Нина Смолянская – Каникулы в других мирах (страница 3)

– Угу… – кивнул я.

– Значит, нам бояться нечего, он нас не тронет.

– Угу, – опять кивнул я, а сам подумал, что наша экспедиция может показаться хозяину леса не совсем безобидной, если учесть, что мы решили искать сокровища, которые он охраняет. – Саш, читай дальше, а то уже скоро совсем темно будет, родители начнут звать, а нам ещё вещи надо отнести и спрятать.

«…Людей с плохими намерениями леший может уничтожить или покарать, защищая лесных обитателей. В народных поверьях лешие наделены сверхъестественными способностями: их тело может легко менять свой рост – то вырастет до макушек деревьев, то уменьшается до размера гриба. Леший в лесу может превращаться в растение, человека, любого животного или птицу. Он повелевает стихиями, вызывая дождь или ветер, обладает нечеловеческой силой. Леший может притвориться кем-то из соседей или родственников и выйти навстречу грибникам. Иногда специально путает тропы, чтобы посмеяться. Леший бессмертный…»

– Саш, получается, раз он бессмертный и такой всесильный, значит если захочет, то прихлопнет нас, как мух, мы даже «мяу» не успеем сказать? – прошептал я, представив седовласое бородатое чудовище величиной с берёзу, которое держит нас за шкирку над змеиной горкой, а потом кидает со всего размаху на камни, в огромный клубок змей.

– Петь, не нагнетай, пожалуйста. Мне уже и самому как-то нехорошо становится. Но нас же это не остановит, правда? Мы с тобой не какие-то девчонки, чтобы бояться каждого червяка и паука?

– Нуууу… Змея не червяк, а леший не паук. Всё же надо подумать… Может, мы с тобой зря всё это затеяли…

– Знаешь, Петька! Если ты боишься, то так и скажи! Я тогда один пойду или Светку позову. Она хоть и девчонка, но не боится даже через костёр прыгать на Ивана Купалу…

– Я же только предупредить хотел! Просто чтобы осторожнее были и не лезли на рожон, а то мало что… – пробурчал я и попросил его читать дальше книгу по славянской мифологии, которую мы нашли в домашней библиотеке его родителей.

Мы ещё почти час читали про лесных духов, придя в конце концов к выводу, что «Волков бояться – в лес не ходит».

– Пошли, вещи отнесём, пока нас не загнали домой. Уже стемнело, твоя мать домой пошла, я видел, телевизор включила, значит нас не увидит, – сказал я и потащил к выходу свой увесистый пакет, который готовил почти неделю, таская вещи каждый день.

Сашка тоже взял свой, и мы, постоянно оглядываясь, чтобы не спалиться, слезли с дерева и вышли через огороды из деревни, благо жили почти на краю. Пакеты спрятали у опушки леса в кустах и вернулись домой. Завтра решили выходить в шесть утра с удочками и рюкзаками с едой, как будто на рыбалку.

***

Утро было прохладным и туманным. Я, чтобы не замёрзнуть, надел вертовку. Резиновые сапоги, по мнению отца, были не самой подходящей обувью для рыбалки, он настаивал на ботинках, но я его убедил, что мы Сашкой хотим сходить в другое место, а там камыши и без сапог нам не обойтись. Отец помог мне накопать червей, мама наложила в банку перловой каши для прикорма, сварила для меня яиц и сделала несколько бутербродов. Потом ещё долго наказывала не купаться в незнакомых местах и не ходить далеко в лес. Проверила зарядку моего телефона и предупредила, чтобы мы не ходили за канатный мост, потому что там не ловит сеть. Я её заверил, что она зря беспокоится, и я уже немаленький, понимаю, что к чему.

В конце концов я забрал удочку, подхватил рюкзак и побежал в конец улицы, где меня уже ждал Санёк.

– Еле вырвался, блин! – сообщил я в ответ на вопрос, почему так долго. – Меня собирали как на войну!

– Тьфу-тьфу! Не каркай! Идём быстрее, времени у нас в обрез.

Мы с ним бодрым шагом зашагали по дороге к лесу, договариваясь о том, где оставим удочки, чтобы не таскать их с собой.

– Петь, я считаю, что надо их в тех же кустах оставить.

– А вдруг найдут и украдут? – засомневался я.

– Да кому они нужны!

– Ага! Это у тебя она старая, дедовская, а мне отец новую катушку поставил. Сказал, что если сломаю, то голову оторвёт, – возразил я.

– И что ты предлагаешь? С собой таскать по лесу? Да так мы ещё быстрее их поломаем, пока будем по зарослям пробираться.

Я немного подумал и согласился с ним.

– Тогда давай лучше у канатного моста оставим. Там точно никто не ходит, спрячем под корнями деревьев у берега.

На том и порешили. Содержимое пакетов переложили в рюкзаки и уже гружёные пошли к намеченной цели. Сегодня с утра настроение у нас было намного лучше, чем вчера вечером. Страхов было уже меньше, советы из книги нас немного успокоили. Густой утренний туман создавал атмосферу таинственности и предвкушения чудес. Дорога постепенно сужалась, превращаясь в тропинку, а мы шли, стараясь не думать о плохом, ведь впереди нас ждало настоящее приключение, к которому готовились столько дней.

