Нинель Нуар – Путь Мёбиуса (страница 5)

К моменту, когда Камми дошла до ангаров, она успела раз пять замечтаться до эйфории, представляя, как улизнёт со станции в старом корыте торговца, а потом рухнуть обратно в пучину отчаяния и паники при мысли, что кто-то уже успел предложить свои услуги раньше нее.

А еще корабль мог заправиться и снова отчалить в течение пары часов. Тогда у нее точно ничего не выйдет – она сейчас экипирована для ремонта, а не побега.

Заметив знакомый силуэт «рыбки», Камми притормозила и с облегчением выдохнула. Зев погрузочного трапа был открыт, внутри виднелись тщательно закреплённые согласно всем правилам ящики и контейнеры. От полированного, чуть ободранного годами бока протянулась извивающаяся топливная кишка, уходящая в открытый люк. Подобные подзаправщики были понатыканы по всему периметру парковки, чтобы не создавать очередь. Оплата за топливо автоматически добавлялась к стоимости стоянки.

Около корабля суетились люди, что-то выгружая или поднимая на борт, а значит, капитан должен быть где-то неподалёку.

А вот, кажется, и он. Стоит чуть в стороне, но внимательно наблюдает за суетящимися грузчиками. Вместо него указания и окрики исходят от шумной шатенки внутри корабля. Помощница или жена? Женщина угадывала пожелания капитана с полувзгляда, по склоненной голове или движению плеча, и тут же корректировала действия рабочих: тут поднять, тут угол провис, и держите крепче, фотон вам в печенку!

– Слышал, вы ищете мастера-ремонтника? – небрежно обронила Камми, подойдя поближе к мужчине в неуместно длинном кожаном пальто. Щеголь и франт? Непохоже. Такие модели плащей не носят уже лет десять, да и кожа порядком облезла от постоянного употребления. На его плечах Камми заметила характерные потертости. Споротые погоны, поняла она. Бывший военный. Стоит быть поаккуратнее. Списанные вояки – те еще параноики.

– Да, ищу, – кивнул мужчина, привычным движением откидывая длинноватую челку набок и чуть склоняя голову, чтобы лучше рассмотреть собеседника. Камми мысленно скакала до потолка: вот так ткнёшь пальцем в туман и угадаешь! – Откуда узнал?

– Догадался, – пожала плечами Камми. – Девяноста процентам здесь паркующихся нужна техническая помощь. То астероид зацепили, то в каменный дождь попали, то в двигателе стучит.

Капитан обернулся и через плечо обменялся взглядами со стоявшей на верхнем ярусе шатенкой. Та кивнула, и он снова встретился глазами с Камерон.

– Так какая у вас проблема? – старательно сохраняя солидный вид, обратилась она к будущему клиенту.

– Сам не знаю, – он развёл руками. – Бортовой компьютер выдаёт ошибку в двигателе. Я его уже с лупой перебрал, все детали изучил. Все новое, техосмотр прошли только месяц назад. Посмотрите?

И он воззрился на нее с надеждой.

Камерон понимала его желание наверняка убедиться, что ошибка в компьютере, а не в движке. Мозг корабля можно перезагрузить и почистить, а вот если с двигателем действительно что-то не то и он отключится прямо в Потоке – пиши пропало.

Бывалые космолетчики рассказывали байки о том, как злополучные корабли с неполадками в моторе исчезали прямо посреди Потока. Были и такие, что с пеной у рта доказывали, будто бы без работающей плазмы транспорт буквально распыляет на атомы.

Лично этого, естественно, никто не видел, да и проверять дураков не было, но страшилок хватало, чтобы капитаны ответственно подходили к вопросу техосмотра и ремонта.

Поэтому, в частности, ее без диплома никто в команду брать не хотел.

Кто доверит свою жизнь первому встречному парню с окраины, без рекомендаций и бумаг?

Ступив на трап, Камми поняла, что незаметно на корабль пролезть не удастся. На этой старой развалине был зачем-то установлен искин последнего поколения. Характерные пометки на шлюзовых дверях, видимые в некоторых местах провода и гравитационные пластины дали ей понять, что весь корабль контролируется от шасси до последней гайки.

Новенькая блестящая пуговица камеры подмигнула ей c потолка ангара.

Искусственные интеллекты – сравнительно молодое явление. Как и имплант в затылочной части головы у самой Камми. Разработки велись давно: мечты о разумном, обучаемом и самосовершенствующемся человеческом подобии в виде программы – ровесники выхода человечества в космос. Но сравнительных успехов удалось добиться только недавно.

Ни на одной яхте из самых дорогих, которые ей доводилось чинить, Камерон не видела этих характерных примет. Она и об их существовании-то узнала случайно. Набрела в своем неуемном любопытстве до докторской диссертации одного программиста из тех, что разрабатывали искины. Но вживую тонкое переплетение бирюзовых нитей – заменителей нейросети для процессора – она наблюдала впервые. И постаралась не подать виду, что знает, для чего это. Подумаешь, бирюза! Мало ли в какой цвет люди красят защитную изоляцию.

