Нина Резун – Предать, чтобы спасти (страница 34)
В обеденный перерыв я находилась в кабинете одна и пыталась ознакомиться с материалами для новой экспозиции. Дверь и окно были открыты настежь и мне приходилось придерживать бумаги на своем столе, чтобы они не улетели от гуляющего сквозняка. В помещении не было кондиционера и проветривание было единственным способом вентиляции воздуха.
Я повернула голову налево к окну и посмотрела на безоблачное небо. Погода располагала к прогулке, пусть даже до кафе и обратно, но я предпочла остаться на работе. В свете последних событий я потеряла всякий аппетит и не хотела ни с кем разговаривать.
Харитонов навис надо мной, словно коршун, упершись одной рукой на спинку моего стула, а второй на стол. Еще с утра на планерке я подметила, как грамотно подобрана каждая деталь его одежды. На нем голубая рубашка свободного кроя с расстегнутыми пуговицами, а под ней белая то ли футболка, то ли майка с мысообразным вырезом. Белые облегающие джинсы с коричневым кожаным ремнем подчеркивают мускулистость его ног и придают всему его образу весьма привлекательный вид. На ногах легкие светлые кеды без единого намека на потертость и нечистоплотность. Короткий волос на его голове небрежно взъерошен, но в этом чувствуется признак тщательно проработанного стиля, а не ленивое пренебрежение внешним видом.
– Спасибо, я не голодна, – устремляя взгляд на свои бумажки, ответила я. – Сыта новостями.
Исходящий от него аромат туалетной воды поднял волнение в моей и без того неспокойной груди.
– А я настаиваю. Хочу их обсудить.
– Мы можем обсудить здесь. В рабочей обстановке.
– Ты хочешь оставить меня без обеда?
– А ты хочешь оставить меня без семьи? – все также, не отрываясь от бумаг, вторила я.
Он нашел стул в кабинете и поставил его к моему столу, сел.
– Лиза, прекрати. Я делаю это для тебя. Побывать в Питере – это ли не мечта любого музейного работника? А ты знаешь, что обучение будет проходить непосредственно в рабочих пространствах ведущих музеев Санкт-Петербурга?
– Теперь знаю, – ответила я, поднимая глаза.
Он улыбнулся и смягчил тон:
– Может, все-таки пообедаем? Я чертовски голоден.
Я поняла, что мне от него не отделаться и решила уступить.
– Хорошо. Пошли.
В кафе мы встретили наших коллег Розу Ивановну и Виталия Николаевича. Они помахали нам рукой, и мы прошли глубже в зал, где обнаружился свободный столик. Игорь помог мне сесть, отодвинув стул, затем прошел на свое место. До нас за столом кто-то сидел и его еще не успели убрать от крошек, но так как других свободных мест не было, мы согласились подождать, пока официант приберет за предыдущими посетителями.
И пока он вытирал стол, Игорь заказал комплексный обед, а я только салат и чай. Есть действительно не хотелось.
– Я говорил, что сегодня ты хорошо выглядишь?
– Только что, спасибо.
Сегодня я решила волосы оставить распущенными, что позволяла себе на работе нечасто, и именно это преображение не осталось Харитоновым незамеченным.
– Может, ближе к делу? – попросила я.
– Хорошо, с чего начать?
– Объясни, зачем эта поездка?
– Ты же сказала, тебе это интересно. Я тоже решил, что тебе будет интересно. Во-первых, сам Питер. Разве не здорово выехать туда за счет музея? Во-вторых, новые знания, обмен опытом с ведущими музейными специалистами, как Санкт-Петербурга, так и других городов. В-третьих, хорошая компания.
– Ты всегда такой самоуверенный?
– Да.
– Хорошо, со мной все понятно. Зачем едешь туда ты? Тебе все это известно изнутри.
– Время не стоит на месте. Как показывает практика, наши две столицы развиваются быстрее, внедряют какие-то новые технологии, которые до нас доходят с опозданием, а я хочу идти в ногу со временем. И почему бы не сделать это в хорошей компании? Чем ты недовольна?
