Нобу Фуюцуки – Плоть рваных крыльев. Том 1 (страница 14)

Город наук я не успела толком разглядеть, соответственно, и по достопримечательностям прогуляться не удалось. Автобус привез нас в огромный ангар, с маленькими окнами и затхлым запахом сырости. Внутри мои документы проверили, провели идентификацию и объяснили, как нужно отвечать, когда ко мне обращаются офицеры, преподаватели, сопровождающие, тренеры и инструкторы академии.

На вопросы нужно отвечать кратко и по существу. Вместо односложных «да» или «нет», положено отвечать «так точно» либо «никак нет». Получив приказ, отвечать «есть». Сомневаться, спорить или отказывать нельзя. Если не поняла – «разрешите уточнить». Если провинилась – «виновата». Хочу обратиться к старшему по званию – «разрешите обратиться». И это еще не весь перечень.

Послушание, дисциплина, опрятность – поощряются.

Безалаберность, невнимательность, пререкание – наоборот.

Озвученных мне правил во время инструктажа было много. Все сразу я запомнить не успела. Как сказал инструктор в пункте сбора: «Все это мелочи. Когда приедешь в академию, познакомишься с полным уставом». Я тогда чуть не расплакалась от волнения, благо Крис был рядом – утешил.

– Так… один, два, три… – начал нас пересчитывать сопровождающий. – … Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать. Все на месте

К нему подошел статный мужчина в аналогичной нам форме, но на рукаве, вместо нашивки с буквой «К», означающей «курсант», были три золотые звезды – офицерское звание. Хоть я и не все запомнила, но та часть инструктажа, где говорилось про звания, всплыла в памяти сразу же. Правда, детали по поводу того, какой именно это офицер, успели забыться. Ладно, разберусь по ходу дела.

– Смирно! – приказал сопровождающий.

Я, как и остальные, выровняла осанку, выпрямила плечи, подняла подбородок, а руки убрала за спину.

– Вольно, – тихо отдал приказ офицер.

– Вольно! – вторил ему сопровождающий.

Курсанты расслабились.

– Все? – уточнил офицер.

– Так точно. Тридцать курсантов.

– Хорошо. Все по плану. Курсантов посадить в эиршип, конвой уже ждет. По прилету в академию, всех отправить в отборочную, нужно распределить девушек и парней по отделениям. Старшим инструкторам передай список.

– Есть! Разрешите исполнять?

– Разрешаю, – вяло ответил офицер.

Наша группа курсантов направилась на взлетную площадку, закрепленную за вокзалом. Вдоль широкой линии располагались десять воздушных суден – эиршипы.

Я никогда не видела их вживую, только на картинках в сети или на видео. Даже из пригорода, когда до стен мегаполиса нас отделяло расстояние в несколько километров я не могла разглядеть хотя бы одно космическое судно, летающее в пределах города.

Только сейчас я смогла полностью его разглядеть.

Эиршип представлял собой слегка приплюснутый наклонный параллелепипед в длину метров десять, а в ширину три, с четырьмя атмосферными двигателями и маленькими треугольными окошками по бокам. Конкретно этот – пассажирский, окрашен в цвет формы нашей академии – матово-синий с белыми полосами вдоль корпуса. Боевой – меньше, но с дополнительными бронированными пластинами и прикрепленными орудиями. Об этом я узнала из разговоров курсантов, пока ехала в поезде. Якобы, один такой красуется на территории академии. Зачем? Видимо, для защиты.

Нас рассадили, помогли пристегнуться. Все не поместились, так как эиршип был рассчитан на десять пассажиров, поэтому погрузка осуществляется в несколько заходов. По словам сопровождающего, следующий эиршип уже направляется к нам, поэтому на посадку отведено лишь несколько минут.

Полет прошел спокойно. Внутри немного потряхивало, плюс ощущались постоянные вибрации от ревущих двигателей, но в судне хорошая звукоизоляция, уши не закладывало.

Во время полета рассматривала Каэль, который казался безграничным. Мы летели приблизительно полчаса, по данным пилота, на скорости девятьсот километров в час, на высоте чуть более километра. И за все время пути, я не смогла разглядеть конца и края мегаполиса – настолько он был огромным. По воздуху, между небоскребов, плыли сотни, а то и тысячи эиршипов разнообразных форм и размеров. Широкие автомагистрали образовывали гигантскую сетку, по которой мчали автомобили в бурном течении. Пролетая между районами, я рассмотрела белые пути сверхскоростных поездов. В этот момент я смотрела на бескрайний муравейник и думала о том, как бы отдала все на свете, лишь бы прогуляться по улицам мегаполиса и рассмотреть окружающий меня поток жизни в обратной перспективе.

Надеюсь, что во время обучения у меня появится возможность съездить в увольнение, чтобы осуществить свою мечту. Не хотелось бы провести все пять лет только в пределах академии, без возможности вырваться наружу.