По старомодной скрипучей лестнице она поднялась вслед за капитаном на второй этаж. Мужчина чуть припадал на левую ногу, не до конца выпрямляя ее в колене. Если бы Камерон буквально не уткнулась в него носом, пока они преодолевали те пять ступенек, то может, ничего и не заметила бы.

Открытый люк, в космосе всегда задраенный по инструкции, отделял багажный отсек от жилого. Пол закрывал старый, вытертый ковролин в бежево-коричневой гамме, когда-то яркий и многоцветный, как платье горячей и экзотичной девы с Йоганды, а ныне невнятно-пятнистый. Местами, где чаще всего ступали ноги и волокли грузы, покрытие протерлось почти до белизны, и сквозь переплетение нитей виднелся металлический пол.

Камерон привычно повернула направо, не сразу осознав, что капитан собирался вести ее влево.

– Ты куда, парень? Двигатель в эту сторону, – мужчина снова откинул челку, указывая головой направление. Да, именно там по стандартным схемам всегда располагалось сердце корабля, плазменный блок.

– Прежде чем лезть в сам двигатель, мне нужно подключиться к системе. Проверить, что именно не в порядке. Бывает просто сбой в программе, – Камми вернулась к капитану. Она смотрела ему прямо в лицо, честно и открыто. Ей нечего скрывать, а что глаза сами шарят по сторонам, выискивая подходящее убежище для зайца, можно списать на обычное провинциальное любопытство. – Я могу пройти в рубку, или проводите меня сами?

– А как ты сам дойдёшь, ты же никогда на этом корабле не был. Я бы запомнил, – улыбнулся капитан, и от его тёплой, согревающей усмешки Кам не потянуло передернуться и помыться, как от ухмылок Грега. Наоборот, захотелось сказать еще что-нибудь смешное, чтобы тот снова улыбнулся.

– Я знаю схемы большинства стандартных судов и флагманов наизусть. У вас же стандартная планировка?

Простой, в общем-то, вопрос почему-то согнал усмешку с лица капитана.

– Рубка там же, где у всех, – уклончиво ответил он. И добавил, подумав: – Я тебя все же провожу. Я, кстати, Осборн. Малкольм Осборн.

– Очень приятно, – рассеянно отозвалась Камми, пробираясь за ним по узким коридорам и лестницам. Ей кажется, или жилое пространство на «рыбке» порядком подсократили?

Рубки грузовых кораблей она раньше видела только на голограммах. Вот яхты – другое дело. Разных категорий развлекательно-люксовой транспортной промышленности Камми повидала с избытком. А грузовики чаще всего либо имели собственного механика на борту, ибо ломались с завидной регулярностью, либо обращались сразу в верхние доки. Им титулы куда важнее навыков, потому что хозяин яхт чаще всего являлся их же капитаном, а торговцы обязаны за каждый винтик и замену болта отвечать перед гильдией. Так что технарь – и вообще персонал – тем более назначался сверху.

Поэтому она до сих пор сидела в этой богами забытой дыре.

Полукруглый зал, стены которого почти полностью закрывали тонкие полотнища экранов, огибала по дуге контрольная панель. В центре торчал штурвал для ручного управления с современнейшим креслом пилота. Камми невольно залюбовалась блестящей кожей, обтекаемыми формами и техническими добавками. Помимо неизменного шлема и очков, около головной подушки был все еще свёрнут фабричным рулоном мозговой штекер.

Кажется, сегодня ей определенно везёт.

Вдоль панели расположилось еще четыре кресла, и у задней стены два, пассажирские, про запас. В них садились для посадки и взлета, когда нужно было проходить через атмосферу или миновать мембрану Потока.

Стыковку в космосе экипаж практически не замечал.

В центре зала торчала труба голографической связи. Сейчас мутно-серая, при вызове контакта или искина она светилась и отображала картинку в объеме с полным эффектом присутствия.

Именно к ней и подошёл капитан, остановившись в шаге от матовой имитации стекла.

– Позволь, я познакомлю тебя с Мерилин.

Кам вздернула брови. У искина еще и имя есть? Это какой же он продвинутости?

– Мерилин? – она не сдержала изумления.

Камми показалось, что суровый капитан чуть покраснел.

– Голос у нее такой… характерный. Таким только про день рождения петь.

Какая связь между веселой песенкой про день рождения и именем Мерилин, Камми не поняла, но решила не смущать его еще больше. Заказчик все-таки.

И репутация ее как специалиста прежде всего.

Глупые вопросы задавать и позориться не хотелось.

– Добро пожаловать на корабль «Тишь», – поздоровался, будто пропел, искин. Или пропела? Голос у проявившегося в столбе гигантского женского лица с кокетливой мушкой над губой оказался действительно нежным и проникновенным.