Низам аль-Мульк – Сиасет-намэ. Книга о правлении вазира XI столетия Низам ал-Мулька (страница 42)

В. В. Бартольд в „Энциклопедия ислама“ впервые отметил, что все повествование „Сиасет-намэ“ о восстании Алптегина почерпнуто из позднейших газневидских хроник. Нам представляется возможным значительно уточнить это предварительное и общее замечание на основании приведения параллельного текста из мемуаров Бейхаки.

Рассказ Бейхаки о справедливости эмира Масуда во время гургенского похода 426 (= 1034/35) г.:

«Мавлана-задэ захватил у одного человека барана. Обиженный пришел к эмиру и пожаловался. Эмир остановил коня и сказал накибам: «требую сейчас же доставить этого Мавлана-задэ». Они поскакали и благодаря наступившей судьбе и пришедшему смертному часу привели Мавлана-задэ. А он получал бистагани. Эмир сказал ему: «Ты получаешь бистагани?» Сказал: «такое-то и столько-то». Эмир сказал: азачем ты взял у этого (человека) барана и огорчил людей моего государства? Если ты нуждался в мясе, почему не покупал на серебро, — ведь ты получаешь бистагани и не являешься бедняком». Тот сказал: «совершил проступок и сделал ошибку». Эмир сказал: «непременно ты должен увидать возмездие за этот проступок». Он приказал повесить его у ворот Гургена, его коня и вооружение отдать хозяину барана и объявить во всеуслышание: всякий, кто совершит по отношению к народу этой области несправедливость, получит такое же возмездие“.[603]

Не менее близким к повествованию Бейхаки является часть повествования „Сиасет-намэ“, касающаяся приобретения Алптеги-ном гуляма Себуктегина, отца будущего султана Махмуда.[604]

Имея в виду эти два параллельных отрывка, нельзя не прийти к заключению об общности источников как мемуаров Бейхаки, так „Сиасет-намэ“. Таким образом, оригинал, откуда почерпнут дидактический рассказ „Сиасет-намэ“, вряд ли может быть более позднего времени, чем 451 (= 1059) г. — дата написания Бейхаки последних из дошедших до нас частей мемуаров.

102 (118). Рассказ о мальчике-хашимите имеется в собрании рассказов Ауфи.[605]

103 (118). Рассказ о заступничестве перед Парвизом музыканта Базида (Барбеда) за опального вельможу имеется в собрании рассказов Ауфи.[606] Рассказ замечателен в том отношении, что точно указан источник, откуда почерпнут рассказ, — Абу-л-Касим Обейдаллах б. Ахмед б. Хордадбех, упомянутый в ИШ, как Хордадбех.

104 (118). Рассказ о старике, получившем вознаграждение от Нуширвана Справедливого за посадку дерева грецкого ореха, имеется в собрании рассказов Ауфи в двух вариантах, в одном из которых царем, вознаградившим старика, выступает Нуширван, в другом халиф-аббасид Харун ар-Рашид.[607]

108 (120—121). Рассказ об Абд ар-Рахмане, дяде сельджукского султана по материнской линии, несправедливо обвинившем старца из Герата и затем разоблаченном султаном, находится в собрании рассказов Ауфи с тем, однако, отличием от версии „Сиасет-намэ“, что Абд ар-Рахман назван придворным султана Махмуда.[608] Ш. Шефер, ссылаясь на Раванди, указывает, что рассказ относится к правлению Алп-Арслана; основанием для подобного суждения является фраза рассказа: „В городе Герате был почтенный мудрец, тот самый старец, что привел к господину мира Бекрека“;[609] Бекрек, устанавливает Ш. Шефер, был турецким рабом султана Алп-Арслана. Английское издание Раванди указывает на Абд ар-Рахмана и Бекрека, как на двух хаджибов султана Алп-Арслана;[610] ни у Отби, ни у Бейхаки не встречается упоминания об Абд ар-Рахмане и Бекреке, как приближенных султана Махмуда. Таким образом, предположение Ш. Шефера, что под „султаном“ рассказа „Сиасет-намэ“ должен разуметься Алп-Арслан, имеет, на наш взгляд, достаточные основания, и рассказ может классифицироваться, как один из немногочисленных сельджукских рассказов сочинения.

111 (122—125). Рассказ о халифе Мамуне и его двух — злом и добром — сахиб-харасах находится в собрании рассказов Ауфи,[611] Как указал Мухаммед Низам ад-дин, рассказ Ауфи почерпнут из „Истории халифов-аббасидов“. Близость рассказа Ауфи и „Сиасет-намэ“, а также наименование источника, позволяют предполагать с достаточной долей уверенности об общем источнике того и другого сочинения.

114 (128—129). Рассказ об Омаре б. ал-Хаттаб, Зейде б. Аслам и бедной женщине находится в собрании рассказов Ауфи.[612]

115 (129). Рассказ о Моисее и заблудшей овце имеется в сочинении Бейхаки.[613]

„Этакое я читал в Ахбар-и-Муса — „Известия о Моисее“ — мир над ним! — в то время как он (Моисей) совершал пастушество, однажды вечером он погнал овец к загону. Было время намаза, а вечер был темный и дождливый. Когда стадо достигло до загона, один ягненок убежал. Моисей рассердился и побежал вслед, намереваясь догнать и поколотить его палкой. Когда он схватил (ягненка), сердце его возгорелось (жалостью), он обнял его, положил руку на голову и сказал: «о, несчастный! откинь страх и будь спокоен! Почему ты убежал и оставил мать?» И как было предопределено вечностью, что он будет посланником, благодаря милосердию, которое он проявил, (дар его) пророчества укрепился“.

