Нина Зверева – Легкий текст. Как писать тексты, которые интересно читать и приятно слушать (страница 5)

Глава 2

Геометрия текста

Русский письменный

Блок Светланы Иконниковой

В 1990-е и начале 2000-х годов я работала газетным журналистом. Что такое журналист в маленькой, но гордой корпоративной газете? Это «сбегай на завод, напиши текст про производство, позвони начальнику цеха, уточни цифры и термины (и не перепутай технологию холодной высадки металла с холодной штамповкой оного) – и отдай текст редактору».

Все, что касалось верстки текста на газетной полосе, журналиста почти не касалось. Ну, выпускающий редактор мог сказать:

– На полосу не лезет. Убери пять строк!

А мог не говорить и убрать самостоятельно.

В общем, о том, чтобы мой текст выглядел «читабельно», я не задумывалась. Моя задача – содержание. А красота – это к верстальщикам.

На стыке нулевых и десятых годов в жизнь вошли соцсети. Вошли, стали родными и заняли лучшие места. Конечно, я сразу втянулась в блогерство – писала посты много и часто.

«Что-то меня лайкают мало, – недоумевала поначалу. – Хорошие же тексты. Почему лайков нет?»

А потом… взглянула на свой пост со стороны.

Большой, нечитаемый, без фотографий и подзаголовков кирпич из букв.

Кто его будет читать? Кто в этом граните алфавита разглядит интересное? Люди просто пролистают мой пост, не углубляясь в текст.

Даже сегодня шрифт и междустрочный интервал в соцсетях оставляют желать лучшего. В 2010-м они были и вовсе ужасающими – как будто в дизайнеры Facebook сослали последнего троечника.

Что было делать?

Я не могла изменить шрифт.

Я не могла увеличить междустрочный интервал.

Я даже выделить текст жирным, курсивом, цветом, подчеркиванием… – не могла.

– Я могу делать короткие абзацы, – сказала вдруг себе. – И ставить пустую строку между ними.

Простая, доступная каждому технология сработала на миллион процентов. Я даже не заботилась о том, чтобы появление нового абзаца оправдывалось логикой изложения. Это было абсолютно арифметическое решение.

Пять строк есть? Ставлю новый абзац.

Еще пять строк? Еще новый абзац.

И между всеми абзацами – пустая строчка.

Фактически я выполняла работу дизайнера Facebook. И мои тексты сразу стали читать. Точнее, они перестали пугать читателей «монолитностью». Я три дня ходила с короной первооткрывателя «текстовой геометрии». А потом поняла, что мое «открытие» – не открытие вовсе. И что тему можно развивать и развивать.

Все началось с Маяковского. Каждый раз, когда хочу процитировать чье-то стихотворение, проверяю в Google, правильно ли помню слова. И однажды, забив в поисковик «Стихи о советском паспорте» и убедившись, что цитату помню правильно, вдруг (словно в первый раз!) обратила внимание на форму стиха.

Вряд ли у Маяковского были проблемы с шириной бумаги. Он вполне мог бы писать свой стих «как все нормальные люди».

Берет – как бомбу, берет – как ежа. Как бритву обоюдоострую. Берет, как гремучую в двадцать жал Змею двухметроворостую.

Но почему-то так не написал. Не порадовал экологов рациональным использованием бумажного листа.

Уверена, вы уже догадались, почему Маяковский выбрал именно такой формат. Увы, ко мне это понимание пришло не сразу.

Вся причина – в интонации.

Когда мы разговариваем, мы делаем голос тише-громче. Мы говорим то грустно, то весело, то весомо, то легкомысленно…

Письменная речь кажется лишенной этого инструмента – не прикрутишь же к ней голос. В социальных сетях функцию передачи эмоций и интонаций пытаются передоверить смайликам. К сожалению для смайликов, они профнепригодны.

Испортить восприятие текста смайлики могут. А вот помочь его восприятию – никак.

