Ноа Хоуп – Тёмный защитник (страница 8)

Не сразу, но я всё же подчинилась, понимая, что сейчас не время для сопротивления. Мой разум лихорадочно искал выход, но страх парализовал меня, не давая пошевелиться.

Что он задумал? Неужели это какая-то игра, испытание, которое он придумал, чтобы сломить меня окончательно?

Ал принялся методично намыливать мои волосы, его движения были неспешными и почти… нежными. Я следила за ним, затаив дыхание, не в силах понять, что кроется за этой внезапной заботой. Мои нервы были натянуты, как струны, и я вздрагивала от каждого его прикосновения, ожидая подвоха, и, что он в любой момент сорвёт маску доброты и вновь превратится в беспощадного монстра.

Неожиданно он прохрипел:

– Не бойся, я не собираюсь делать тебе больно. Ты ранена и тебе явно нужна помощь.

Его слова застали меня врасплох. Я в замешательстве бросила взгляд на него, пытаясь понять, что кроется за этим неожиданным проявлением сострадания.

– Не смотри на меня так, я не дам тебе никаких объяснений. – тихо произнёс Ал, его голос был полон едва сдерживаемого раздражения. – Просто молчи и дай мне закончить.

Я поняла, что сейчас лучше подчиниться, чем провоцировать его гнев. Сжав зубы, я позволила ему продолжать, гадая, что же он задумал на этот раз. И в глубине души, как ни странно, я чувствовала небольшую капельку благодарности этому человеку. Да, именно он виноват, что я оказалась в такой ужасной ситуации, но Ал мог обращаться со мной гораздо хуже, и вообще поселить меня в какую-нибудь тёмную, сырую комнату без малейших удобств.

Возможно, в этом монстре всё-таки теплится крошечная искра человеческого сострадания? Или это лишь ловушка, которую он расставляет, чтобы окончательно подчинить меня своей воле?

Мой разум лихорадочно пытался разгадать его истинные намерения, и я настолько погрузилась в размышления, что даже не сразу заметила, что он уже закончил с моими волосами и протянул мне руку. Не желая злить его, и чувствуя любопытство, смешанное с отвращением в глубине души, я подчинилась и вложила свою дрожащую ладонь в его сильную, мозолистую руку.

Ал помог мне подняться, а затем взял другую бутылку и, налив немного жидкости на руки, опустился на одно колено и начал методично, почти благоговейно намыливать мои ноги. Его прикосновения были на удивление нежными и аккуратными, будто он боялся причинить мне боль. И это ощущение было… волнующим. Я ненавидела себя за то, что моё тело так предательски реагирует на его прикосновения, но не могла ничего с этим поделать. Казалось, что каждая клеточка моего организма жаждет его прикосновений, хотя разум отчаянно сопротивляется, взывая к здравому смыслу.

Как такое возможно? Ведь этот человек причинил мне столько боли и страданий?!

Но сейчас, в этот момент, его осторожные, почти трепетные движения вызывали во мне такие чувства, которых я не испытывала уже давно.

Когда его руки поднялись выше, практически рядом с моим самым интимным местом, я едва сдержала судорожный вздох. Казалось, что воздух вокруг нас сгустился, наэлектризованный напряжением, повисшим между нами. Я пыталась не встречаться с ним взглядом, боясь, что он прочтёт в моих глазах всю гамму чувств, бушующих внутри меня – страх, отвращение, смятение и… что-то ещё, что заставляло моё сердце биться чаще.

Внезапно его рука замерла, а взгляд тёмных, бездонных глаз пронзил меня насквозь. Я затаила дыхание, ожидая, что вот-вот он набросится на меня с новой порцией издевательств и унижений. Но вместо этого Ал произнёс тихим, хриплым голосом:

– Красивая татуировка.

Его слова ошеломили меня, заставив сердце пропустить удар. Я в замешательстве уставилась на него, не в силах произнести ни слова. Этот рисунок бабочки на бедре… я сделала его в память о моём «защитнике». Как бы глупо это ни звучало, но я до сих пор хранила себя для него, одна мысль об интимной близости с другим мужчиной вызывала во мне отвращение. Мне двадцать шесть лет, и я до сих пор девственница, которая ждёт того, кто никогда не вернётся. Но что-то внутри меня не давало мне перейти эту черту, как будто тогда я предала бы этого мальчика. Хотя я более чем уверена, что он не держит целомудрие из-за меня.

Моё сердце бешено колотилось в груди, пока, этот человек, который выстрелил в меня и похитил, смотрел на меня с таким странным, изучающим взглядом. Его мозолистые руки всё ещё прикасались к внутренней части моего бедра, прямо рядом с крылом бабочки. И это… не вызывало у меня отвращения. Вместо этого по моей коже пробежали мурашки, а сердце забилось ещё чаще. Казалось, что между нами повисло невидимое, но осязаемое напряжение, будто мы замерли на грани какого-то важного, переломного момента.

