Нонна Монро – Право мести (страница 2)
— Только если ты убедишь меня, что цель поездки необходима.
— Мой отец остался один в Атланте. Мне бы хотелось изредка навещать его. Он — все, что у меня осталось.
Было странно думать, что эти слова растопят его каменное сердце. Все-таки Миллер Харт адвокат, а не священник в церкви.
— Хорошего дня, Персефона.
— Ага, — выдохнула я, провожая его взглядом.
Как только он оставил меня одну, я нерешительно двинулась в сторону лестницы, которая вела на второй этаж. Если мне не изменяла память, то у дедушки было две квартиры, но в завещании он указал только одну: ту, в которой мы с ним и жили. Во второй квартире я никогда не была и понятия не имела, что с ней стало и кому она принадлежит.
Я поднялась по лестнице и остановилась возле той двери, от которой у меня были ключи. Любопытство подмывало меня позвонить Миллеру и выяснить подробности, но он не выглядел как тот человек, которого я могла беспокоить по любому вопросу.
В квартире дедушки все осталось по-прежнему: небольшая гостиная была совмещена со светлой кухней. На удивление здесь было гораздо чище, чем в магазине, хотя диванные подушки почему-то валялись на полу. Я подняла их и закинула обратно на диван.
Собрав длинные волосы на затылке, я внимательным взглядом окинула пространство. Содержание письма не давало покоя, так что я надеялась найти еще какие-то подсказки.
О каких монстрах говорил дедушка? И почему решил, что именно я могу избавиться от них? До десяти лет я спала со включенным светом, с закрытыми глазами смотрела ужастики и пряталась под одеялом от каждого шороха. Я не из тех, кто услышит шум и пойдет по направлению к нему. Я соберу вещи, сменю место жительства, имя, фамилию и вероисповедание, если это потребуется.
Но вот я здесь, стою посреди своего нового пристанища и чувствую, что нахожусь на грани инсульта.
— Давай, Перси, ты взрослая девочка.
Я открыла все шкафчики на кухне, но нашла только посуду. Продуктов не было, словно кто-то заранее выбросил их. Это вызвало у меня сомнения, и я продолжила исследовать шкафы, которые располагались в гостиной. Вещей дедушки не осталось, только книги. Квартиру будто успели подготовить к моему приезду, чтобы я не тратила на это время. Дедушка был педантичным, но не всевидящим. Он же не мог знать, что его ждет скорая смерть?
Или мог?
Я зашла в спальню, застала заправленную постель, пустой комод и шкаф. Залезла под кровать и провела рукой, надеясь, что, возможно, там находится какой-нибудь тайник, однако ничего не обнаружила. Мои темные брюки покрылись пылью. Я плюхнулась на задницу и стряхнула ее, не зная, есть ли смысл тратить время на поиски. Возможно, дедушка намеренно запутал меня, лишь бы я согласилась остаться здесь. Он всегда хотел, чтобы в будущем именно я управляла магазином. Тогда я не придавала этому значения, ведь была ребенком.
Сейчас же отчаянно искала подсказки, пытаясь воскресить в памяти вскользь брошенные слова.
Сдавшись, я написала папе, что со мной все в порядке. Он ответил, что позвонит мне утром, и это сообщение вызвало у меня вздох облегчения.
Я вытащила все необходимое из чемодана и поплелась в душ. Первым делом провернула кран, подозревая, что вода перекрыта. Проблема в том, что вентиль находился в подвале, а последнее, чего мне хотелось — так это в одиночестве спускаться туда поздним вечером.
— Черт возьми, Перси, возьми себя в руки, — прошипела я, схватила телефон и спустилась.
Наверное, нужно было взять с собой нож или вилку, но мои навыки самообороны оставляли желать лучшего. Я из тех людей, кто умрет от собственного оружия в попытке эффектно взмахнуть им. Так что незачем давать преимущество тому, кто ждет меня в подвале.
К счастью, меня встретила гнетущая тишина, пыль и пустые коробки. Я на цыпочках добралась до вентиля, провернула его, услышала заветный шум воды и уже собиралась развернуться, как внезапно заметила что-то белое, выглядывающее из-за трубы. Не раздумывая, я потянула за край и обнаружила клочок бумаги. Сердце глухо забилось в груди. Я не стала разворачивать его в подвале, вместо этого рванула в квартиру. Чертовы ступеньки скрипели от каждого шага, нагнетая обстановку. В моей голове уже разыгралась бурная фантазия, и теперь мне казалось, что за мной действительно кто-то гонится. Только оказавшись в квартире и заперев дверь на все замки, я смогла полноценно выдохнуть.
Я стерла со лба проступившую испарину и развернула записку. Два предложения заставили волоски на руках встать дыбом:
Я прислонилась затылком к двери и уставилась в потолок, словно там могло быть какое-то объяснение. В горле возник комок, который я не смогла проглотить. Вероятно, речь шла о второй квартире, которая располагалась напротив моей. Но кто жил в ней и почему я должна была довериться им? Ответы на эти вопросы знал только один человек.
