Нина Воронель – Тайна Ольги Чеховой (страница 37)

В конце лета 1939 года Книппера в очередной раз отправили в Берлин, чтобы он там продолжал обрастать связями и знакомствами. А формально он должен был провести мастер-класс с молодыми немецкими композиторами, благо, языком Лёва владел безукоризненно, ведь его няня так и не научилась говорить по-русски.

Перед отъездом домой он позвонил Оленьке и напомнил, что завтра кончается его командировка в музыкальную академию и он хочет с ней попрощаться. Она предложила зайти за ней в театр после спектакля, они смогут доехать до Глинеке на ее дачу за полчаса и остаться там ночевать, так что им наконец удастся хорошо поговорить.

На террасе их ждал вкусный ужин, который Оленька успела заказать по телефону в соседнем ресторанчике. Лёва был очень голоден, так что они сразу сели к столу. Оленька выставила бутылку рейнского вина, но настроение их было грустным, оба подозревали, что видят друг друга последний раз.

— Подумай, сестренка, я должен уехать на родину в такой критический момент!

— Какой критический момент? — удивилась Оленька. — О чем ты?

— Ты что, ничего не знаешь? — не поверил Лёва.

— Я знаю наизусть свою роль, и этого мне достаточно! — огрызнулась Оленька и тут же об этом пожалела. — А что случилось? Говори уже, не мучай!

— Ты помнишь, какое сегодня число?

— Нет, конечно! Я знаю, что еще три спектакля, а потом выходной!

— Так запомни: сегодня, 4 октября 1938 года, мы на пороге большой войны!

— С чего вдруг? Это такая шутка?

— К сожалению, нет.

— Так что же все-таки случилось?

— 30 сентября Англия и Франция согласились отдать Германии Богемию и Моравию, а сегодня Германия захватила всю Чехословакию.

— И что — началась война?

— Пока нет, но скоро начнется.

— Ты что — пророк?

— Я просто сотрудник разведки и знаю то, чего другие не знают. Ты еще вспомнишь мои слова.

— Зачем ты меня пугаешь? Я уже пережила одну мировую войну, и с меня хватит.

— Что ж, попробуй их остановить — ты теперь крутишься в самом центре осиного гнезда.

— Что я могу сделать?

— Уговорить их не начинать войну с нами.

— А они меня послушают?

— Это не исключено, нужно попробовать. Ведь многие из них тебя обожают. Никто не знает, что или кто может остановить этот кошмар. А вдруг тебе это удастся?

Оленька

Лёвино пророчество не добавило оптимизма к Оленькиному настроению. И вообще, ей перевалило за сорок, а с чем она пришла к этому печальному, как ей казалось, возрасту? Со статусом незамужней, одинокой женщины. Правда, она все еще считалась одной из первых красавиц Германии, но неудачный брак с Марселем сильно подорвал ее уверенность в себе.

С жизнью ее немного примирило предложение режиссера Вилли Форста сыграть главную роль в экранизации романа Мопассана «Милый друг». Этот фильм, слегка декадентский и изысканный, по стилю был полной противоположностью рыночно-популистской «Черно-бурой лисе», что весьма утешило Оленьку и примирило ее с реалиями ее жизненного пути. И она начала искать разумные решения своих проблем. В частности, вспомнила, что давно не передавала никаких сообщений Лёвиным кураторам. Не то чтобы питала особые чувства к своей давно покинутой родине, а прекрасно понимала, какую опасность эта родина представляет не столько для нее, сколько для оставленных там родных. Ведь она незаметно для себя стала для них ангелом-хранителем, гарантией их безопасности.

Донесение Оленьки

Несколько месяцев назад по приказу фюрера была организована секретная экспедиция в Гималаи. Целью ее были поиски входа в таинственную страну Шамбалу, в параллельный мир, охраняемый стражами-махатмами. Идею Шамбалы внушил Гитлеру Генрих Гиммлер, веривший в магию и потусторонние силы. Руководил экспедицией профессор Дитрих Екхарт, в надежде, что, открыв тайны Шамбалы, он поможет Германии покорить мир. Увы, найти вход в это мистическое место им на этот раз не удалось, но они надеются попробовать опять в будущем.

Кто знает, что было бы, если бы Гитлер не начал Вторую мировую войну, которая помешала ему найти вход в параллельный мир Шамбалы. К счастью для человечества, ему это не удалось.

Донесение Оленьки

Это очень долгая и путаная история, и я постараюсь изложить ее как можно более связно. Во-первых, я не могу раскрыть секрет, от кого узнала эту историю — я поклялась никому и никогда его не открывать. Но, несмотря на это, я уверена, что она представляет исторический интерес и ее нужно сохранить для человечества.

