Нина Петрова – Преступления фашизма в годы Великой Отечественной войны. Знать и помнить (страница 66)

В Германии были организованы специальные невольничьи рынки, на которых распродавались советские люди немецким капиталистам, помещикам и кулакам.

«Вербовка» и угон советских граждан на немецкую каторгу проводились через так называемые биржи труда и сопровождались применением террора, облав, истязаний, морального надругательства над человеческим достоинством.

Начальник «Военно-экономической инспекции Центрального фронта» генерал-лейтенант Вейганг в октябре 1941 г. требовал от оккупационных властей ускорения насильственной отправки советских граждан в Германию:

«Только отправка в Германию нескольких миллионов отборных русских рабочих за счет неисчерпаемых резервов работоспособных, здоровых, крепких людей в оккупированных восточных областях… сможет разрешить неотложную проблему выравнивания неслыханной потребности в рабочей силе и покрыть тем самым катастрофический недостаток рабочих рук в Европе».

Выполняя это указание, немецкие оккупационные власти врывались в дома советских граждан, под страхом жестокой расправы требовали от них «согласия» на отправку в Германию, проводили специальные облавы, ловили советских людей на улицах, загоняли в вагоны и отправляли в Германию. За отказ подписать «трудовое обязательство» о «добровольной» поездке советских граждан арестовывали и держали в тюрьмах до тех пор, пока не добивались от них подписания таких обязательств.

В пути следования в Германию немцы советских людей морили голодом, заставляли ехать в тесно набитых товарных вагонах, которые не открывались ни на одной станции, или же изнуряли людей большими переходами. Тех, кто отставал в пути, немцы расстреливали.

Из Псковской области немецкие оккупанты угнали в Германию 150 тысяч мирных граждан. Населению было приказано покинуть дома и быть готовым к отправке в течение 10 минут; с собой разрешалось взять только то, что успеешь.

В Житомире немецкие власти пытались «добровольно» завербовать советских людей на работу в Германию. Они выпустили специальные листовки, плакаты и воззвания, но это не привело к желаемым результатам. Тогда в 1942 году они объявили мобилизацию мужчин, женщин и детей на принудительные работы, проводили в городах и селах облавы, задерживали людей и отправляли в Германию. В результате принудительного угона населения в немецкое рабство при освобождении Новгорода от фашистских оккупантов в нем осталось только 30 жителей, а в Новгородском районе из 80 тысяч граждан после освобождения района от немецко-фашистских захватчиков было зарегистрировано только 900 человек…

…На основании заявлений советских граждан, возвратившихся из немецкой неволи, Чрезвычайная Государственная Комиссия установила фамилии, имена и адреса немцев, подвергавших советских граждан жестокой эксплуатации, истязаниям, моральному надругательству, продаже на невольничьих рынках.

Советские граждане просят разыскать немецких преступников и предать их суду, а также взыскать с них убытки, понесенные гражданами, получившими увечья или по другим причинам потерявшими трудоспособность и потерпевшими ущерб в связи с насильственным угоном и эксплуатацией в Германии.

Ф. 17. Оп. 125. Д. 329. Л. 12–30, 78. Подлинник.

г. Москва 4 января 1946 г.

…Согласно прямым указанием Гаагской и Женевской конвенции, согласно Вашингтонской конференции, уголовная ответственность за нарушение законов и обычаев войны является не только возможной, но и обязательной. Таким образом, пункт «б» ст. 6 Устава Международного Военного Трибунала, предусматривающий военные преступления, уточнил и обобщил принципы и нормы, содержащиеся в ранее заключенных международных конвенциях. Нацистские преступники, подсудимые знали, что циничное глумление над законами и обычаями войны является тягчайшим преступлением, знали, но надеялись, что тотальная война, обеспечив победу, принесет безнаказанность. Победа не пришла по стопам злодеяний. Пришла полная безоговорочная капитуляция Германии. Пришел час сурового ответа за все совершенные злодеяния.

Я от имени Советского Союза, понесшего величайшие в жертвы в результате нацистских злодеяний, и мои уважаемые коллеги – главные обвинители от США, Англии и Франции, – мы не обвиняем подсудимых в том, что они сами, своими руками[126] совершали все казни и насилия, мы не обвиняем Геринга, Риббентропа и других в том, что они сами в качестве шоферов правили автомобилями-душегубками: мы их обвиняем в преступлениях гораздо более значительных и тяжких. Мы обвиняем их в том, что – они по преступному сговору правили всей германской гражданской и военной машиной, превратив государственный аппарат Германии в аппарат по подготовке и проведению преступной агрессии, в аппарат по истреблению миллионов невинных граждан.

