Нинель Мягкова – Исцеляющая тьмой. Второй шанс (страница 6)

Брак как на архипелаге, так и на материке разрешен лишь с одним человеком. А мой папенька умудрился жениться дважды.

Обосновал свой финт отец просто: это же дикари. Чужие традиции, другая страна. Все не по-настоящему.

А настоящий брак заключил потом, когда вернулся из дипломатической миссии. У меня там, в столице Скайгарда, подрастают сестра и два брата. Причем девочка примерно моего возраста, младше на полгода.

Фрон Вальд удрал, когда матушка еще была на сносях. И не видел меня ни разу. Денег не присылал, писем тоже.

Обманутая принцесса ждала долго.

До тех пор, пока не приплыл следующий состав дипломатической миссии и не объявил причину, по которой фрон Вальд был вынужден спешно покинуть архипелаг. То есть женитьбу на давно сосватанной ему невесте.

Собственно, только поэтому меня не придушили в колыбели, а позволили матушке со мной удалиться в ссылку в глухое поместье. Зачем избавляться от такого козыря в рукаве при переговорах с материком? Достаточно было намекнуть посольству, какой «подарочек» оставил их предыдущий представитель, и условия договора моментально становились выгоднее, а оплата — щедрее.

— Сносно, — честно ответила я коллеге.

Собиралась добавить «бывало и хуже», но вовремя осеклась.

Мне тринадцать. Пороху не нюхала, на вылазки не ходила, в поле под открытым небом после трехдневной зачистки не спала.

Желательно, чтобы подобного не происходило вообще.

— Откуда ты знаешь… все это? — покосившись на Камалу, не выдержал некромант.

Я неопределённо пожала плечами.

Прямо сейчас предстояло решить один маленький, но очень важный вопрос.

Что делать дальше?

Понятно, что надо предупредить человечество о грозящей ему катастрофе. Как ни пафосно звучит, так оно и есть. Прорехи будут открываться все чаще, выпускать все больше тварей, целые провинции опустеют за считанные годы.

После моей смерти… или что там, в будущем, со мной произошло, вряд ли королевство продержится долго.

Все-таки интересно, как я умудрилась вернуться в прошлое? Накосячила в защите? Перепутала руны, и заклинание сработало не так как надо? Или вступило в резонанс с Тьмой?

Чисто теоретически любопытно. Но об этом можно и позже поразмыслить. Самое главное — определиться с тактикой прямо сейчас.

Признаться во всем тану Киттипу? Он видел, на что я способна. Может и поверить.

А может и нет.

Провести остаток дней в ментальной лечебнице мне не улыбалось.

Поговорить с дедом? Попросить усилить патрули, увеличить штат некромантов?

Вспомнила кислое, вечно недовольное выражение лица его величества и поежилась. Тан Чантана не жадный. Никогда не жалел денег на содержание матушки или меня. Но в его представлении место женщины — у домашнего очага. И только. Даже если у нее дар некроманта.

А уж слушать бабские советы — ни за что!

До него я не достучусь.

Разве что через того же тана Киттипа. Он вроде бы неплохой специалист, доверием его величества пользуется — иначе его не поселили бы рядом с матушкой. Однако сначала надо самого некроманта убедить в том, что я не брежу.

Попробовать притвориться аватаром богини? Чревато.

Поначалу ложь принесет плоды. Предсказать именем светлейшей Лаандары пару катастроф — например, цунами через полгода смоет несколько деревень. Мне поверят.

И запрут во дворце, чтобы и дальше предсказывала все подряд.

Нет уж, мне еще магии учиться! Желательно на материке, там прогресс быстрее идет. Если на архипелаге в основном пользуются внешними рунами, нанося их как татуировки — наподобие того, что наскоро набросала на моей спине Камала, то в Скайгарде теория магии развита куда сильнее. Там уже давно используются печати, которые ставят прямо на ауру. Набор специальных знаков, усиливающих дар, внедряется в энергетическую структуру и остается на всю жизнь. Снять, свести, как это делают с татуировками, нельзя. И почти невозможно повредить. А на коже любой шрам — уже дефект печати и может привести к катастрофическим последствиям.

Кстати. А это мысль!

— Пра научила, — потупившись, пробормотала я.

Отчасти это даже правда. Пока была жива бабушка моей матери, она много времени проводила со мной и передавала знания как могла.

Это был наш общий секрет. Мой и пра. Ни бабушка, ни мать не унаследовали и капли дара, к тому же дед был категорически против того, чтобы меня учили чему-то эдакому.