Пару лет назад я описала торжественный прием, оказанный Гитлером бывшему королю Англии Эдуарду Восьмому и его супруге Валлис, после отречения известными как герцог и герцогиня Виндзорские. Во время наступления немецкой армии на Францию лорд и леди Виндзор проводили лето в своем загородном доме на Французской Ривьере. Напуганные наступлением немецких частей, они, собрав самое необходимое, погрузились в автомобиль и через Испанию направились в Португалию, где их приняли с королевскими почестями и поселили на роскошной вилле сочувствующего им местного миллиардера.

Бывший король старался вести привычный образ жизни, что не всегда удавалось в чужой стране. Особенно он страдал от отсутствия достойных партнеров по гольфу, в который привык с детства играть каждый день.

Человек, рассказавший мне эту историю, служил в охране Эдуарда, поскольку его мать была португалкой, а отец немцем, и был агентом главы германской иностранной разведки Вальтера Шелленберга. Именно он нашел экс-королю подходящего партнера для гольфа — английского журналиста, с которым герцог когда-то случайно сыграл несколько партий. И сейчас никто не заподозрил в журналисте агента английской разведки, каким он на самом деле был.

Лорд и леди Виндзор жили в Португалии в постоянном страхе, поскольку новый премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль не мог простить бывшему королю его визит в Берлин. К тому времени между Англией и Германией уже шла война, и в случае их появления в Лондоне они могли быть отданы под суд по обвинению в измене родине.

Мой, назовем его так, осведомитель слышал, как Эдуард жаловался агенту-журналисту, что люди Черчилля прямо угрожают ему, и он боится, что его могут насильно увезти в Англию. И тогда у Шелленберга созрел план: похитить бывшего короля с супругой и через Испанию доставить их в Германию, чтобы в случае военной победы вернуть им трон и таким образом сделать Англию союзницей Германии. Герцог Виндзор колебался, но герцогиня одобрила этот замысел всей душой — она жаждала стать королевой. В Португалию уже был переправлен немецкий десантный отряд для выполнения спецзадания, и все могло бы произойти по этому сценарию, если бы английский агент не раскрыл заговор и не доложил о нем лично Уинстону Черчиллю.

В тот же день в Лиссабон прибыл доверенный адвокат экс-короля, который предъявил ему ультиматум Черчилля: или тот немедленно отправляется на Багамские острова исполнять должность губернатора, или его немедленно увозят в Англию и судят по законам военного времени.

1 августа герцог и герцогиня Виндзор отбыли на Багамы на борту американского лайнера, а немецкий десантный отряд вернулся в Германию.

Оленька

Второе (или третье?) неудачное замужество сильно подорвало Оленькину веру в себя. Она старалась утешиться, как могла. Предложение роли Мадлен в фильме по роману Ги де Мопассана подтверждало ее профессиональный статус и, главное, вселяло уверенность в неувядаемой силе ее красоты.

Следующим стал фильм «Лиса из Гленарвона» — об ирландском сопротивлении во времена английской оккупации. Съемки были назначены на ноябрь. А пока шло приготовление к ним, Ольга занялась ремонтом виллы в Глинеке, которая и впрямь нуждалась в легком косметическом ремонте, но главное, Оленька решила перевезти сюда из киностудии шоринфорн, для чего хотела оборудовать специальную комнату, предпочтительно на чердаке, куда Баба Лулу могла добраться с трудом. Эта комната будет называться киностудией и считаться запретной зоной для домочадцев, а значит, запираться на ключ. Там Ольга собиралась держать все нужное для грима, прически, массажа, а отдельная полка предназначалась для устройства, с помощью которого она собственноручно записывает репетиции своих блистательных ролей. И киностудия получилась что надо — красивая, просторная и почти недоступная для посторонних.

Это могло бы вызвать у Оленьки хорошее настроение, если бы не мировые события — немецкие войска неожиданно взяли Париж. Тут бы ей радоваться, но как-то не выходило, стоило ей увидеть толпы немецких солдат на улицах французской столицы, как вспоминались кадры из ее любимого фильма «Милый друг», и становилось грустно. Хотелось думать, что это дурной сон.

Но вскоре стало ясно, что это не сон: Оленьку пригласили играть в спектакле для немецких солдат, расквартированных в Париже. Пришлось многократно фотографироваться с ними, выглядевшими такими милыми, светившимися от счастья, что стоят рядом с прекрасной женщиной. Оленька не могла представить их жестокими оккупантами, какими они на самом деле были, и уехала из Парижа в смятении, но ее выручило то, что она отправилась не в Берлин, а в Лилль, на встречу с летчиками Люфтваффе, охранявшими небо. Эта встреча глубоко тронула ее сердце — ей хотелось заплакать при мысли, что каждый из них ежедневно рискует жизнью.