Нина Резун – Когда я встречу тебя вновь. Книга 1: Любить нельзя забыть (страница 63)
– Мама не знала?
– Нет, папа.
Когда шок у мамы прошел, она плюхнулась на стул и с ужасом воскликнула:
– Господи, не для того я растила свою дочь, чтобы она досталась какому-то цыгану!
– Мама, в тебе говорит расист. Происхождение Ша… Юры не имеет никакого значения. Он совсем не похож на цыгана.
Мама схватила меня за руки.
– Доченька, зачем он тебе? Марк такой хороший мальчик, ты знаешь его как облупленного. А этот… что он тебе может дать? Эти цыгане сплошное ворье и мошенники!
– Мама, ты совсем его не знаешь. Если бы ты слышала, как он читает стихи! Ты и сама бы не сделала этого лучше.
– В том, что цыгане владеют искусством красиво говорить, я не сомневалась. Такого на уши навешают, закачаешься.
– Юра не такой, мама!
– Девочка моя, приди в себя. Он тебе не пара.
– Мама, ты так говоришь, словно я выхожу за него замуж.
– Боже упаси! Если не собираешься, я только рада.
Она выдохнула. Сразу воспрянула духом.
– Ну и правильно. Не хватало нам такого зятя.
Говорить с мамой о достоинствах Шандора было бесполезно. Предубеждения против цыган затмевали любые доводы рассудка. Ни то, что он учился со мной на одном курсе и являлся лучшем студентом на потоке, ни его достижения на конференциях, – ничто не убеждало ее в порядочности Шандора. Не значили ничего и слова папы. Узнав, что отец знал об этом молодом человеке и его происхождении, пуще разозлило маму. Как обычно, она отмечала в этом заговор против нее.
В середине октября Марк позвал к себе на день рождения. Отец дежурил, но мы с мамой (как же без нее!) приняли приглашение. Праздник проходил в ресторане. На входе нас встретила девушка в униформе и указала, куда проходить. Мы скинули плащи в гардеробе и прошли через зал, полный людьми, сидящими за небольшими круглыми столиками, в другое помещение, уединенное и скрытое от постороннего глаза красивой алой шторой.
Мама надела свой лучший наряд, словно сама была именинницей, или как минимум матерью именинника. Ярко-красное платье с безумными рюшами на плечах приятно подчеркивало ее фигуру, скрывая недостатки в виде чуть округлившегося животика и выделяя, где следовало, прочие выпуклости. Глядя на нее, я мечтала в ее возрасте выглядеть если не так же безупречно, то хотя бы не хуже. У нее была открытая шея с округлым вырезом на платье, и она надела на нее длинные жемчужные бусы, завязанные в узел. Волосы уложила в прическу, приподняв корни и создав иллюзию объема, чуть подвила плойкой кончики, и они легкой волной лежали у нее на голове. Чтобы сохранить это совершенство, она вылила на свою голову пол флакона лака, и нам пришлось оставить окна открытыми, чтобы выгнать весь запах от него из дома. Довершали ее образ туфли-лодочки на высоком тонком каблуке бежевого цвета.
Пока мы добирались до отдельного зала, я заметила, как некоторые мужчины среднего возраста проводили ее взглядом. Аромат ее духов и яркий наряд не остались ими незамеченными. Было приятно осознавать, что на сорок третьем году жизни она способна вызвать у мужчин интерес.
Я не изменила своим вкусам и надела привычное для моего тела приталенное платье с широкой юбкой насыщенного синего цвета. Прямые длинные рукава и неглубокий квадратный вырез в зоне декольте делали мой образ скромным и незатейливым. Легкая золотая цепочка с кулончиком в виде капельки и золотые гвоздики с прозрачным фианитом были единственными украшениями на мне. Они не бросались в глаза, прекрасно дополняя мой образ, и в этот вечер я была рада быть самой собой.
Но мама осталась недовольна выбором моего наряда. Она бы предпочла, чтобы я надела короткое обтягивающее платье и собрала волосы на затылке, обнажив свою шею. Она находила какую-то сексуальность в открытой шее, потому что там, видите ли, находится пульсирующая жилка, которая, по ее мнению, возбуждает мужчин. Но я предпочла завить волосы на плойку, и оставить их распущенными. Они волнами лежали на моей спине и выглядели еще более объемными.
Единственное, в чем наши с мамой взгляды сошлись – это туфли на высоком каблуке. Надев их, я прибавила себе не только роста, но и как будто бы уверенности. Я была прекрасна, и сожалела только об одном. В этот вечер рядом со мной не было Шандора.