Особенно некромантии.

Глава 4

Что способен усвоить ребенок?

Мне было пять, когда пра тихо ушла во сне. Только значение рун объяснить и успела.

Ее толкование отличалось от традиционного, но именно оно спасло меня в свое время и позволило модифицировать печать целителя до почти некромантской.

Так что с чистейшей совестью могу переложить на почтенную танну все остальные свои странности. И почему я сразу не сообразила?

— Танна Майяри действительно увлекалась религией и магическими искусствами. Но мне и в голову не приходило, что она одаренная, — растерянно пробормотал тан Киттип. — Теперь многое становится понятнее.

Да, пра тоже приходилось скрывать свою силу и полученные втайне от тетушки знания. К сожалению, на архипелаге это не поощряется. Женщинам нужно замуж и детей рожать, а не скакать по буеракам в поисках упырей.

Уважаемой супруге, а после вдове знатного землевладельца тем более не пристало опускаться до подобных низменных занятий. Но наследие предков никуда не денешь. Если в крови пробуждается дар, нужно либо носить блокираторы до тех пор, пока он не угаснет, или учиться его контролировать.

К тому же некромантия — одно из самых упорных, не поддающихся подавлению направлений магии. Так что выбора у пра особого не было. И почуяв во мне родственную душу, танна Майяри поддержала незаконнорожденную малышку как могла.

— А тесак… — маг помялся, не зная как сформулировать вопрос, чтобы он не прозвучал глупо.

— Это моя вина, тан Киттип! — неожиданно вмешалась Камала и бухнулась с подушки на колени. — Я показала танари как защищаться! Молодой красивой девушке нужно уметь постоять за себя!

Я вытаращилась на служанку со смесью недоумения и облегчения. Ее ложь пришлась как нельзя к месту, но владению тесаком и прочими подручными средствами она меня точно не учила! Пока что — нет! Это произойдет куда позже, лет через десять, когда станет ясно, что рано или поздно прорыв снова случится рядом с нашим домом.

Неужели она что-то заподозрила? Я себя выдала? Как?

Камала знает меня, пожалуй, лучше всех, даже лучше матушки. Если кто-то и может сходу определить, что со мной что-то произошло, то именно она.

— Ты права, — градус настороженности в глазах тана Киттипа снизился до приемлемой отметки. А вот мой наоборот зашкаливал. — Но для всеобщего блага не станем обсуждать это в присутствии танны Рангсин.

Мы одновременно поежились, в красках представив, что будет, если матушка прознает о плебейском увлечении дочери. Влетит и ей, и пособникам — тем, кто знал и молчал.

Успокоив таким образом всколыхнувшиеся подозрения, тан Киттип откланялся. Заверил, что не станет нас торопить, и мы с матушкой и всеми слугами можем оставаться в его усадьбе столько, сколько потребуется.

Потребоваться может довольно долго, потому что в данный момент под нашим домом собрался цвет магических и обычных войск Лантхары, а после подтянутся еще — с соседних островов. Следы побоища почти испарились, но потревоженный фон никуда не делся, и маги сейчас пристально изучали его, пытаясь понять, что это было и ждать ли повторения.

Не сейчас. Ближайшие года четыре ни одного прорыва не случится, словно тьма по ту сторону будет собираться с силами для следующего броска. Затем они рванут один за другим, сначала цепочкой разорив архипелаг и выбив самых сильных одаренных, а после прокатятся по материку, открываясь то в пустыне, то в центре крупного города.

Закрывать их научатся не сразу, и твари разбегутся по окрестностям, уничтожая незащищенных мирных жителей, лишенных малейшего дара. Леса и поля опустеют — твари жрут все, что дышит, не разбирая, разумное оно или нет.

Я мотнула головой, отгоняя тоскливые воспоминания о грядущем, и наткнулась на испытующий, пристальный взгляд Камалы.

— Ни в чем признаться не хотите, танари? — строго спросила нянька.

Вздернув подбородок, я гордо воззрилась в ответ.

Ну не могла она догадаться, что я из будущего! Мне самой в это до конца не верится. А больше никаких прегрешений за мной нет.

Покрошенная армия сваргов не в счет.

— Я ведь знала, я чувствовала! — продолжала Камала.

Я невольно напряглась.

- Вы за мной следили! - выпалила служанка, обвиняюще воздев палец. - По вечерам, вместо того чтобы спать, вы тайком за мной прокрадывались и наблюдали за тренировками! Я слышала шаги, но думала…

Тут она покраснела, глазки вильнули в сторону.