Нонна Монро – Сотканные из времени (страница 4)

Из города мы выехали довольно-таки быстро. Тайлер свернл на трассу MA2 W. Я прибавила звук радио, вытащила из кармана Тайлера пачку сигарет и зажигалку ZIPPO, которую никому, кроме меня, нельзя было брать. Пальцем нащупала гравировку книги и пламя, что окутывало ее. Щелчок, и огонек коснулся кончика сигареты. Дым тонкой струйкой вырвался в окно. Тайлер перехватил у меня пачку и тоже закурил. Он всегда разваливался в кресле, опускал сиденье на максимум и откидывал спинку практически до заднего кресла. Тайлер выглядел сексуальным, когда курил. Сигарета, зажатая в тонких длинных пальцах, слегка подрагивала от ветра. Из пухлых губ струился дым.

– Что ты чувствуешь? – Внезапно спросил Тайлер, не отрываясь от дороги.

– Сомнение, беспокойство, злость, – выдохнула я. – Зря мы пошли в клуб. Я была уверена, что Виктор и Шарлотта оставили меня в покое.

– Рано или поздно мы бы попались, Кэтрин.

– Тогда стоило остаться на Багамах, но…

– Но жизнь на островах – отстой.

– Еще какой, – слабо усмехнулась я. – Но не помешает ли нам Болфорд?

– Мы и без него ничего не добились. Каждый путь – тупик. Джефф хорошо замел следы.

– А вдруг мы что-то упустим, – не унималась я, делая очередную затяжку. Тайлер взял меня за руки и ласково погладил внутреннюю сторону ладони. Он молча попросил не делать поспешных выводов.

– Хочу раф, – сказала я, увидев Старбакс. Тайлер включил поворотник и перестроился в правый ряд. Если он и заметил, как отчаянно я пыталась оттянуть приезд в Болфорд, то не подал виду. Он остановил машину на парковке и молча вышел. Я вытерла мокрые ладошки об брюки. Меня трясло от внезапно возникшего страха снова оказаться запертой. Да, это другое место с большой территорией и без контроля родителей. Но это не мой выбор. Не мое желание. Стоило увидеть Тайлера с фирменным стаканчиком, как сомнения развеялись. Я делала это ради него. Пришлось отвесить себе мысленных пощечин и напомнить: не из такого дерьма выбиралась.

Мы проехали мимо ресторана с мексиканской кухней и пиццерии. Через два поворота оказались около кованных ворот. Высокий каменный забор, увитый плющом, скрыл Болфорд от любопытных глаз. Тайлер несколько раз посигналил. К нам вышел высокий мужчина, просмотрел содержимое папки и кивком велел въезжать. Я хотела пошутить, однако перехватила строгий взгляд Тайлера и демонстративно закрыла рот на замок. Этот парень знал меня лучше, чем родители.

Крытая парковка была забита машинами. Черт, если в выходные можно уезжать из Болфорда, то из-за одного въезда здесь должна быть сумасшедшая пробка.

Я выпрыгнула из машины, окидывая взглядом территорию. К Болфорду вела вымощенная камнем дорожка. По обеим сторонам было что-то вроде зоны отдыха: беседки, лавочки со столами в окружении круглых кустов и цветов и фонтаны в форме высоких широких кувшинов. Самое большое здание из красного камня и темной крыши стояло прямо по центру. По бокам еще два, но гораздо меньше. Я бы предположила, что это и есть общежитие, но если мне не изменяла память, то учебный корпус и жилой соединялись длинным коридором.

К нам уже спешила длинноногая блондинка с вежливой улыбкой. Она накинулась на нас со словами приветствия, едва Тайлер заглушил мотор. Выглядела чересчур доброжелательной и наивной, для той, кто работал в элитной тюрьме. Скорее всего, не так давно устроилась, ибо с такими детьми нельзя общаться не на их языке. Они задавят своим авторитетом и наглостью. Сравняют с землей размером кошелька и амбициями.

– Комнаты двухместные, просторные и комфортные, также оборудованы ванной. Сейчас проходят занятие, поэтому с соседями сможете познакомиться чуть позже. Завтрак начинается в восемь утра и длиться тридцать минут. Второй завтрак в двенадцать часов. Обед в три. Ужин в шесть. Постарайтесь не опаздывать и приходить вовремя. В комнатах вас также будет ждать буклет с личным расписанием, карта с расположением аудиторий и вам нужно выбрать внеклассные занятия…

– С кем я могу переговорить касательного совместного проживания? – перебила я Луизу.

– Болфорд прогрессивен в вопросах проживания, но девочкам отведено правое крыло, а мальчикам – левое. Поэтому, к сожалению…

– К сожалению, я задала другой вопрос.

Луиза опешила. Искусственная улыбка сползла с губ, а в глазах заплескалось отчаяние. Девушка умоляюще взглянула на Тайлера, словно тот смог прийти бы на помощь, однако мой друг лениво рассматривал газон.

– Я провожу вас в кабинет вице-президента.

Мне стало жаль поникшую Луизу, но я хотела как можно быстрее разобраться с комнатой и не делить ее с незнакомым человеком.