Я не могла отвести взгляда от его лица, пытаясь разгадать, что же таится за этим неожиданным проявлением внимания. Каждый нерв в моём теле был натянут до предела, готовый в любую секунду сорваться. Как будто малейшее движение, один вдох, может разрушить эту хрупкую, зыбкую иллюзию, в которой мы оказались заключены. И я замерла, боясь спугнуть это мгновение, и что любое моё действие могло навсегда разрушить ту тонкую грань, что отделяла меня от… чего-то неведомого, но пугающе притягательного.

Но когда его пальцы, все ещё покрытые мыльной пеной, начали медленно подниматься выше, скользя по моей коже, я едва сдержала судорожный вздох. Эти волнующие прикосновения пробуждали во мне давно забытые желания, будоража моё измученное тело и душу. Я отчаянно пыталась сопротивляться, но что-то в глубине моего существа жаждало этой крупицы тепла и нежности в этом холодном, жестоком мире.

Однако стоило ему приблизиться к моей заветной точке, как он резко отстранился, оставив меня в смятении. Ал поднялся, его обжигающий взгляд буквально прожигал меня насквозь.

– Дальше сама закончишь. – произнёс он хрипло и стремительно покинул ванную комнату, оставив меня в полном замешательстве.

Я ошарашенно смотрела ему вслед, пытаясь осмыслить происходящее.

Почему он так внезапно остановился? Это был очередной ход в его изощрённой игре или… что-то более личное, скрытое даже от него самого?

Меня бросало то в жар, то в холод. Я чувствовала, как внутри зарождается нечто пугающее своей неизвестностью, но в то же время манящее, словно бездна, в которую так хочется заглянуть несмотря на все опасения. Это безумное влечение пугало меня, ведь стоит мне поддаться ему, и я рискую потерять всё – свою свободу, гордость, даже, быть может, саму жизнь.

Я обхватила себя руками, пытаясь успокоить сбившееся сердцебиение. Мне нужно было срочно собраться и вернуть контроль над ситуацией. Но как устоять перед этим всепоглощающим притяжением, которое, казалось, затягивало меня в свою тёмную воронку?

Глава шестая. Марсела

Закончив принимать душ, я обернулась полотенцем и вернулась в свою тюремную камеру. Первым делом проверила входную дверь – но, как я и ожидала, она была надёжно заперта. Однако я не могла сидеть без дела, надеясь на чью-либо помощь, а должна полагаться только на себя. Поэтому решила тщательно осмотреть это крохотное помещение, надеясь найти хоть что-нибудь, что могло бы помочь мне сбежать.

Окно было слишком маленьким, да и с больной рукой мне всё равно не удалось бы до него добраться. Я обыскала это комнату вдоль и поперёк, в поисках чего-нибудь острого, чтобы вскрыть замок или даже защититься, если понадобится. Но в комнате не было ничего, кроме старой, продавленной кровати, тумбочки, и стопки книг. Я попыталась сломать ножку своей лежанки, но дерево оказалось слишком крепким. Ярость и разочарование захлестнули меня, и я со всей силы ударила по изголовью, не обращая внимания на вспышку боли в плече. Я кричала, проклиная своего похитителя и этот чёртов подвал, пока мой голос не сорвался и не охрип.

Когда эмоциональный шквал немного утих, я обессиленно опустилась на кровать, чувствуя, как слёзы снова текут по щекам. Я была так близка к свободе, но теперь понимала, что все попытки тщетны. Меня накрыло ощущение безнадёжности и одиночества. Мой мучитель, должно быть, наблюдал за мной, наслаждаясь моими страданиями. Я была его пленницей, игрушкой в его руках, и он мог делать со мной всё, что пожелает. Эта мысль наполняла меня ужасом и отвращением.

Я сжала голову руками, пытаясь унять нарастающую панику. Мне нужно было собраться с мыслями, найти в себе силы, чтобы выбраться из этого кошмара. Я не могла позволить ему сломить меня. Нет, я должна бороться до конца, неважно, чего мне это будет стоить. Я не могу сдаваться, ведь где-то там, за этими стенами, меня ждут люди, которых я люблю. Я должна вернуться к ним, во что бы то ни стало.

Но мои силы покинули меня, и я, провалилась в беспокойный сон, полный кошмаров. Я металась по кровати, кричала во сне, умоляя о пощаде, но никто не слышал моих мольб. Образ похитителя преследовали меня, вызывая волны ужаса и отвращения.

Спустя какое-то время меня, наконец, разбудил зловещий скрип старой двери. Я резко подорвалась на кровати, сердце бешено колотилось, и начала осматриваться, охваченная паникой. В комнате никого не было, но, когда мой взгляд упал на аккуратно сложенное платье в изножье кровати, я поняла, что мне не почудилось – кто-то определённо заходил сюда, пока я спала. Я прислушивалась, но не уловила ни единого постороннего звука. Возможно, мой мучитель живёт один, а может, он просто был слишком далеко, чтобы расслышать его шаги.