И к несчастью, он был мертв.
Сжав записку в руке, поплелась в ванную, придерживаясь старого плана.
Душ и сон.
Глава 2. Персефона
У бедной жизни есть несколько плюсов.
Ну, по крайней мере, один точно: умение готовить.
Доставка и рестораны в последние несколько лет стали для нас непозволительной роскошью, так что я научилась готовить из тех продуктов, что всегда были в холодильнике. Поэтому первым делом я закупилась всем необходимым.
Супермаркет находился в конце улицы. Я уже и забыла, что дедушка жил в типичном торговом квартале: с бесконечным рядом двухэтажек, плотно прижатых друг к другу, где первые этажи целиком занимали вывески мастерских, антикварных лавок, магазинов одежды и крошечных кафе.
По всей видимости, Эбби уже успела рассказать обо мне, иначе я не могла объяснить, почему каждый встречный стремился выразить соболезнования. Владелец цветочной лавки по имени Джо даже принес мне букет хризантем, потому что именно их любил дедушка.
Проблема в том, что нуждалась я не в них, а в помощи.
Магазину срочно требовался ремонт, особенно в торговом зале. Служебные зоны — те, где находился склад, туалет и вход в подвал, — выглядели неплохо, в отличие от боковых стеллажей, тянущихся вдоль стен, шкафов, стоящих в центре зала, и прилавка, который больше напоминал декорацию к фильму о заброшенном городе. Моих скудных накоплений не хватало на… да ни на что их не хватало.
Если я за год не умру от голодной смерти, то это официально можно будет считать успехом.
На протяжении недели я выгребала мусор, мыла полы и протирала пыль. Попутно занималась бюрократией, бегая с кипой бумаг и переоформляя документы. Лишь благодаря Миллеру и предусмотрительности дедушки мне удалось справиться за короткий срок. Все-таки был небольшой плюс в маленьких городках: здесь все друг друга знали и с радостью шли на помощь.
— Зато ты бизнесмен, Перси, — задыхаясь, повторяла я, как будто эти слова могли унять острую боль в пояснице.
Я устало прислонилась к шкафу и почувствовала, как в кармане завибрировал телефон.
— Леденец за твои мысли, — услышала я голос папы и улыбнулась.
В его карманах редко был лишний доллар, а вот леденцы — да. Так выглядели бонусы работы в страховой компании.
— Если я не выполню условия, то по возвращении в Атланту смогу устроиться на подработку в клининговую компанию.
— Напомни, почему ты дома не хотела мыть полы?
— Эй, я мыла их!
Я смахнула со лба мокрые пряди и опустилась на пол. Каждая мышца в теле ревела от боли, но впереди меня ждало еще несколько часов уборки. О том, что нужно будет провести полную ревизию и выяснить контакты торговых представителей, с которыми сотрудничал дедушка, я даже думать не хотела.
— И ты не обещал мне взамен магазин и квартиру, — добавила я, слыша папин смех.
— Я попробую вырваться к тебе на выходные и помочь.
— Даже не вздумай приезжать сюда! — шутливо пригрозила я. — Когда все получится, я запишу трек на студии Джей-Зи о том, как сделала себя сама, поднимаясь со дна.
— Ты драматизируешь, Перси.
— Пап, в Инстаграме2 это называется аффирмация. Скоро я запущу прогрев к своему курсу, следи за моими сторис.
— Ни слова не понял, но рад слышать, что ты настроена решительно.
Злодейский хохот вырвался из моего горла.
— Даже если здание попытаются снести, я не сдвинусь с места. Устрою акцию протеста, оболью себя краской и… что еще они делают?
— Не знаю, — хихикнул он, и в моей груди разлилось тепло. — Ладно, акула бизнеса, мне пора идти.
— Люблю тебя, отец будущей успешной бизнесменши.
— И я тебя, Перси.
С грустной улыбкой я сбросила звонок. У меня действительно никого не осталось, кроме папы. Я работала круглыми сутками, жертвуя сном ради лишнего доллара. С друзьями общение сошло на нет, когда я вместо каждой встречи предпочитала работу.
Рак крови ставит на колени даже тех, кто имеет чертовы принципы.
Болезнь мамы застигла нас врасплох. Мы с отцом погрязли в долгах, чтобы обеспечить ей необходимое лечение. Мама угасала на глазах, и мне пришлось заткнуть свои принципы, приехать в Мэйпл-Холлоу в надежде, что старые обиды не станут камнем преткновения. Что, возможно, дедушка поможет нам хоть какой-то суммой. Но столкнулась с абсолютным безразличием, от которого кровь в моих жилах заледенела.
Проблема в том, что это безразличие было мне знакомо.
Но именно в тот момент все мои иллюзии рассыпались в прах, как и его тело спустя годы.