Нионилла Ржевская – Развод. Первые шаги (страница 3)

Спокойным голосом произнесла я, – сейчас не время страдать, потом выплакаю все слёзы.

Андрей повернулся и удивлённо посмотрел на меня, и я не могла не заметить, что в его взгляде промелькнуло облегчение. Неужели думал, что я буду противиться? Умолять не бросать? Нет уж, пусть катится к своей блондинке.

– Хорошо, я сегодня же созвонюсь с юристами и скажу им готовить документы на развод.

Я лишь прикрыла глаза и обхватила свои плечи руками, в доме да и на улице было довольно тепло, но меня морозило, и этот холод шёл изнутри, от него теперь не избавиться.

– Делить нам с тобой нечего, брачный контракт – это подтверждение. Но я положу тебе на счёт сумму, которая поможет тебе продержаться какое-то время, ну пока ты не устроишься на работу.

Я вот вроде всё прекрасно слышала, но смысл слов доходил до меня с опозданием, а когда наконец-то поняла, что имел в виду Андрей. Распахнула свои карие глаза и не мигая смотрела на любимого супруга.

– Ты собираешься оставить меня без денег?

Да, в молодости, перед тем как выйти замуж за Никитина, мне пришлось подписать брачный контракт, это моя свекровь настояла. Она меня не любила, всегда попрекала тем, что моя семья была без денег. Нет, мы не голодали, у бабушки, которая меня воспитывала после смерти отца и матери, была своя квартира, она всю свою жизнь, до самой пенсии работала в школе учителем истории, и нам двоим этих денег было вполне достаточно. Мне нужен был Андрей, а не его деньги, поэтому, как только мне предложили подписать документы, я сразу же согласилась, ведь считала это лишь формальностью, а спустя восемнадцать лет брака и вовсе забыла об этой мелочи.

А зря. Муж не только решил выкинуть меня из дома, но и оставить без средств к существованию.

– Я же сказал, что дам денег.

Это звучало, как издевательство.

– Андрей, мы прожили восемнадцать лет, у нас двое детей, и ты мне сейчас говоришь, что я должна уйти с копейками, которые ты мне пожертвуешь? А на что я детей растить буду?

Жильё у меня, конечно, имелось, бабушка завещала мне ту самую квартиру, в которой мы с ней вместе жили до моего замужества, только места там совсем мало с жильём Андрея не сравнить.

– Марианна, Алиса останется со мной, уверен, после того, как ты подняла на неё руку, дочка даже разговаривать с тобой не станет, не то что жить.

Я ждала, что Андрей скажет о сыне, но он молчал, и мне пришлось спросить само́й.

– А как же Макар? Ему нужно лечение. Я вообще собиралась поговорить с тобой о его реабилитации, мне не нравится врач, он ничего не делает, только деньги тянет. Ты обещал договориться с Покровским. Когда ты вообще собираешься это сделать?

С Алисой я, конечно, тоже поговорю, но Андрей прав не факт, что она согласится переехать в старую квартиру, но это я позже решу, сейчас нужно разобраться, с вопросами посерьёзней.

Андрей несколько минут молчал, а когда начал говорить, я не могла поверить, что передо мной стоит тот, кого я любила много лет.

– Во-первых, я уже говорил тебе, что у этого докторишки расписано всё на год вперёд и пробиться просто невозможно, а во-вторых…

Андрей замолчал, сжал пальцами переносицу и покачал головой, потом продолжил.

– Покровский не берётся за безнадёжные случаи. Марианна, пора уже признать, что мы сделали всё, что могли, Макар никогда не встанет на ноги.

Эти слова били намного больнее, чем его измена. Как Андрей вообще мог так говорить? Неужели потерял надежду? Нет, это просто невозможно.

– Ты сам себя слышишь? Наш сын встанет! Даже думать не смей по-другому! Врачи дают положительные прогнозы, нужно лишь найти нормального реабилитолога, у Покровского своя методика уверена, он сделает всё как нужно, и Макар будет ходить.

Сама не знаю, почему я так верила в этого врача, может, отзывов начиталась? Да и какая вообще разница, главное – верить и не опускать руки.

– Да, ты посмотри наконец-то правде в глаза! Врачи уже давно опустили руки! Я просил всех молчать, не говорить правду. Думаешь, какого хрена я плачу Петру столько денег, да, чтобы он поддерживал твои иллюзии, но теперь всё, хватит, эта реабилитация последняя, больше я не собираюсь платить за то, что никогда не осуществится. Пусть Макар привыкает к новым реалиям. Такие, как он, тоже живут, получают профессию и работают.

Я не верила, что все эти годы жила с таким чудовищем, которое от собственного сына готов отказаться, перестать бороться.

– Ты ошибаешься. Наш сын встанет на ноги!

Пока ещё, – муж устало вздохнул.

– Тебя невозможно переубедить, ну, если тебе хочется и дальше продолжать гробить свою жизнь, то я не собираюсь тебя переубеждать, продолжай хоронить себя и дальше, но я больше не хочу. Ни на какие реабилитации больше денег не дам, хочешь лечить Макара, зарабатывай самостоятельно.