Луиза распахнула темные дубовые двери и открыла нашему взору фойе. Я не ошиблась: два корпуса действительно соединялись длинным коридором. С двух сторон от него расположились лестницы. Стены были обшиты деревянными панелями, пол устлан паркетом. На высоких потолках висели тяжелые люстры, освещая теплым светом огромное пространство. Справа тянулись кабинеты, слева – столовая, а напротив нее несколько аудиторий. Симпатично, не более.

Тайлер не захотел заходить в кабинет. Он уселся на один из коричневых диванчиков и начал пролистывать ленту новостей. Хотел убедиться, что Джефф Гилл за последний час не успел в очередной раз опозорить себя.

Наконец, Луиза открыла дверь и пригласила меня войти. Я натянула самую обаятельную улыбку, которую отыскала в закромах памяти и перешагнула порог. Я не успела рассмотреть книжные шкафы, тянувшиеся по правой стороне, два кожаных кресла, разместившиеся напротив. Ничего. Ведь за столом темного дерева с аккуратно сложенными листочками и папками сидел Нейт Эндрюс. Мужчина, в которого я влюбилась в пятнадцать лет.

Сердце сбилось с ритма, когда он поднял голову и взглянул на меня. По спине пробежала дрожь. Слова разом вылетели из головы, улыбка сползла с лица. Внизу живота разлилось тепло. Дверная ручка стала единственной точкой опоры. Я глупо моргала, пока губы Нейта Эндрюса изгибались в улыбке. И стоило им приоткрыться, как мое сердце глухо забилось в груди.

– Привет, Кэтрин.

Глава 3. Кэтрин

Любовь.

Нейт Эндрюс был любовью всей моей жизни. Высокий, темноволосый, всегда в строгих черных костюмах без галстука. Он испытывал к ним особую неприязнь и игнорировал даже на встречах золотой пятерки. Но Нейт Эндрюс не имел к ним прямого отношения.

Я уставилась на ровно выстриженную бороду и усы, на изогнутые в ухмылке губы и бесконечно темные глаза. Дьявол, время сыграло ему на руку. Он стал шире в плечах, все-таки выработал привычку ходить в зал и перестал игнорировать рекомендация стилиста: волосы больше не торчали в разные стороны, но и не были прилизанными. Взгляд Нейта блуждал по моей шее, подбородку, на долю секунды остановился на губах и наконец-то коснулся глаз. Предательский жар лизал щеки, расползался дурацким румянцем, выдавая меня с потрохами. Но не только я чувствовала себя некомфортно. От меня не скрылось, как дернулся его кадык. Да, во мне не осталось ничего от той пятнадцатилетней девочки, которой он меня помнил. Тогда я крутилась вокруг него, надеясь получить хоть каплю внимания. Однако Нейт был занят собственными бизнес проектами.

Влюбленность к нему закончилась ровно в восемнадцать лет, когда я поставила крест на прошлом и уехала на Багамы, взяв с собой только Тайлера. И моя реакция не более, чем банальное удивление. Не ожидала его увидеть в Болфорде в должности вице-президента.

Я проигнорировало все то, что зарождалось в груди. Привязанность к людям и так сыграла злую шутку, иначе какого хрена я трачу время, сидя в кабинете Нейта и выбивая нам с Тайлером общую комнату? Однако ничего не могло помешать переспать с ним и нарваться на крохотный скандал, который обеспечит нам отчисление. Здесь уже и Виктор разведет руками и аннулирует глупую договоренность. Идеально.

– Я рад, что ты решилась оставить привычный образ жизни и все-таки поступить в колледж. – От его глубокого чарующего голоса у меня задрожали коленки. Черт, этот мужчина все еще заставлял мое сердце биться быстрее. – Луиза рассказала мне о твоей просьбе, к сожалению, вынужден отказать.

Я выгнула бровь и ухмыльнулась. Нейт Эндрюс молча отказал мне в пятнадцать. У меня было несколько лет, чтобы научиться отстаивать свою точку зрения.

Но только с возрастом я поняла, насколько правильным было отсутствие его интереса ко мне. Если бы двадцати восьми летний парень внезапно ответил на чувства пятнадцатилетней девочки, я бы лично обвинила бы его в педофилии. Нет. Тогда он видел во мне ребенка, отчаянно желавшего внимания. Сейчас… О, я отчаянно хотела его внимания.

– Тогда мне придется обратиться к президенту, раз такого рода вопросы невозможно решить на твоем уровне. Думаю, хрустящие купюры легко смогут удовлетворить мою просьбу.

– Кэтрин, здесь вопросы нельзя решать деньгами, – его голос стал ниже, а без того черные глаза потемнели.

– Смотря какие, – быстро парировала я, смотря на него немигающим взглядом. – Когда президент вернется?

– Благодаря моей подписи поступили ты и твой друг. Не заставляй меня пожалеть об этом.

– Так вот по чьей вине мой зад здесь, – я обвела пальцем кабинет и чуть склонилась вперед. Воздух между нами сгустился. В ушах звучали слова. Ее слова.