– Я только возвращаюсь в семью из трехнедельного марафона, а ты снова отлучаешь меня от них.
– Если ты не была готова к такому режиму, зачем вышла из декрета?
Справедливый вопрос. Крыть нечем. Хотела – получи.
– Ты прав. Только я не ожидала, что меня отправят учиться далеко от дома.
– Ты не дала мне возможность обсудить с тобой эту тему заблаговременно, и я принял решение за тебя сам.
Заметив недоумение на моем лице, Игорь напомнил мне о том разговоре на улице после репетиции праздника, которую мы устраивали на 9 Мая.
– А если бы я откликнулась на твой призыв, что бы это изменило? Курсы были бы в Краснодаре?
– Нет, но в начале мая еще можно было перенести их на другое время.
Нам принесли заказ. Харитонов жадно набросился на него, а я взяла вилку и стала ковыряться в своем салате. Он совсем не лез ко мне в горло. Меня ждала очередная ссора с Марком. А мне так хотелось ее избежать и не видеть его вечно упрекающего взгляда.
– Я должна сказать тебе спасибо? Или ты ждешь от меня другой благодарности?
Я зацепила на вилку лист салата и съела его.
– Пока достаточно «спасибо», – многозначительно глядя мне в глаза, ответил Игорь.
Я не знала, радоваться мне или огорчаться, что «такая птица» появилась в «нашем гнезде». Он открывал передо мной новые горизонты, новые возможности, наполнял мою профессиональную жизнь смыслом. Но в то же время я понимала, за все надо платить. И о какой цене речь, я догадывалась. И я снова спросила себя, готова ли я переступить через Марка, чтобы удовлетворить собственные амбиции? Для меня было бы лучше, если бы такой выбор передо мной не стоял.
– Могу задать вопрос? – продолжил Харитонов. – Вероятно очень личный.
Игорь усмехнулся.
– Я могу промолчать, а ты будешь терзаться мыслями: «Что же он хотел спросить?».
– По-твоему я настолько любопытна?
– Все женщины любопытны.
– Но вопросы задаешь ты. Выходит, мужчины тоже любопытны.
– Кто он?
Вилка с салатом замерла в моей руке. Я недоуменно уставилась на Харитонова, пытаясь понять, о ком он спрашивает.
– У тебя уже должен быть готов ответ, – сказал он. – Ты наверняка над ним думала.
– Было бы неплохо понимать, над чем я должна была думать.
– Кто такой Юра?
Я все-таки донесла вилку до своего рта и стала пережевывать салат.
– Никто… Просто друг.
– Не хочешь говорить?
– Не о чем говорить. Просто друг, который учился со мной. Когда выпустились, он уехал. Вот и вся история. Я не знаю, что вообразила себе Оксана Тимофеевна, но между нами ничего не было.
– И после этого ты вернулась к Марку…
– Я не уходила от Марка. Был просто друг… хороший друг. Он привел меня в мастерскую, научил основам гончарства, и на этом все.
– А я так ждал романтической истории, – ухмыльнулся Харитонов.
За несколько часов до конца рабочего дня я позвонила Марку, попросила его забрать Полину и приехать с ней ко мне. Стояла хорошая солнечная погода, и я хотела прогуляться с ними в Екатерининском сквере или в парке Горького. У меня назрел разговор с Савельевым, откладывать который не позволяли обстоятельства. Мы должны решить нашу судьбу сейчас, до моего отъезда. Марк не мой идеал мужчины, но он не глуп, и должен понять, что, если мы не изменим наши отношения, нас ждет крах. Готов ли он к нему? В любом случае, я поняла, что не могу взять всю вину на себя. Если нам суждено расстаться, то хотя бы не по моей инициативе. Я должна предпринять попытки сохранить нашу семью. Чтобы никто не усомнился в том, что я не старалась.