Нионилла Ржевская – Развод. Первые шаги (страница 7)

– Интересно, он ещё не развалился?

Чтобы убедиться в этом, я хотела поехать за город прямо сейчас, но чтобы взять ключи, надо было вернуться домой.

– У бабули всегда был запасной ключик.

И я его благополучно нашла, он, как и раньше лежал в серванте под вазой.

Откладывать поездку я не стала, времени у меня не так много и нужно было решать, где жить. Квартира не годится, и если и дача будет разрушена, то участок можно продать, но сначала нужно посмотреть, что у меня имеется. Выйдя из квартиры и спустившись на первый этаж, я не встретила ни одной живой души и сев в машину, которая смотрелась в этом дворе инородно, выехала из тихого дворика.

Дачный посёлок Зеленоградский находился в пятидесяти километрах от Москвы. Раньше нам с бабушкой приходилось полдня трястись в автобусе, чтобы до него добраться, а сейчас на собственной машине дорога заняла каких-то два часа. И это с учётом, того, что я умудрилась проехать нужный поворот и пришлось возвращаться.

Проезжая по дороге, посыпанной гравием, я не узнавала посёлок. Раньше здесь были малюсенькие дачи, горожане приезжали, чтобы подышать свежим воздухом и вырастить овощи. Но за время, пока я сюда не приезжала, всё изменилось, теперь каждый второй дом был огромный и огородом там и не пахло.

Я целых два раза проехала весь посёлок по кругу, чтобы в итоге остановиться перед покосившимся забором и заросшим бурьяном двором. С обеих сторон от моего дачного домика возвышались двухэтажные дома из сруба.

– Да, мой домик, между этими махинами смотрится как сарайчик.

А если честно, то из-за зарослей травы, сам домик разглядеть было просто невозможно. Я вышла из машины и, сделав пару шагов, открыла калитку, которая громко заскрипела, но к моему счастью, не развалилась.

Раньше вокруг домика росли фруктовые деревья, и бабушка ежегодно ухаживала за каждым, подрезала сухие ветки и белила ствол. Сейчас же деревья сильно разрослись, а некоторые вообще высохли. Аккуратно наступив туда, где по моей памяти должна была быть протоптанная тропинка, ведущая к дому, я шла, цепляя на дорогой костюм репейники.

– Стоит!

Я опасалась увидеть лишь руины на месте дома, но увидела дом с крыльцом, на котором до сих пор стояло бабушкино кресло-качалка.

Сдерживая слёзы, я шагнула ближе и поставила ногу на первую ступеньку, раздался скрип половиц, и я поднялась на вторую ступень. В этот раз мне не повезло, раздался хруст и моя нога провалилась.

– Ой!

Меня испугало не сломанная ступень, а шипение, которое я услышала снизу, где сейчас находилась моя нога. Аккуратно, чтобы не потревожить хищника, который скрывался под полом крыльца, я вытащила ногу и вздохнула с облегчением. Шипение повторилось, я достала телефон, присев на корточки, осветила подпол и, увидев трёх хищников, не смогла сдержать улыбки.

– Кис-кис…

Три маленьких котёнка смотрели на меня с опаской и выходить не желали. Хотелось их достать и рассмотреть, но я не решилась этого сделать, поэтому просто продолжила осмотр своих владений.

Вопреки моим опасениям остальные три ступени оказались крепкими, как и само крыльцо, я несколько минут постояла рядом с креслом и подошла к двери. Замок поддался сразу же, и я попала внутрь домика. Здесь было всё так же, как в моих воспоминаниях. Три небольшие комнаты, кухня и кладовка. Все поверхности, как и в квартире были покрыты больши́м слоем пыли, но это меня не пугало. Увиденным я осталась довольна, здесь можно жить, нужно только привести дом и участок в порядок, а на это у меня было достаточно времени.

Уехала я из дачного посёлка, полна решимости сюда вернуться в ближайшее время и даже пообещала котятам вкусного молока привезти.

Всю дорогу до Москвы я строила планы на будущее. Жить, пока я решила в дачном домике, а квартиру сдавать. Что будет дальше? Я не стала строить планы так далеко, пока нужно заняться уборкой и лечением сына.

Подъехав к жилому комплексу, я сразу же увидела машину супруга, но после разговора с адвокатом встреча с Никитиным меня уже не пугала. Я, наоборот, хотела быстрее разобраться с ним, получить развод и деньги на лечение сына.

Глава 9

Марианна

Проигнорировав лифт, я шагнула на первую ступеньку лестницы. Мне нужно было время, чтобы обдумать, что я сейчас буду говорить своему мужу.

Хоть после консультации у Лавровой я и чувствовала себя уверенной, но всё равно боялась реакции Андрея. Мне нужны были деньги сейчас и нужно давить на то, что если он мне их не даст, я буду биться до последней копейки и выбью больше. Да и развод затянется, а Никитину, скорее всего, не терпится связать себя узами брака со своей Евочкой.

