измена клиенту – плохое начало. Кора заплатила ей неплохие деньги, так что Инициатива почти наверняка предаст гласности утрату средств и потерю сотрудника. И отмыть такую репутацию будет ой как непросто. Единственная причина, которая могла заставить Игару рискнуть будущим, которое она строила для себя не одно столетие, – еще бо́льшие деньги, предложенные кем-то другим.
Этого вполне достаточно для того, чтобы вспороть ее брюхо омни-ножом. И Кора поклялась это сделать, как только представится случай.
– Вот чего я не могу понять, – сказала девушка, пытаясь заглушить страх, а теперь еще и ярость, – так это – зачем. Тот, кто заплатил Игаре, знал о коде «Нового дома». Знал обо мне и подсадил Игару в Тамайо-Пойнт, чтобы я «случайно» на нее наткнулась. Вполне логично, что я обратилась именно к ней, когда мне потребовалась подмога. Почему нельзя было нанять Игару напрямую, чтобы она сама выкрала код? Зачем такие сложности?
Это наводило на мысль, что за случившимся стоит нечто большее, чем жадность или корпоративная конкуренция. Это наводило на мысль о злом умысле или помутнении рассудка. За этим стоял кто-то, желающий остаться неизвестным и испытывающий дикую ненависть к Инициативе «Андромеда». Или к Райдеру? Или… к самой Коре?
Нет. Невозможно, чтобы кто-то так возненавидел девушку, которая четыре года провела вдали от родной планеты, от политики, от человеческой мелочности. Вероятно, это имеет отношение к Райдеру или Инициативе. Или к обоим. А Игара и Кора стали просто пешками в игре.
– Что представляет собой кодовый пакет ВИ, за которым меня отправил Райдер? – спросила Кора. Разгадка была в коде, она чуяла это нутром. – Что взламывает этот код?
– Боюсь, я не могу ответить на ваш вопрос, лейтенант. У меня поведенческий блок, который запрещает это, так как мой ответ может повредить безопасности Инициативы и нарушить права собственности. Мне очень жаль.
– Так… – Размышления по меньшей мере помогали Коре сосредоточиться и успокоиться. В конечном счете ей ничего не оставалось, только ждать и надеяться, что кто-то обратит внимание на странное в сообщении о новом предполагаемом времени прибытия и отправит корабль на разведку. До того, как система жизнеобеспечения Коры выйдет из строя. – «Новый дом» использовал усовершенствования, которые требуют соединения с искусственным интеллектом. Я похитила – и у меня в свою очередь похитили – объемистый кодовый пакет. Нечто гораздо более сложное, чем ВИ. СЭМ-Э… Инициатива работает над искусственным интеллектом?
Это явно не понравилось СЭМ-Э.
– Лучше бы вы не задавали мне подобных вопросов, лейтенант.
Наводило на размышления и то, как «персональный ВИ» Коры умело уходит от неудобных вопросов, отпускает саркастические замечания и делает другие вещи, вовсе не свойственные обычному ВИ. И это уже не первый ВИ, способный делать сложные умозаключения, выражаясь при этом естественным языком, и оснащенный поведенческими программами; у новейших ВИ часто имеются смоделированные личности, которые на самом деле представляют собой сложный алгоритм действий. Такие ВИ мыслят и чувствуют ничуть не больше, чем омни-инструмент Коры.
Тем не менее… СЭМ-Э казался другим. И это немного пугало.
– Я начинаю жалеть, что покинула пространство азари, – сказала Кора. – Мы не всегда получаем то, что хотим, СЭМ-Э. Отвечай на вопрос.
– К сожалению, я не могу, лейтенант, – начал СЭМ-Э. – У меня поведенческий блок…
– Да-да, я уже поняла.
На Кору вдруг нахлынула усталость. День был долгий, а теперь она расслабилась – такое парение в пространстве удивительно успокаивало. Она замолчала на некоторое время, созерцая поле звезд и спрашивая себя, не заняться ли медитацией. Низира говорила, что медитация улучшает ее биотическую фокусировку. Кора не была склонна к рефлексии, но сейчас для этого наступило самое подходящее время.
– СЭМ-Э?
– Да, лейтенант?
– Ты ошибаешься. Именно так я бы и хотела умереть. – Она решила, что не будет ждать, когда наступит удушье. Лучше просто отсоединить шлем – и ее заберет вакуум. Ей понравилась мысль о том, что появился выбор. – Здесь так мирно. Я люблю тишину.
– Вы непривычны к тишине? – СЭМ-Э как будто задумался, а может, сверялся с ее послужным списком. – Так, вы вступили в армию Альянса в довольно юном возрасте…
– Нет-нет, для меня там было тихо. В казармах не шумят двигатели. – Кора пожала плечами, хотя не была уверена, что у СЭМ-Э есть возможности зафиксировать этот ее жест, к тому же она сомневалась, что ВИ понимает его значение. – Я выросла на грузовом корабле. Только я и мои родители, но на семейном корабле нет приватности. Я пряталась во всяких закутках и в грузовом трюме. Так я могла хоть немного побыть наедине с собой. Так я могла попытаться понять происходящее и осознать, что я – биотик. Это было опасно. Если бы я потеряла контроль над собой и груз сместился, он бы раздавил меня в лепешку. Но мне, я думаю, повезло. – Она моргнула. – Черт, я брежу.
– Понятно. З-з-значит, обстоятельства жизни диктуют предпочтительный образ смерти?
Когда она вновь заговорила о смерти?
– Ах, если бы я знала! У меня была только одна жизнь, о которой я могу думать. К тому же я впервые имею возможность выбрать себе смерть. – Вероятную смерть. Но она была не в силах отказаться от оптимизма. – Это для меня сейчас многовато, СЭМ-Э, ведь я весь день сражалась на биотическом фронте. Мне нужно немного поспать. Разбуди, если приблизится неминуемая смерть или спасение.
– Хорошо, лейтенант.
– И еще, СЭМ-Э.
– Да?
Кора закрыла глаза, заставляя себя расслабиться. Сделать это оказалось на удивление просто.