Когда несколько преступников договариваются совершить убийство, каждый из них выступает в своей роли: один разрабатывает план убийства, другой ждет в машине, а третий непосредственно стреляет в жертву, но, каковы бы ни были роли соучастников, все они – убийцы и любой суд любой страны отвергнет попытки утверждать, что двое первых не убийцы, так как они сами в жертву не стреляли.

Чем сложнее и опаснее задуманное преступление, тем сложнее и тоньше нити, связывающие отдельных соучастников. Когда банда разбойников совершает налеты, то несут ответственность за эти налеты и те члены банды, которые в налетах участия не принимали. Когда же банда достигает исключительных масштабов, когда банда оказывается в центре государственного аппарата, когда банда совершает многочисленные и тягчайшие международные преступления, то, конечно, связи и взаимоотношения участников банды осложняются в величайшей мере. Здесь начинает действовать очень разветвленный аппарат, слагающийся из целой системы звеньев и блоков (блоклейтеров, целленлейтеров, гаулейтеров, рейхслетеров и др.), тянущихся от министерских кресел к рукам палачей.

Это – аппарат плотный и мощный, но все же бессильный скрыть основной и решающий факт: в центре всей системы – банда заговорщиков, приводящих в движение весь этот ими созданный механизм.

Когда цветущие области превращались в зоны пустыни и кровью казненных насквозь пропитывалась земля, то это было дело их рук, их организации, их подстрекательства, их руководства. И от того, что в эти злодеяния были вовлечены массы немцев, что, прежде чем натравливать своры собак и палачей на миллионы невинных, подсудимые годами отравляли совесть и разум немецкого поколения, воспитывая в немцах чванство «избранных», мораль людоедов и алчность грабителей, стала ли вина нацистских заговорщиков слабее или меньше?

Выражая волю народов, Устав Международного Военного Трибунала решил этот вопрос: «Руководители, организаторы, подстрекатели и пособники, участвовавшие в составлении или в осуществлении общего плана или заговора, направленного к совершению любых из преступлений против мира, против законов и обычаев войны, или против человечности, – несут ответственность за все действия, совершенные любыми лицами в осуществление такого плана» (ст. 6 устава).

Подсудимые Геринг, Гесс, Риббентроп, Кейтель, Реддер, Розенберг, Кальтенбруннер, Франк, Фрик, Фриче и другие подсудимые обвиняются в организации заговора, поставившего своей целью распространение фашистского режима на все страны Европы и утверждение в этих странах господства германского империализма. Разработкой плана установления в Европе господства германского империализма гитлеровские заговорщики были заняты в течение ряда лет, с первых дней захвата ими государственной власти в Германии…

Документы, захваченные Красной Армией в штабах разгромленных немецко-фашистских войск, изобличают подсудимых в совершенных ими злодеяниях.

Я хочу, во-первых, остановить Ваше внимание, господа судьи, на документе, фотостат которого, соответственно заверенный, приобщен к делу. Этот документ известен под названием «Директивы по руководству экономикой во вновь оккупированных восточных областях» («зеленая папка»). Автором этих директив является Геринг. Этот секретный документ датирован – «Берлин, июнь 1941 года». Я приведу из этого документа только несколько цитат. Первая цитата: «Согласно приказам фюрера (Гитлера), необходимо принять все меры к немедленному и полному использованию оккупированных областей в интересах Германии. Получить для Германии как можно больше продовольствия и нефти – такова главная экономическая цель кампании. Наряду с этим германской промышленности должны быть даны и прочие сырьевые продукты из оккупированных областей… Первой задачей является наиболее быстрое осуществление полного продовольственного снабжения германских войск за счет оккупированных областей».

Вторая цитата: «Совершенно неуместно мнение о том, что оккупированные области должны быть возможно скорее приведены в порядок, а экономика их восстановлена. Восстановление порядка должно проводиться только в тех областях, в которых мы можем добыть значительные резервы сельскохозяйственных продуктов и нефти. А в остальных… экономическая деятельность должна ограничиваться использованием обнаруженных запасов».

Третья цитата: «Все нужные нам сырьевые товары, полуфабрикаты и готовую продукцию следует изымать из торговли путем приказов, ревизий и конфискаций. Немедленный сбор и вывоз в Германию платины, магния и каучука. Выявленные в прифронтовой полосе и тыловых областях продукты питания, а также средства бытового и личного потребления и одежды поступают в первую очередь в распоряжение военно-хозяйственных отделов для удовлетворения потребности войск… Не принятое ими передается последующей военно-экономической инстанции».