Нина Воронина – Мыслить как японец. Как японская культура учит слышать себя (страница 1)
Нина Воронина
Мыслить как японец. Как японская культура учит слышать себя
© Воронина Н., текст, 2025
© ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Предисловие
Культурный код – это невидимая и практически необъяснимая вещь. Культурный код влияет как на окружающий мир, так и на внутреннее самоощущение людей. Он связывает нас с семьей, предками и той землей, на которой мы живем. Это мощная сила, но ее не потрогаешь руками. Несмотря на то что иногда я путешествовала по разным странам, мое представление о том, чем живут люди в других местах, было крайне поверхностным. Я также не видела своей традиции, своего культурного кода.
В 2012 году я поступила на японистику в Институт стран Азии и Африки в Москве. В 2015-м – поехала учиться по обмену в университет Васэда в Токио. Меня, девочку, которая редко выбиралась за пределы родного города и вела довольно замкнутый образ жизни, год пребывания в Японии поразил (в хорошем смысле слова). Ощущения можно сравнить с полетом на Марс. Однако были моменты, которые меня шокировали. Например, сильное влияние
Именно поэтому я переключилась на инструменты исследования того, что могла бы назвать дельтой между русской и японской ментальностью. В 2019 году я защитила курсовую работу об интеграционных процессах в экономиках Восточной и Юго-Восточной Азии[1]. Самой классной в моем исследовании была глава о национальных и культурных характеристиках и попытках рассмотреть их через призму экономических показателей. Я впервые попробовала измерить в цифрах то, что невозможно измерить в принципе. Это было научное упражнение-игра. Какие-то идеи, которые я обдумывала, работая над курсовой, позднее нашли отражение в лекции «Деловая культура стран мира: инструкция по применению» для культурной платформы «Синхронизация» (2019 год)[2].
Потом начался локдаун. Я долго размышляла о жизни, и в какой-то момент мне показалось, что ключик к взламыванию культурного кода лежит не в экономике и бизнес-поведении, а в изучении религии и фольклора (и да, я могу с уверенностью сказать, что при рассмотрении проблемы через эти призмы многие различия между представителями разных культур и стран становятся понятными, однако полученные данные важно правильно интерпретировать). Итогом моей работы стали лекции о японской мифологии, шаманизме и фольклоре, которые я читала в Восточном фонде Российской государственной библиотеки для молодежи и в библиотеке имени Н. А. Некрасова[3].
Сейчас же, благодаря издательству «Бомбора», редакторам Анастасии Стрелецкой и Ладе Нестеровой, руководителю группы литературы по воспитанию детей и развитию интеллекта Александре Парлашкевич, у меня появилась возможность вернуться к исследованию культурных кодов. И начать я решила, учитывая весь свой бэкграунд, с Японии.
Япония – одна из самых развитых экономик мира и страна с самым высоким уровнем жизни. Но так было не всегда. Первое государственное образование на территории архипелага возникло в III–IV веках нашей эры. Речь идет о государстве Ямато, которое можно считать предшественником современной Японии.
За несколько веков Япония пережила как мирные годы, так и ожесточенную борьбу за власть, сопровождавшуюся кровавыми феодальными войнами. Почти три столетия страна была изолирована от внешнего мира и иностранного влияния. В конце XIX века началась форсированная вестернизация, связанная с именем императора Мэйдзи. XX век стал для Японии, как и для многих других стран, временем трагических событий.
Японцы прошли через все испытания с гордо поднятой головой. Они не только сохранили свою уникальность, но и укрепили ее. Несмотря на многочисленные культурные заимствования, Страна восходящего солнца не изменила себе и своему пути. До сих пор Япония воспринимается как уникальное место с уникальными особенностями, и в это охотно верится.
Давайте рассмотрим, что позволяет японцам сохранять самобытность и национальную идентичность, а также четко осознавать свое место в мире, несмотря на исторические потрясения и природные катаклизмы.
Ответы на все вопросы кроются в особенностях национального мышления: культуре, мировоззрении, менталитете и воспитании. Некоторые из этих особенностей могут быть полезными и вдохновляющими для страны, в которой я планирую издать книгу[4].
