Нина Осмо – Миссия: до Земли и обратно (страница 16)
– И я том же, господин принцепс! Вы ратуете за почтительное отношение к земному прошлому, за традиции, за дружбу. А Сирин – это птица, прилетающая на землю, чтобы спеть вещие сны о грядущем.
– Я знаю, не учи учёного. В колледже писал дипломную работу по земной мифологии. Хорошо, ты меня убедил.
После последнего номера на сцену вместо ведущего концертной программы вышел сам принцепс Протоса. Зрители не ожидали подобного поворота. Да что уж говорить? Сама Сирин такого и предположить не могла.
– Многоуважаемая Сирин, буду весьма рад, если вы почтите своим присутствием благотворительный концерт. Все средства будут направлены в Центры поддержки малоимущих граждан.
Шанирай приструнила разбушевавшееся волнение. Подумаешь, принцепс планеты! Он такой же человек, как все остальные, собравшиеся здесь. Почему бы и не согласиться?
– Благодарю за приглашение, господин принцепс. С удовольствием!
Глава шестая
Тритос. Резиденция семьи Спиридоф
Родион и Галея, расположившись в оранжерее, ярко освещённой солнечными лучами, падающими через купол, пили жасминовый чай, аромат которого бодрил и вызывал приятные ощущения. К чаю расторопная кухарка испекла праздничный шоколадный торт, украшенный сверху красными розами, приготовленными из настоящего цветочного крема. Благо, цветов в оранжерее было предостаточно – от пионов и незабудок, до хризантем и астр. Галея после поступления младшего сына в ЭВА с особой тщательностью следила за растениями. Женщине, оказавшейся одинокой при наличии мужа и двоих детей, казалось, что цветы её слышат и понимают.
– Сынок, ты и представить себе не можешь моей радости! Я неимоверно счастлива видеть тебя рядом и слышать твой голос не через эсплайер, а вживую.
– Могу, мама. – Юноша хмыкнул, а после беззаботным смехом рассмеялся. Только в присутствии матери он мог быть самим собой, а не вышколенным курсантом академии. – Ну же, открывай подарки!
Женщина ещё раз с любовью глянула на сына и с нетерпением принялась выполнять просьбу. Сперва она занялась подарком от капитана Багрофа. Шкатулка её действительно впечатлила. Ручная работа, к тому же в хорошем состоянии. Механизмы устройства были сделаны по-старинному – из металла и камней, а не из современных новосплавов.
– На крышке надпись. Цитата какого-то Льва Т
– Льва Николаевича Толстого, милый. – Галея мягко поправила сына. – Это древний писатель Земли. Мне удалось прочитать у него только «Анну Каренину». Сильный роман. О непростой судьбе женщины из высшего общества.
– И чем роман закончился? – Поинтересовался Родион, а сам задумался.
В детстве он любил слушать сказки по эсплайеру, хотя уже и читать умел. Жаль, что ему не довелось познакомиться с книгами земной эпохи. Мать восхищалась ими и часто приводила фразы из некоторых особо полюбившихся произведений.
Вопрос сына вызвал у Галеи гамму чувств, и женщина непроизвольно вздохнула. Её жизнь нельзя назвать безоблачной. Многие, конечно, считали, что она счастлива, ведь удачно вышла замуж на Димитрия Спиридофа – доблестного адмирала космофлота, с недавних пор занявшего пост министра обороны, к мнению которого прислушивался сам глава планеты.
Димитрий…Когда-то он был заботливым, искренним и любящим, даже читал ей стихи. Они несколько лет жили в Старо-эфинском районе. Их скромная квартирка находилась над бакалеей, и по утрам из открытых окон пахло свежей выпечкой. Галея только родила Даниила и по своей наивности считала, что в этом и есть счастье – семья, муж и сын. На деле всё оказалось не так… Вскоре Димитрия повысили до ранга капитана. Начальство определило ему комфортабельный дом. Деньги перестали быть проблемой. