Ноа Хоуп – Падший король (страница 14)

София застонала. Её голова безвольно болталась, на шее алел багровый след от его пальцев.

– Посмотри на меня! – прорычал отец, вновь заставляя её поднять голову. – Это из-за тебя мой сын превратился в размазню!

– Нет… – прошептала она, с трудом шевеля губами. – Это не так… Я…

Её слова прервал жестокий, звонкий удар, который отец нанёс ей прямо в лицо. Из разбитых губ Софии хлынула кровь, оставляя багровые пятна на её бледном лице.

Я вскочил, бросился к ним, но железные цепи, крепко связывающие меня, не дали мне сделать и шага, и я снова рухнул на колени.

– Остановись! – закричал я, чувствуя, как в груди что-то надламывается. – Я сделаю, всё, что ты хочешь, но прекрати!

Но он лишь зловеще рассмеялся, стягивая с себя ремень.

– Я её трахну, а ты будешь смотреть и наблюдать каждую секунду, пока твоя грёбаная шлюха принимает мой член и кончает на нём! И попробуй, блядь, отстраниться хоть на мгновение, ты очень пожалеешь об этом!

Если бы я только знал, что отец не остановится на этом, и что это было лишь начало…

Глава 12. Доменико

Я медленно спускался по трапу частного самолёта, ощущая, как густой, пряный воздух родной Палермо окутывает меня, словно приветствуя и напоминая, кто я есть и где настоящий дом. Сердце забилось чаще в предвкушении возвращения, ведь эта земля – моя кровь и плоть, она взрастила меня и сделала тем, кто я есть сейчас.

Навстречу спешил Алессио, его глаза, обычно холодные и расчётливые, горели почти маниакальным огнём. Я хмуро взглянул на него, не понимая причины такой радости.

– Привет, старший брат!

– Ты чего какой довольный? – хмыкнул я, обнимая его и похлопывая по плечу. – Неужели так соскучился?

– Мы вчера ночью с Марселой ходили в клуб. – ответил он, многозначительно пошевелив бровями. – Так что да, у меня фанта-блядь-стическое настроение.

Чёрт возьми! Я бы никогда не подумал, что увижу брата в подобном расположение духа. Ещё совсем недавно Алессио упивался тьмой, веселился, когда предвкушал чужую боль и страх. Но, с тех пор как брат похитил и женился на принцессе Каморры, Марселе, она словно перевернула его мир с ног на голову, действуя на него как живительный эликсир. И, признаться, я был рад видеть брата таким счастливым, ведь семья для меня превыше всего.

– И что, это не вызвало у твоей драгоценной жёнушки желания сдать тебя в ближайший монастырь для умалишённых? – ухмыльнулся я, точно зная, в какой клуб они ходили.

Мне было хорошо известно, где раньше Алессио проводил свои ночи и что делал с девушками, по крайней мере, до того, как похитил Марселу. Но мне всё, равно как и чем он занимается со своей личной жизнью, главное, чтобы это не принесло проблем.

– О, ей больше, чем понравилось это место! – рассмеялся Алессио, и в его глазах мелькнуло знакомое пламя собственника. – Я там VIP-комнату выкупил. Могу, кстати, поделиться, если хочешь.

Скорее всего, любого другого мужчину эта идея очень бы привлекла, но не меня. Когда я ещё увлекался сексом и мог получать от него удовольствие, меня не прельщали клубы, где похоть выворачивают наизнанку, выставляя её на всеобщее обозрение. Да и насилие, которое так любит мой брат, даже тогда меня не привлекало.

У меня был свой излом – искусство власти, подчинения и обладания, сплетённое из тугих узлов и шелковых лент. Шибари. Оно всегда завораживало меня, позволяя погрузиться в атмосферу абсолютного контроля, дирижировать не только телом, но и душой. Власть, скрытая в каждом натяжении или узле, опьяняла, превращая меня в творца, а мою покорную музу – в произведение искусства. Но я уже давно не прикасался к верёвкам и уж тем более не играл ни с кем. Хотя сейчас, стоило мне задуматься об этом, в моём сознании вспыхнул соблазнительный, почти осязаемый образ – Настя, подвешенная к потолку, а её изгибы красиво обвиты красными верёвками. Голубые глаза, затуманенные страстью и страхом, её кожа, покрытая мурашками от каждого прикосновения шёлка, её голос, превращённый в хриплый шёпот. Но я резко отмахнулся от этой мысли, словно от назойливой мухи.

– Нет, спасибо. – голос прозвучал резче, чем я планировал. – Меня это не интересует.

Всё во мне требовал, чтобы я вернулся в Нью-Йорк, но именно поэтому я здесь, а не рядом с её постелью. Беспокойство за Настю было слишком сильным, оно затуманивало разум, мешало холодно мыслить и принимать взвешенные решения. А я не имел права на ошибки. Поэтому, когда в аэропорту мне сообщили, что её жизни ничего не угрожает, я не медля ни секунды, поднялся на борт самолёта. Оставил её под охраной моих надёжных солдат и улетел домой, чтобы заняться делами.

Алессио тем временем внимательно наблюдал за мной, явно почувствовав перемену в моём настроении. Он знал, что наши дела всегда стоят для меня на первом месте, но, видимо, что-то в моём лице выдало моё волнение.

– Что-то случилось, брат? – тихо спросил он, положив руку мне на плечо.

– Нет, тебе не о чём беспокоится. – ответил я, уверенным тоном, и направился к чёрному, как вороново крыло, «AUDI», который ждал у края взлётной полосы. Каждый шаг давался с трудом, ноги словно приросли к раскалённому асфальту.

– С возвращением домой, дон Моррети. – почтительно склонил голову мой солдат, открывая передо мной дверь автомобиля.

Я коротко кивнул ему в ответ, скользя в прохладный салон. Алессио, на удивление, не проронил ни слова, молча устроившись на заднем сидении. Хотя брат знает, что я никогда не делюсь своими проблемами, предпочитая разбираться с ними самостоятельно.

В салоне повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тихим урчанием мотора. Прикрыв глаза, я откинулся на спинку сиденья, позволяя себе на мгновение расслабиться. Аромат кожи и хвои, пропитавший салон, немного успокаивал нервы, но не мог заглушить тревожные мысли.

– Итак, какие новости? – начал я, не открывая глаз. – Вы с Неро, конечно, звонили каждый день, отчитываясь, как прилежные ученики, но теперь я хочу знать всё. В деталях.

Следующие тридцать минут, пока наш AUDI мчал по извилистым дорогам Палермо, Алессио в красках рассказывал, что произошло в моё отсутствие. Сделки, переговоры, мелкие стычки с конкурентами… Всё, как всегда. Всё то, о чём они и так докладывали мне по телефону каждый божий день. Но сейчас я жаждал услышать больше, ведь в моё отсутствие могло произойти что-то по-настоящему важное, о чём они могли не рассказать мне по вызову, прекрасно осознавая возможность прослушки. К моему облегчению никаких серьёзных проблем не возникло.

Впрочем, брат и не был обязан отчитываться передо мной, как мальчишка, – это скорее была работа моего консильери. Пусть Алессио и был младшим боссом, но чаще всего он предпочитал действовать в тени, выполняя роль головореза, который держал в страхе всю Италию, и безжалостно разбирался со всеми, кто решил обмануть или предать нас. Но была наша норма, наш кровавый семейный бизнес, и брат был вовлечён в него так же, как и я, пусть и предпочитал более… насильственные методы.

Когда машина, наконец, припарковалась возле главного входа в наш семейный особняк, больше похожий на королевский замок. И дело было не только в его поистине роскошном, почти вызывающем виде, но и в той ауре неприступности, которой он был окутан. Высокие стены, массивные кованые ворота, система безопасности, охрана, вооружённая до зубов… Для чужаков это место было неприступной крепостью, но для меня оно всегда было надёжным убежищем, тихой гаванью в бушующем море криминала и насилия. Местом, где я мог хоть ненадолго отрешиться от того груза ответственности, который лёг на мои плечи вместе с титулом Дона.

Я вышел из машины, ощущая, как напряжение, сковывавшее меня последние часы, постепенно отпускает. На пороге меня уже ждали трое людей. Один – высокий, широкоплечий, с суровым лицом – без раздумий принял бы за меня пулю, и второй человек после Алессио, которому я безоговорочно доверял свою жизнь. Неро Бруно – мой консильери и лучший друг. Рядом с ним стояла пожилая женщина – Лукреция Коппола, которая стала для нас с Алессио второй матерью после самоубийства нашей мамы. Оберегала от ошибок… и, надо признать, частенько прикрывала перед отцом наши мальчишеские проделки. Сейчас она управляла моим хозяйством и персоналом в доме. А третьей в этой компании была Марсела – жена Алессио. Я пока ещё особо не доверял ей, но не был негативно настроен в отношении девушки, потому что она делала брата счастливым.

Лукреция, не дожидаясь, пока я поднимусь по ступеням, сбежала навстречу и заключила меня в объятия, едва не задушив своим фирменным ароматом – смесью лаванды, розмарина и свежевыпеченного хлеба.

– Добро пожаловать домой, Доменико! Мы так по тебе скучали! – её голос дрогнул от волнения, и я позволил себе на мгновение расслабиться в её тёплых объятиях, вдыхая аромат, знакомый с детства.

– Я тоже скучал по тебе, tata! – тихо ответил я отстраняясь.

Марсела в это время стояла, слегка откинув голову назад, и разглядывала меня с ленивой улыбкой. Красные как кровь, губы изогнулись в усмешке, обнажая ряд идеально ровных зубов. Она знала себе цену и не стеснялась это показывать. Я наклонился и легко коснулся губами её щёки.

– Рад тебя видеть.

– С возвращением в своё королевство, деверь! – ответила она с нахальной ухмылкой.