В конце концов, японцы запомнились остальным акторам исторического процесса именно умением внимательно и разумно учиться у соседей, когда того требует ситуация. Я считаю, что нам стоит взять с них пример в этом отношении.
Что значат таблички с иероглифами
Изучая японский, я поняла, что этимология открывает глаза на многие феномены. Зная происхождение иероглифов, ты можешь понять значение того или иного слова, взглянуть на него с разных сторон и найти дополнительные смыслы (иногда более очевидные, иногда – менее). Например, слово «тамагочи» – это выдуманное название, зарегистрированное как товарный знак, но анализировать его очень весело, ведь
В этой книге вы найдете множество таблиц, в которых я исследую семантику различных японских слов. Я анализирую иероглифы и объясняю их значения. Любое японское слово-канго (слово китайского происхождения, состоящее из двух или более иероглифов) представляет собой настоящий смысловой конструктор, который чрезвычайно интересно препарировать.
В верхней строке таблицы вы увидите слово, записанное по-японски, его транскрипцию по системе Поливанова (подробно о ней можно прочитать в «Википедии») и перевод. Количество столбцов соответствует числу знаков. В каждой колонке вы найдете иероглиф, его чтения, записанные латиницей (жирным шрифтом выделено чтение, которое используется в этом конкретном слове), и переводы. Большинство переводов я взяла из русско-японского иероглифического словаря ЯРКСИ (susi.ru). Верхнее чтение (
Глава 1
Жить в одушевленном мире
Взгляд через мифологическую и религиозную призму
Культ гор
Священная гора Фудзи и священный лес Аокигахара
Синрин-ёку
Отношение японцев к природе
Синто, путь богов
Начнем же «вскрытие» культурного кода – впрочем, мне хотелось бы избежать хищнических ассоциаций. Мы не злоумышленники, пытающиеся взломать сейф под покровом ночи. Мы исследователи, которые внимательно и осторожно наблюдают за
Эффективнее всего ключи к мировоззрению подбираются, когда мы смотрим на духовную жизнь общества: на восприятие посмертия, незримого, «неотмирного», трансцендентного, потустороннего. Научная картина мира является универсальной по своей сути, поскольку объясняет происходящие в природе физические процессы. Однако, когда речь заходит о действительно важных вопросах, которые формируют наше мировоззрение, научное знание оказывается бессильным. Существует ли Бог? Откуда мы появились и куда движемся? Что происходит после смерти? Какова природа реальности? В таких случаях на помощь приходит религиозное мировоззрение, которое не является универсальным и международным. У каждого общества оно свое.
Япония обладает богатой религиозной историей. Ее жители исповедуют синто-буддийскую веру, которая представляет собой уникальный микс из двух религий: синтоизма, древней национальной религии, и буддизма, пришедшего с материка в IV–VI веках нашей эры[6].
Буддизм слился с местными верованиями, а затем в этот «котел» попало принесенное европейскими колонизаторами учение о Христе. Получившийся результат впечатляет. Религиозное мировоззрение, которое существует на Японских островах сегодня, поражает устойчивостью и глубиной проникновения в жизнь обычных людей.
Мы исследуем корни мифологического, мистического и религиозного восприятия жизни Японии и попытаемся обнаружить в них суть, которая сохраняется в современной культуре страны.
山岳信仰。 Культ гор, или сангаку синко
С древних времен жители японского архипелага окружены горами. Горы воспринимаются ими как жилища духов и богов. Уже в эпоху Дзёмон (с 13 000 года до н. э. по 300 год до н. э.) формируется особое, сакральное отношение к горам – как к месту священному, наполненному особой силой.
Сакральность горы обусловлена ее противопоставлением деревне. Гора – это, прежде всего, лес, то есть место, которое ассоциируется с великими силами. В лесу можно добыть пищу, собрать древесину для строительства жилища, найти лечебные травы и коренья. Сюда приходят, чтобы умереть, и здесь же умерших хоронят. Для охотника и собирателя это и сокровищница, и место, полное опасностей (обвалы, оползни, буреломы, хищные животные, риск замерзнуть или заблудиться).