Отвлечемся ненадолго, чтобы обсудить смайлики. Их проблема в том, что они мешают читать. Современный человек, прошедший обучение в школе и вузе и прочитавший за время учебы тонны книг, привыкает читать не по слогам, а по словам. Фактически каждое слово у него выполняет функцию слога – и он сливает их в одно слово-предложение.

Это экономит время: мы читаем быстрее, чем говорим.

А теперь представьте, что в тексте после каждого второго слова стоят смайлики. Для человека читающего – это как если бы смайлики оказались внутри слова, между его слогами. Например, так: «по☺здрав☺лени☺е». Уверена: на то, чтобы прочитать слово, разбитое смайликами, у вас ушло в пять раз больше времени, чем на то же самое слово, но написанное без смайликов – «поздравление».

Но среди пользователей соцсетей, конечно, есть люди, которые за годы учебы в школе всячески отлынивали от чтения и не сформировали навык читать быстро. И вот для них смайлики могут быть некими «костылями».

Во времена моего детства был очень популярен журнал «Веселые картинки». В нем были упражнения по чтению для детей, которые только-только начали складывать буквы в слова. Короткие слова были написаны буквами, а длинные и сложные – нарисованы картинками. Например, «Маша дала сахар…» – и дальше рисунок лошади. Ребенок читает, радуется и за себя (сам прочитал!), и за лошадку.

Много ли таких читателей среди вашей целевой аудитории? Знаете только вы.

Но, если очень хочется поставить смайлики, располагайте их или в начале абзаца (как правило, тут мы ставим всяческие галочки, стрелочки, огонечки), или в конце предложения – там, где человек читающий в любом случае делает паузу.

Возвращаемся к интонации на письме. Как ее передать, если не смайликами? И почему Маяковский писал «лестничные» стихи?

Интонацию на письме мы создаем знаками препинания, абзацами и пустыми строками.

Той самой геометрией текста, к изобретателям которой я три дня приписывала себя, пока не поняла, что изобретением этим пользовались и пользуются все писатели.

Чтобы было понятно, о чем речь, сравните два варианта одного и того же текста. Его написала одна из лучших участниц курса – экономист и аналитик.

Вариант 1

Помню, как меня первый раз вызвали к управляющей. Подходил к концу первый испытательный срок, на место кредитного эксперта претендовали двое: я и еще один стажер. Из нас двоих должен был остаться один. Выбрали меня, но неприятный осадок остался.

Вариант 2

Помню, как меня первый раз вызвали к управляющей. Подходил к концу испытательный срок, на место кредитного эксперта претендовали двое: я и еще один стажер. Из нас двоих остаться должен был один.

Выбрали меня.

Радости не было.

Чувствуете, насколько изменилась интонация во втором тексте? Да, порядок слов тоже чуть изменился (об этом поговорим позднее), но главное – интонация. Фраза стала звучать более весомо. И кроме этого, читатели смогли почувствовать настроение автора.

Обратите внимание, как мы говорим: интонацией выделяем более значимую часть своего рассказа, произносим слова «с нажимом».

На письме «нажим» – это не курсив, жирный шрифт или капслок. Нажим – это выделенное в отдельный абзац предложение.

Или даже слово.

Одно слово.

Да.

Почувствовали сейчас этот нажим? Несомненно. Когда будете готовиться к написанию текста, выделите заранее самые важные мысли, которые вам нужно донести до читателя. Не важно, какой именно этот текст – деловое письмо или пост в соцсетях.

Важно, чтобы мысли в нем были.

Сформулируйте их в одном предложении. И выделяйте на письме в отдельный абзац – так, как я это сделала с предыдущей фразой «Важно, чтобы мысли в нем были».

Но вернемся к Маяковскому. Он-то выделял отдельной строкой почти каждое слово в своем стихотворении. Поэтому его стихи звучат как лозунги. С помощью «геометрии» Маяковский придает словам силу, мощь и энергию.

Может, и нам тоже так можно? У нас что ни слово – то важная мысль, мы воду не льем!

Нет, нам так нельзя.

Маяковский использовал свой «рубленый» ритм для стихов – коротких, весомых, бьющих в цель.