Ноэль Ламар – Лара. Пленница болот (страница 22)

— Пойду, гляну, как там дела с баней. Семён, как языком с кем зацепится, так про всё и забудет, — женщина улыбнулась и вышла из дома.

— Ой, что-то не нравится мне всё это, — дядя Лёша сидел, хмуро склонившись над тарелкой, — с чего бы такое радушие?

— Алексей, мы все устали, вот и мерещиться чёр-те что, — мягко ответила мама, — люди от чистого сердца приветили, накормили.

— А я, Оленька, соглашусь с Лёхой, — вздохнул дед Михей, — что-то неладно здесь. Вроде как и помогают, а сами глядят, словно ценники на нас навешивают.

— Так, давайте завтра уйдём, — предложил Гриша.

— Нет! — с жаром возразила Мария, — никуда я не пойду. Дети здесь в безопасности, чего мне их опять по болотам таскать, тварям на съедение.

— И я останусь, — упрямо кивнула Люба, — Маша права, когда ещё мы на посёлок или другую деревню наткнёмся. Да и где они? Не наши это края. Чужие. Нечего таскаться непонятно где, когда пристанище есть.

— Дело ваше, — пожал плечами дядя Лёша, — может, вы и правы. Посмотрим, как оно дальше обернётся.

— Только о способностях ваших, — обвёл нас дед взглядом, — помалкивайте. И другие, чтобы языками не трепали, — он грозно сдвинул брови.

Дверь открылась, и вошла Анна в сопровождении своего мужа.

— А вот и мы, да вы кушайте, кушайте. Стесняться не надо.

Она присела на краешек скамьи, налила себе морса.

— Скоро и банька подоспеет, попаритесь хорошенько. Болота наши коварные, враз заболеть можно. Да откуда вы сами-то?

— Тут и не скажешь, — замялся дед Михей, — мы из села за лесом и болотом, почитай, несколько дней шли до вас. Деревня наша Авдеевкой называется, да только дела странные стали твориться. Пришлось нам уйти куда глаза глядят. Твари какие-то из лесу полезли. Народ жрут.

— Ох, напасть эта и к нам докатилась, — понимающе кивнула Анна, — пока забор не справили, от страху каждую ночь тряслись. И теперь вот, сидим взаперти. В лес без особой нужды не ходим.

— А продукты ж откуда? — удивился старик. — Пашен не видать, огородов тоже.

— Возим, — неопределённо отмахнулся рукой Степан.

— А дак вещи у вас чистые есть? — Сменила быстро тему Анна. — Если что, подберём что получше.

— Нет, — смущённо откликнулась мама, — не брали мы с собой много.

— И ничего страшного, — ответила женщина, — Татьяна!

Девушка безмолвной тенью подошла к столу.

— Ты поищи, где одёжка чистая есть, подбери что-нибудь. И полотенца захвати.

Таня молча кивнула и вышла.

Мы поскидывали куртки, озноб, наконец, прошёл, дети после еды оживились, зашушукались между собой.

— Ну, кто первым нашу баньку опробует? — Степан засобирался, взял принесённые Таней полотенца, раздал нам чистую одежду.

Мне достались джинсы скинни, голубая рубаха и белая футболка. Я с удивлением рассматривала обновки. Откуда здесь такие?

Увидев мой взгляд, Анна торопливо заговорила:

— Дочерям обновки брали, да им в нашей одёже привычней. Вот и лежит всё, ненадобное.

Я кивнула и посмотрела на то, что дали другим. Джинсы, футболки, рубашки, ношенные, но чистые. Конечно, дочерям они брали. Мы встретились взглядом с Гришей, тот тоже с сомнением осматривал свой комплект. Шерстяные брюки, льняная рубаха и майка-алкоголичка.

— Спасибо вам, — пробасил дядя Лёша, — первыми пусть дети идут, помоются. Спать им уже пора, да и умаялись они за эти дни.

— Скажите, — спросил дед Михей, — а сегодня ещё двое к вам не забредали, Фёдор и Наталья?