Шаг…ещё один…остался один лестничный пролёт и я буду у двери…вот она…сердце бьётся с бешеной скоростью…вдох…выдох…я готова…

Если в прошлый раз я открывала дверь тихо, то сейчас я старалась наделать как можно больше шума, но Андрей не вышел в прихожую, сняв туфли, прошла вглубь квартиры и обнаружила своего мужа стоя́щего у окна.

Как вчера…

Пронеслись воспоминания вчерашнего дня, и жестокие слова мужа снова зазвучали в моей голове.

Не любовница…

Ева, любимая женщина…

Любимая…любимая…любимая…

Мне хотелось закрыть уши руками, но в этом не было смысла, я ещё долго буду слышать эти слова, увы, любовь из сердца так быстро не вырвать, но я постараюсь сделать это как можно скорее.

– Так и будешь молчать?

Стоять и делать вид, что не знаю, зачем он сюда пришёл, я не собиралась, но и начинать болезненный разговор сама не хотела.

Только после моих слов Никитин повернулся и уставился на меня, как будто впервые увидел.

– Мара? Ты где была?

Я не сразу поняла, что он имеет в виду, но потом я посмотрела на свои брюки, нежная ткань была вся в затяжках, а кое-где до сих пор были репейники. Но рассказывать Андрею о том, что осматривала своё наследство, я не собиралась, ещё попытается отжать.

– Не смей меня так называть, ты мне больше не близкий человек, который имеет на это право.

Марианной меня называли практически все, а вот Марой только родные и близкие.

– Ладно, Марианна, тогда перейдём сразу к делу, я принёс документы, распишись, и через пару недель мы будем разведены.

Андрей рукой показал на журнальный столик, где и правда лежала папка с документами.

– Быстро. Наверное, денег не пожалел, чтобы быстрее избавиться от старой жены. Евочка, наверное, уже платье свадебное выбирает? На торжество хоть пригласишь?

Никитин на мои слова скривился, как будто проглотил кусок болгарского перца, который он терпеть не может.

– Марианна, не язви. Давай разойдёмся по-хорошему.

– Думаешь, у нас получится? Ты веришь в сказки, что после восемнадцати лет брака, супруги могут разойтись и дружить в дальнейшем? Андрей, ты же не настолько наивен.

Муж нахмурился, но промолчал, да и я не стала больше вести беседу, подошла к столу, взяла папку и села в кресло. Вопреки ожиданиям Никитина, я не взяла ручку и не поставила подписи сразу же, а начала внимательно изучать документы. Да, у меня не было никакого юридического образования, да и в законах я мало что понимала, я была обычной домохозяйкой, которая даже коммунальные услуги не оплачивала, во всём полагаясь на супруга, но и дурой тоже не была.

Читая каждый пункт, я только хмыкала, а Андрей нервничал.

– Здесь всё написано также, как я и говорил вчера, недвижимость записана не на меня, ты к ней не имеешь никакого отношения, Марианна, так же как и на бизнес.

– Да, всё так и есть…

Сказала, захлопнула папку и вернула её обратно на журнальный столик.

– Тогда подписывай.

В ответ я отрицательно покачала головой.

– Я не буду подписывать эти документы. Никитин, мы прожили с тобой не один год, я восемнадцать лет была хорошей женой, следила за домом, воспитывала детей. Когда ты возвращался с работы, тебя всегда ждал горячий ужин и безотказная женщина. Так?

Я замолчала, ожидая ответа.

– К чему ты ведёшь, Марианна?

– Тебе сложно ответить?

Телефон Андрея издал сигнал входящего см, но он даже не дёрнулся, всё так же хмуро смотрел на меня.

– Так, Марианна, но это ничего не меняет…

Я не дала ему договорить, встала и подошла к мужу, остановилась, когда нас разделяло расстояние вытянутой руки.

– Ошибаешься, это как раз меняет всё. Думаешь, за всё, что я для тебя сделала, справедливо выставить меня с одним чемоданом? Нет, Андрей, этому не бывать. И ещё ты забыл, что у нас есть с тобой дети и если дочь остаётся с тобой, то сын будет со мной и на него ты обязан платить алименты. Вчера, сказав, мне о том, что я не имею право на твои деньги, ты просто солгал и решил по-быстрому получить мою подпись. Андрей, я сейчас не узнаю́ человека, с которым познакомилась и прожила долгую жизнь. Когда ты успел так измениться?

Я прекрасно понимала, что сейчас мой муж весь во власти блондинке и только качала головой, понимая, как глубоко к нему под кожу забралась милая Ева.

– Сегодня я была у адвоката. Да, не удивляйся, поехала в контору прямо с самого утра, и мне там очень популярно объяснили, что ты обязан оплатить лечение сына и алименты, причём не только сыну, но и мне, пока я ухаживаю за Макаром. И поверь, если мы сейчас не договоримся, то я не отступлю. Будет суд, и я буду биться за каждую копейку, которая должна принадлежать мне по праву. Или…

Я специально смотрела прямо в глаза супругу, чтобы он видел, что я не отступлю.