Территория самой академии составляла несколько квадратных километров. Во время посадки, через окошко я смогла разглядеть склады с боеприпасами, несколько тренировочных комплексов, пару широких пятиэтажных зданий, четыре плаца, шириной в два стадиона, а также множество других прилегающих мелких корпусов для персонала и офицерского состава.

Посадка производилась у главных врат академии, после чего нас направили в отборочный пункт.

Прилетела я без Криса, что меня очень сильно расстроило. Я уже успела по нему соскучится. Мой парень оказался в третьей группе отправки, поэтому в академии он окажется не раньше, чем меня перенаправят в женский корпус. И неизвестно, когда я смогу вновь с ним встретиться, потому что мне пока не ясен распорядок дня. Может, после расселения по казармам нам выделят свободное время, чтобы я смогла попасть в общий корпус, где можно проводить время с курсантами из параллельного отделения, а может и нет. Я, конечно же, рассчитывала на первый вариант, и очень боялась, что наше расставание затянется.

Оказавшись в общем холле отборочного пункта, я присела за свободную скамейку в ожидании, когда меня позовет сотрудник и выдаст талон, показав направление до женского корпуса.

Было очень тоскливо, я безумно скучала по Крису, хотелось вновь увидеть его взволнованное и радостное лицо, его улыбку и большие карие глаза, в которые я втюрилась беспамятно при первой встрече в старшей школе.

Сложив руки на коленках, я наблюдала за бурным потоком курсантов, которые предвкушали дальнейшее обучение, обмениваясь между собой шутками и байками о том, какие в академии строгие и бескомпромиссные преподаватели.

Сотрудники пункта подзывали курсантов по одному, громко выкрикивая фамилию каждого. Я ждала, когда очередь дойдет до меня.

– Коберс! – выкрикнули в конце зала. – Коберс!

Ура!

– Здравствуйте! – отозвалась я, подбежав к сотруднице.

– Дана Коберс?

– Так точно.

– Держи направление, проходи через зеленую дверь с желтым знаменем. Выйдешь на улицу, увидишь женщину офицера, которая собирает личный состав. Передашь ей пропуск, – она протянула мне небольшой листочек. – Офицер просканирует твой личный код, и как только ты пройдешь идентификацию, встанешь в группу с остальными девушками.

– А дальше? – уточнила я.

– Дальше жди приказа от офицера.

Вышла. На улице я разглядела платц, на котором столпились девушки в количестве от тридцати до сорока, точно не определила. Перед ними пухлая женщина, вальяжно расхаживающая между молодыми курсантками – вероятнее всего, это и была офицер личного состава.

– Здравствуйте, – аккуратно поздоровалась я, подойдя к женщине офицеру.

– Фамилия? – требовательно спросила она.

– Коберс.

Она взглянула на проекционный планшет, перебирая взглядом список курсанток. Метнула головой в недоумении, сосредоточилась, перепроверила список.

– Извини, но у меня тут нет никакой Коберс.

– Вы уверены? – осторожно спросила я.

– За идиотку меня держишь? – огрызнулась она. – Я перепроверила список, фамилия Коберс – отсутствует.

– Разрешите? – тихо попросила я, указывая на список.

Она скривила такое лицо, отчего мне стало не по себе. Я тут же отпрянула.

Офицер раздраженно фыркнула, протянула мне планшет, но в руки не дала. Я оглядела список. И правда, моей фамилии там не оказалось.

– Может быть это поможет? – спросила я, протянув пропуск.

В толпе курсанток послышались голоса. Чувство было, будто они обсуждали мою неловкую ситуацию. Мне стало стыдно, я побледнела, начала теребить волосы, затянутые в хвост.

– Попробуем, – недовольно выдавила офицер, взяв пропуск.

Она активировала коммуникатор на запястье, показался красный тонкий луч. Сканирование – ошибка. Еще раз. Сканирование – ошибка.

– Бред какой-то, – выругалась командир.

Офицер всмотрелась в пропуск, прочла его, буркнула что-то непонятное себе под нос, а потом злобно посмотрела на меня.

Мне стало страшно. Сердце вырвется из груди, определенно.

– Ты издеваешься надо мной?

– Никак нет, – невинно ответила я, опустив нос.

– «Дан Коберс, восемнадцать лет, курсант – мужчина». Мой сканер идентифицирует только коды курсантов, исключительно женского корпуса. Ты совсем не смотришь на то, что в руки берешь? – она повысила на меня голос. – Живо возвращайся в отборочный пункт и забери правильный пропуск, Дан Коберс! – последние слова она произнесла, злобно передразнивая. – Бегом марш! – рявкнула она.

Я вздрогнула, растерялась, но после того, как офицер пальцем указала мне на двери, из которых я вышла, засуетилась, и пулей полетела обратно к пункту отбора.