Зал, в котором мы оказались, был меньшего размера, чем тот, который мы преодолели. Столы здесь стояли в один длинный ряд, и поверх их накрыли белоснежную скатерть. Блюда с салатами трижды повторялись на протяжении всего стола, чтобы у каждого была возможность попробовать и оценить местную кухню, не вставая с места и не прибегая к помощи соседей по столу. Я насчитала двадцать одну тарелку, около каждой лежали столовые приборы и стояли бокалы и рюмки. Зал был украшен шарами и цветами в сдержанных мужских тонах, и это напоминало нам, что мы прибыли на день рождения именно к представителю сильной половины человечества.
Мы пришли в числе первых. Кроме нас в зале находились тетя Марина, которая облачилась в изумрудное платье, облегающее ее пышную фигуру, и пара друзей Марка со своими спутницами. Молодых людей я знала долгие годы, Марк учился с ними в школе, и представлять нас друг другу необходимости не было. Познакомиться мне пришлось только с их подругами.
Сам Марк выглядел подтянутым и весьма важным. Его безукоризненно отпаренный классический костюм темно-синего цвета, белая рубашка с бордовым галстуком и начищенные до блеска черные туфли, в которых при желании можно было бы увидеть собственное отражение, в купе с характерным пряным и обволакивающим ароматом его туалетной воды делали его образ очень привлекательным и даже притягательным. Мне и прежде доводилось видеть его в костюмах, но сегодня он был по-особенному хорош и элегантен. Может быть, виной тому новая стрижка с более выбритыми висками и затылком? Не исключено.
Мама лебезила перед именинником, как мне казалось, пуще прежнего. Она чуть ли не толкнула нас в объятия друг другу, не преминув заметить, что мы сегодня с Марком в одной цветовой гамме, и это неспроста. Продемонстрировав ей наше расположение друг к другу и поцеловавшись в щеку, мы отошли с Марком в сторону. Сегодня Савельев лишь немногим был выше меня, и впервые я призналась себе, что общество более высоких мужчин импонирует мне гораздо больше. Видимо, у меня все-таки «пунктик» по поводу роста, и не только моего.
Я еще раз поздравила его с днем рождения, пожелала всяких приятных «вкусностей», полюбопытствовала, как он собирается провести свой отпуск, который начался именно сегодня, не планирует ли куда-нибудь съездить.
– Нет, поездка в мои планы не входит. Во всяком случае, пока.
– Тогда чем думаешь заняться?
– Ничем особенным. Хочу выспаться, полениться и еще раз выспаться.
– Очень впечатляющая перспектива, – засмеялась я. – А как же твои игры за приставкой?
– Убрал ее подальше с глаз.
– Как же так?! Неужели ты и правда повзрослел?!
– Ровно на один год. Сегодня мне уже двадцать три!
– О боже! Совсем старик!
Некоторое время мы продолжали смеяться и нести сплошную чушь, а потом пожаловали новые гости, и Марк поспешил их встретить. Это были его друзья и родственники, некоторых я уже знала и поэтому приветствовала их кивками головы и взмахами рукой. Ко мне подошли бывшие однокурсники Савельева, Олег и Нина, поженившиеся еще в университете, и мы перебросились несколькими фразами.
В зале заиграла легкая ненавязчивая музыка, сразу придавшая помещению уюта и романтичности. Некоторые гости уже заняли места за столом и завели негромкий разговор между собой. Тетя Марина взяла управление в свои руки и о чем-то общалась с официантом, показывая на стол. Мама пристроилась на небольшом диванчике в другом конце зала со старшей сестрой моей крестной Светланой Федоровной и по их взглядам на меня и Марка я подозревала, что речь шла о нас. Только глухой в семье Марка не слышал о матримониальных планах наших матушек. А сестра тети Марины глухой не была. Встречаясь со мной взглядом, они улыбались мне своей самой очаровательной улыбкой, и я вынужденно изображала им ответное радушие.
Ко мне подошел Савельев и увлек меня в сторону от своих друзей.
– Марк, мы еще кого-то ждем?
– Да. Двое моих коллег и еще один человек. – Марк прочистил горлом. – Она как обычно опаздывает. Пунктуальность не ее конек. Я должен был бы сам привезти ее сюда.
– Ее? – Моя бровь взлетела вверх. – О ком речь? Я что-то пропустила?
– Об этом я и хотел с тобой поговорить. Но все никак не решусь.
Я вся обратилась в слух. Неужели у Марка появилась девушка? И если она едет сюда, то все довольно серьезно. Иначе стал бы он приглашать ее туда, где будет его мать?
– Я познакомился с девушкой, уже месяц назад, и пригласил ее на день рождения. Планирую ее представить маме, как… свою девушку.
Я расплылась в улыбке.
– Ого! Рискованный шаг. Тебе не кажется, что нужно было позаботиться о знакомстве заранее?
– Я не решился. Думал, ты мне поможешь.
– Спасибо за доверие. Что я могу сделать?
– Как минимум изобразить радость на лице при знакомстве с моей подругой. Чтобы мамы видели, что ты не в претензиях. Осточертела мне эта игра в жениха с невестой. Пусть посмотрят на нас как на раздельные личности.