Нонна Монро – Сближение (страница 14)

– Видишь, мы можем нормально разговаривать.

– Только когда ты даешь своей жажде мести отдохнуть пару минут.

С тихим смехом он закрыл за собой дверь и скрылся.

Холод снова проник в комнату и пробрался под кожу. Я была так занята Рэйем, что не сразу заметила, как все это время находилась в тепле. Этой мысли нельзя было укореняться в голове.

Мертвое должно умереть.

Глава 10. Рэй

Когда готовила Тара, кухня превращалась в хаос из грязной посуды, небрежно нарезанных продуктов и разбросанных упаковок. Она отвлекалась с одного блюда на другое, обязательно слушала аудиокнигу и громко хохотала, стоило кому-то попытаться утащить что-нибудь вкусное. Но когда к готовке приступала Алекс, в дело вступала военная точность, порядок и последовательность. Со стороны она выглядела как одержимая, отсыпая в мерную чашку нужное количество муки с невозмутимым выражением лица. Убедившись, что добавила чуть больше, чем в рецепте, Алекс высыпала лишнее обратно в пачку и уставилась на муку так, словно та должна была раскрыть все свои секреты.

– Ты же в курсе, что из-за лишних граммов ничего не произойдет? – Уточнил я, вытаскивая из холодильника фрукты. В доме гуляла приятная прохлада и тишина. После утренней тренировки часть Соколов уехала в город, а другая – занималась где-то своими делами.

– Ага. – Она отложила в сторону чашку, начисто протерла столешницу и только потом достала деревянную доску.

– ОКР?

– Тебе поболтать не с кем? Мог бы съездить в город с остальными.

– И снова выслушивать споры Броуди и Пэйдж? Нет, спасибо.

– Тогда не отвлекай меня.

Я бы не стал ее отвлекать, если бы не видел, как с каждой минутой ее взгляд становится отстраненным, а плечи опускаются. Ее движения были механическими, словно перед выходом из комнаты она запрограммировала себя на готовку. И все это вызывало беспокойство, которое тяжело ворочалось в груди. Мне не нравилось его испытывать. Как и все те эмоции, что охватили меня в больнице, когда ее сердце остановилось.

Мне нужна была ее ненависть, чтобы вернуться к привычному состоянию. Потому что те дни были слишком свежи в памяти.

– Поменьше сахара, птичка.

Ее глаза наконец-то сверкнули злостью. Она намеренно добавила еще две ложки сахара, не сводя с меня глаз.

– Нарежь чертовы фрукты и займись делом.

– Каким?

– Строй свои злодейские планы или смастери куклу-вуду. Я не знаю, чем ты там занимаешься на досуге.

Я усмехнулся, улавливая ложь в ее словах.

– Камеры в моей комнате говорят об обратном.

Румянец медленно коснулся ее щек и спустился к шее. Она шумно выдохнула и высыпала содержимое миски в миксер. Пальцы слегка подрагивали, и когда немного муки снова высыпалось на столешницу, Алекс не обратила на это внимания.

– Вдруг ты решишь посреди ночи прокрасться в мою комнату и задушить меня. – Небрежно пожала она плечами.

Укол вины пронзил мою грудь. Я сжал челюсть и уставился на нее.

– Ты действительно не чувствуешь себя в безопасности? – Вопрос не прозвучал так равнодушно, как я планировал. Алекс отстала от миксера и вскинула голову. Угасающий блеск в ее глазах острыми иглами вонзился в мою кожу.

– Сейчас – нет.

– Из-за сыворотки?

Алекс кивнула и снова включила миксер. Пока она взбивала тесто, я решил заодно почистить яблоки, раз уже расправился с другими фруктами.

Тонко снимая кожицу, я чувствовал на себе пристальный взгляд. Резкий звук миксера заставил ее выругаться себе под нос. Оказалось, что часть теста брызнула на нее.

– Не отвлекайся, – посоветовал я. Алекс вытерла тесто с футболки, а после потянулась к остальным яблокам. Чистое лезвие сверкнуло в ее руках. Первое движение ножа едва не заставило мои брови дотянуться до линии роста волос. Она варварски отрезала кожуру вместе с приличным куском яблока.

– Что?

– Ты пол-яблока отрезала. – Я помахал перед ее носом своей идеально тонкой кожурой.

– Засуди меня.

Она продолжила беспощадно очищать яблоки, оставляя какие-то жалкие огрызки.

– У тебя сердечный приступ?

Веселье в ее голосе забросило новую порцию раздражения в мою кровь. Алекс намеренно отрезала больше, чем нужно.

– Будет, если ты не прекратишь их так чистить.

– Прости, командир, не умею иначе.

Я ущипнул себя за переносицу и ускорился, лишь бы этой садистке не досталось яблок. Краем глаза заметил, как ее движения стали быстрее и резче, словно мы вступили в безмолвное соревнование.

Что-то острое резко вонзилось в ногу.

Коричневое пушистое чудовище вцепилось в меня и пыталось откусить кусок плоти.

– Убери его, – прорычал я. Алекс в ответ сдавленно усмехнулась и качнула головой.

– Боишься котов?

Дело было вовсе не в страхе, но я не собирался откровенничать с той, кто спустя месяц сказал свое имя.

– Алекс, клянусь Богом…

– Это всего лишь кот, – пробормотала она, склонилась и оттащила Мистера Котика. Он жалобную мякнул, точно это я вцепился в его ногу. Его огромные глаза напоминали мне о самой первой ошибке, которую я совершил в детстве, когда решил, что у меня может быть друг.

Отец развенчал этот миф.

Самым жестоким из всех возможных способов.

Больше я не пытался заводить друзей.

Не успел я очистить следующее яблоко, как кто-то мягко потерся об меня. С учетом того, что Алекс стояла на расстояние трех вытянутых рук, вариантов осталось два.

Звёздочка и Юрий.

Слава Богу, это был не гусь.

Кошка громко мурчала, продолжая тереться об меня. Я подавал сигналы Алекс, чтобы она забрала ее, но та с невозмутимым видом переводила продукты.

– Где корм? – Вздохнул я, не выдержав этот натиск внезапной нежности. Мне показалось, что Алекс улыбнулась, и это вызвало странные импульсы в груди.

– Второй ящик сверху.

И пока я насыпал корм, краем глаза заметил, как с оставшихся яблок она гораздо аккуратней сняла кожуру.

Я не хотел возвращаться к себе, но и причин оставаться здесь не было. Алекс закинула пирог в духовку, вымыла руки и бросила взгляд на телефон. Напряженное молчание опустилось на нас, такое тяжелое и густое, что его можно было разрезать ножом. Я взял тарелку с фруктами и собирался избавить ее от своего присутствия, как она внезапно спросила:

– Можешь помочь мне?

От возникшего давления в груди пульс ускорился. Я хмуро кивнул, игнорируя уязвимость в ее голосе.

– Юрия нужно покормить.

На ее лице не было признаков веселья. Как впрочем и всегда. Она стояла и смотрела своими большими глазами, ожидая моего ответа. Я жестом велел ей идти первой.

Юрий, разумеется, гулял по заднему двору. Мы одновременно остановились, когда он медленно повернул голову в нашу сторону.

– Я боюсь его, – тихо призналась Алекс, притворяясь статуей.

– Это же просто гусь.