Наверное, это было даже хорошо, что я увидела настоящее лицо своего супруга, а то так бы и продолжала жить в иллюзиях.

– Проживу и вылечу, не переживай, но и от алиментов тебе не отвертеться, дорогой, и вообще, я сама найму адвоката. Пусть на твой бизнес я и не им никаких прав, но за восемнадцать лет брака у нас много чего появилось, да даже эта квартира, нам придётся разделить всё, что мы нажили!

Андрей ухмыльнулся.

– Делай как знаешь, Марианна, я хотел по-хорошему разойтись.

Я открыла уже рот, чтобы сказать мужу ещё пару ласковых, но Андрей заговорил снова.

– Мара, я сейчас уйду, раз мы решили развестись, то ты должна покинуть квартиру и прежде чем, ты начнёшь возмущаться, скажу сразу, она оформлена на мою сестру, в принципе, как и вся недвижимость, что у меня имеется.

Вот же сволочь, он всё предусмотрел, и я уверена, здесь не обошлось без науськиваний Ольги, младшей сестры Андрея, она меня так же, как и свекровь, терпеть не могла меня всю жизнь. Ох, как она будет рада, когда узнает, что мы разводимся.

– Если хочешь, нанимай кого угодно, но это всё равно не поможет. Надеюсь, трёх дней, чтобы собрать вещи и покинуть квартиру, будет достаточно, к этому времени все документы на развод будут готовы.

И прежде чем я успела что-то ещё сказать, Андрей просто развернулся и вышел из квартиры.

Встав, я подошла к окну, стояла и смотрела во двор, видела, как муж вышел из подъезда, сел в свою машину и уехал.

Наверное, только сейчас пришло настоящее понимание, что сегодня моя жизнь кардинально изменилась. Той Марианны, которая всегда была за спиной мужчины, больше не будет. Теперь я одна, и мне нужно начать всё заново.

Глава 4

Марианна

Моей выдержки хватило ненадолго, минут пятнадцать я ещё смотрела в пустоту, туда, где скрылась машина моего мужа, а потом слёзы вновь покатились по щекам.

Я вспоминала тот самый день, когда мы с Андреем познакомились.

В тот летний день я торопилась домой. Бабушка себя плохо чувствовала. Врач, которого мы вызвали на дом, выписал целый список лекарств и, купив всё, что требовалось, я бежала домой. Мне нужно было пройти немного, перейти дорогу и через дворы было всего минут пять ходьбы.

Приблизившись к нерегулируемому пешеходному переходу, я бегло посмотрела по сторонам, но, наверное, из-за того, что слишком торопилась, была не слишком внимательна и не заметила, что одна из машин поворачивала, как раз в мою сторону. Начав переходить дорогу, краем глаза уловила приближение машины и вместо того, чтобы ускориться, наоборот, встала посреди дороги как вкопанная. Если бы не хорошая реакция водителя, то неизвестно, что произошло бы со мной, машина затормозила, лишь слегка задев меня. Не удержавшись на ногах, я больно ударилась пятой точкой об асфальт и содрала кожу на локте.

Моё сердце билось быстро, а шум в ушах мешал расслышать слова парня, выскочившего из машины.

Я лишь сидела на асфальте и хлопала ресницами, смотрела, как красивый парень склонился надо мной, что-то спросил, нахмурился, потом ещё что-то сказал. В моей голове в тот момент была лишь одна мысль: «какой же он красивый».

Это была любовь с первого взгляда.

– Девушка, с вами всё в порядке? Встать сможете? Давайте я отвезу вас в больницу.

Наконец-то, спустя пару минут я смогла услышать голос этого красавчика, и он был самой желанной музыкой для моих ушей.

– Нет, не нужно, со мной всё хорошо, я тороплюсь.

Вспомнив, куда я шла, быстро встала на ноги и совершила ошибку, ногу пронзило сильной болью, и я, охнув, осела обратно на асфальт.

– Что? Где болит?

– Нога…

Сквозь зубы процедила, прижимая ладонь к лодыжке.

Парень понял всё без слов, подхватил на руки и, усадив в машину, повёз в ближайшую больницу. Я пыталась отказаться, просила отвезти домой, объясняла, что у меня бабушка болеет, но молодой человек ничего не слышал.

– Как только вас осмотрят и окажут первую помощь, обещаю отвезти, куда скажете.

Мне больше ничего не оставалось, как послушаться и надеяться, что с ногой у меня нет ничего серьёзного. Растяжение и вывих – такой был диагноз. В принципе ничего серьёзного, но я всё равно расстроилась. Бабушке нужна была помощь, а я теперь сама должна лежать и беречь ногу.

– Расстроилась?

Спросил молодой человек, как только врач вышел из смотровой.

– У меня бабушка болеет, а теперь и я слегла.

Пожаловалась и заплакала.

Парня я ни в чём не винила, сама виновата была, из-за своей невнимательности чуть с жизнью не простилась.

– Ну, не плачь красавица, всё будет хорошо.