Про лешего мы с Сашкой ещё вчера договорились не думать, а если вдруг что померещится, то просто наденем куртки шиворот-навыворот, как советовали в книжке, или убежим к реке. В книге говорилось, что леший не может пересечь воду и там от него можно спастись. А ещё мы решили сразу, как только подойдём к горке, положить на первый же камень бутерброд, чтобы задобрить его. Предрассудки, конечно, и мы не сильно верили, что леший будет нас ждать у горки, но так нам будет спокойнее (Вдруг, и в самом деле, сработает?). Санька взял с собой в карман пакетик с солью, для того чтобы насыпать перед лешим или на него и заблокировать его чары, если уж совсем будет худо, и он всё же начнёт на нас злиться.

– Петька, а давай будем всё снимать на телефон? – предложил Сашка. – Я на всякий случай пауэрбанк взял, если вдруг он сядет. Флешка у меня стоит с большим объёмом, места хватит.

– Вообще-то, я так и думал. А когда полезем в нору, надо, чтобы снимал тот, кто пойдёт вторым.

Мы посмотрели друг на друга.

– Что? – спросил он.

– Что-что. Давай сразу договоримся, кто полезет первый. Надо ещё инструмент распределить и вообще…

– Естественно, первым полезу я. Это не обсуждается, – твёрдо заявил он.

– Почему это? – опешил я.

– Да потому что ты без очков не видишь ни фига! А в темноте вообще превращаешься в слепого крота.

Я смутился и хотел уже начать оправдываться, но Сашок был прав: мои минус четыре не позволяли мне нормально ползать по норам и другим тёмным местам. Он похлопал меня по плечу и ответил:

– Не переживай, у тебя будет важная миссия – вести репортаж и оберегать мои и свои тылы. Так что держи крепче очки, включай на полную катушку все свои органы осязания, бери в руки телефон и отцовский охотничий нож и… Кстати, ты его взял?

– Взял, взял… Чуть не спалился, блин. Отец прямо как чувствовал, что я хочу залезть в его ящик с инструментом, никак не выходил из комнаты, всё крутился вокруг меня. Хорошо, что мать позвала ей помочь, он отвлёкся на минуту. Пришлось прямо так, без ножен брать, а то заметил бы. Ящик был открыт, а ножны сверху лежали.

– Так он же острый…

– Не дрейфь, я его в кусок кожи завернул. Всё безопасно.

– Ладно, только аккуратнее, пожалуйста, не ткни мне в филейную часть случайно со слепу.

– Твоя филейная часть слишком тощая, в неё нож не войдёт, сразу в кость упрётся, – усмехнулся я и ткнул пальцем в его штаны пониже спины. – Ой-йой-йой! – Я наигранно схватился за палец и скорчился от боли. – Вот, видишь, наверно палец сломал! Что теперь делать?!

Сашка показал мне язык и ответил, что я сам дрыщ ещё тот. А с шуточками уже пора завязывать, потому что мы почти подошли к мосту. Сегодня, несмотря на туман, я быстро перебрался на другую сторону речки и вместе с другом спрятал удочки в корнях деревьев.

За разговорами я и не заметил, как мы оказались на той самой полянке. Санька был прав: шутить здесь уже не хотелось. Я сглотнул слюну и остановился у разноцветной лесной лужайки, уставившись на змеиную горку. Вроде и солнце уже поднялось достаточно высоко, и туман почти растаял, но чувство тревоги всё равно накрывало. Не такое, конечно, как вчера, но я знал, что, как только мы дойдём до горки, оно станет намного сильнее.

– Итак. Идём вместе, ты внимательно смотришь со своей стороны, а я со своей. Если что-то видим опасное или непонятное – не кричим, не бежим, а что?.. – спросил Сашка, который захватил власть в нашем отряде ещё вчера, как старший (между прочим, всего на полтора месяца).

– А говорим «упс», – нехотя ответил я и скривился.

Мы с ним долго спорили насчёт кодового слова при опасности. Я предлагал «шухер», как обычно говорят в фильмах, но он был категорически против.

«Мы что, бандиты, что ли? Никаких «шухеров»! Надо что-то короткое и понятное. Может «бз-з», «ой», «кря» или ещё что другое?»

В общем, остановились на «упс», тем более оба частенько пользовались этим восклицанием.

– Доставай бутер, надо лешего задобрить, – первым делом скомандовал Сашка.

Мы оба скинули с плеч рюкзаки и начали в них рыться. У меня бутерброды лежали на самом верху рюкзака, и, как только я открыл пакет, на меня дохнуло вкусным запахом колбасы и сыра. Мой живот тут же издал радостный голодный клич, а Сашкин его сразу поддержал. Мы переглянулись и решили, что сейчас самое время подкрепиться, ведь ещё неизвестно, когда в следующий раз доведётся поесть. А пока всё вокруг спокойно и руки чистые, мы быстро собрали себе перекус и сели на травке недалеко от нагромождения камней.