— Были такие, — кивнул Семён, — мы их в другой дом пристроили. Спят, поди, уже. Ваши, что ли?

— Наши, — кивнул старик, — ладно, дошли и то хорошо.

Мы помылись в бане, большой, пахнущей деревом. Распаренные, вернулись в дом, где уже стояли свежие пироги и горячий чай.

— Только же из-за стола? — удивилась мама.

— В меня точно больше ничего не влезет, — поддакнула я ей.

— Да что тут есть-то? — возразила Анна, — по пирожочку попробуйте, пока горячие. С повидлом, картошкой, капустные. А потом и на боковую можно. Постели уже готовы.

Я попила морса и попросила проводить меня в спальню, мама отправилась со мной. Остальные тоже разбрелись по комнатам. Молчаливая Таня показала наши кровати и сразу вышла.

— Что ты думаешь обо всём этом? — Спросила мама, сняв очки и устало потирая переносицу.

— Не знаю даже, — пожала плечами, — посмотрим, как дальше будет. Уйти мы всегда успеем.

— И то правда. Ложимся спать, — мама потушила керосиновую лампу.

Глава 19

На следующий день, после завтрака нас повели показывать деревню. Семён, как обычно, болтал без умолку:

— Вот так и живём, домишки справили. Огородики держим.

Деревня была даже больше, чем мы себе представляли. Это сколько же времени надо было, чтобы огородить её всю? За избами раскинулись огороды, не очень большие, но густо засаженные овощами, настоящие зелёные полянки, испещрённые узкими тропинками. Позади домов отдельно стояли загоны для скота. Коровы, свиньи бродили по загородкам. Куры бегали по улицам, роясь в земле в поисках червячка. Мы шли по извилистым улочкам, разглядывая однотипные избы, похожие, как две капли воды огороды. Возникло ощущение, что всё здесь сделано по некоему шаблону. И это производило почему-то гнетущее впечатление.

— А можно, мы сами прогуляемся, осмотримся тут? — прервал нашего разговорчивого хозяина Гриша.

— Эм-м-м, не стоит, заблудитесь ещё, — Семён растерялся, глаза забегали.

— Да где же тут можно заблудиться? Забор кругом, — удивился Гриша.

— Ой, ну что вы, дети, ямы силосные тут, упадёте, расшибётесь, — заюлил староста.

— Не пойдут они никуда, — поспешил успокоить Семёна папа, — нечего мешать людям.

Гриша молча пошёл дальше, но через несколько шагов подошёл ко мне поближе:

— Лара, погляди в конец улицы, за дома.

Я осторожно всмотрелась вдаль, там стояло бетонное здание, странное, без окон. Среди деревянных строений оно смотрелось чужеродным телом.

— А что там? — указала на него Семёну.

— Склад, — махнул рукой староста, — овощи, крупы. Ничего интересного. Пойдёмте лучше угостим вас курочкой фаршированной, она у Анны чудо как хорошо получается. Пироги с грибами, блинчики со сметанкой.

— Да мы же только позавтракали недавно, — удивлённо сказала мама.

— И что? Хороших людей угостить завсегда приятно, — хозяин развернулся к дому, — пойдёмте.

Нам не оставалось ничего другого, как последовать за ним.

Мы брели по улицам, народ занимался своим делом, не особо обращая на нас внимание. Словно каждый день к ним незваные гости из леса приходили.

Дети упросили отпустить их погулять перед домом, поиграть с местной ребятнёй. И теперь счастливо носились по улице, распугивая кур.

Мы с Гришей сидели после второго завтрака на лавке перед домом. Живот был набит до отказа. Хлебосольные хозяева не успокоились, пока мы не попробовали всё, что было на столе.

— Я так лопну, — простонала, облокотившись на стену дома, — ещё недельку усиленного питания, и мы будем кататься, как колобки.

Гриша икнул:

— Точно. Какое-то особо радушное гостеприимство.

К нам подошёл папа, сел рядышком.