Рассказ Бейхаки интересен не только тем, что, являясь близким по сюжету к рассказу „Сиасет-намэ“, указывает на первоисточник, но и вторым дополнительным обстоятельством. Рассказ Бейхаки точно датирован 450 (= 1058/59) г.; этот рассказ автор мемуаров слыхал в Бусте от Абд ал-Малика, мустауфи, который в свою очередь слыхал его от своего отца Бу-Насра Ахмеда, мустауфи. Это замечание Бейхаки устанавливает наличие устной традиции в передаче подобных повествований; в этих условиях ссылка на тот или иной письменный источник, естественно, носит общий и весьма приблизительный характер. Весьма характерно, что в ТИ, 91 таким источником рассказа назван „Таварих-и-анбиа“ — „Истории пророков“.

116 (129—136). Рассказ о раскаявшемся богаче и чиновнике находится в собрании рассказов Ауфи,[614] но без упоминания имени героя рассказа (Рашид Хаджи в „Сиасет-намэ“ ИШ; Рашид Чачи в „Сиасет-намэ“ ТИ, 104 прим. I).

120 (131—136). Рассказ о хитрости, примененной султаном Махмудом, чтобы получить титул от халифа ал-Кадир биллахи, находится в сокращенном виде в собрании рассказов Ауфи.[615] Историческая недостоверность всего рассказа была фиксирована Т. Нёльдеке в его рецензии[616] со ссылкой на комментарии к арабскому тексту Отби.

История титулования султана Махмуда такова: титулом Махмуда с 384 (= 994) г. был „Сейф ад-даулэ“,[617] отмеченный еще в 389 (= 999) г. на нишапурской монете.[618] Рассказ о получении Махмудом титула „Ямин ад-даулэ и Амин ал-миллэ“ приводится Отби, к сожалению, без указания даты.[619] Среди монет султана Махмуда, описанных А. Марковым, наиболее ранняя с титулом „Ямин ад-даулэ и Амин ал-миллэ“ — гератская монета 397 (= 1007) г.[620]

124 (136). В тексте отрывка „Сиасет-намэ“ ИШ, посвященном титулатуре бувейхидов, династия рода Бувейха названа Азкуниан. В ТИ, 113 это слово заменено выражением „государи Дейлема“; Ш. Шефер в своем переводе ограничился истолкованием, переведя это слово через „буиды“.[621] Нам представляется, что единственная возможность понять это выражение заключается в установлении его монгольского происхождения, чаще встречающегося в написании ***, как монголы называли христиан.[622] Прикрепление к бувейхидам этого прозвища чрезвычайно характерно как для традиции аббасидской историографии считать бувейхидов еретиками, так и для данного раздела „Сиасет-намэ“, носящего следы позднейшего происхождения.

125 (136—138). Текст раздела, заключающий главу о титулах, изобилует ошибками и анахронизмами.

а) «До этого (т. е. до сельджуков) в титулах царей не было слов „дуниа“ и „дин“. Повелитель правоверных ал-Муктади биамриллахи ввел в титулы султана Малик-шаха, — да смилостивится над ним господь! — Муизз-ад-дуниа ва-д-дин».

Отец Махмуда, Себуктегин, назван в самом тексте „Сиасет-намэ“ ИШ, 108 титулом Насир ад-дин, что подтверждается и нумизматическими данными, по которым полный титул Себуктегина был Насир ад-дин ва-д-даулэ.[623] Этот титул был получен Себуктегином в 384 (= 994) г.[624] Титул Насир ад-дин до появления сельджуков носил также газневид Масуд б. Махмуд.[625] Судя по касидам Муизаи Малик-шах с 467 (= 1074/75) г. носил титул Азуд ад-даулэ, затем Джалал ад-дин, наконец Муизз-ад-дуниа ва-д-дин.

б) После Малик-шаха упоминаются имена и титулы следующих сельджукских султанов, время правления которых было много спустя после смерти самого Низам ал-мулька:

Баркиярук б. Малик-шах (титул: Рукн ад-дуниа ва-д-дин) — 487—498 = 1094—1104.

Махмуд б. Малик-шах (титул: Насир ад-дуниа ва-д-дин) — 485—487 = 1092—1094.

Исмаил (титул: Мухья ад-дуниа ва-д-дин) б. Якути б. Давуд, дядя Баркиарука со стороны матери, правитель Азербайджана, титулуется по Ибн ал-Асиру, откуда, по-видимому, перенесено Цамбаур, Кутб ад-даулэ.[626] Он был убит в 486 (= 1093) г. Ш. Шефер, не указывая какого-либо иного источника, называет Исмаила тем же титулом, что и „Сиасет-намэ“.[627]

Мухаммед (а не Махмуд, как в ИШ) б. Малик-шах (титул: Гиас ад-дуниа ва-д-дин) — 498—511 = 1105—1118.

в) „Первый вазир, которому титул ввели через ал-мульк, был Низам ал-мульк, титулом которого сделали Кивам ал-мульк“.

По Ибн ал-Асиру первыми из вазиров, кто носил титул, оканчивающийся на ал-мульк, были предшественники Низам ал-мулька Абу-Мухаммед ал-Хасан б. Мухаммед ад-Дихистани и ал-Кундури.[628]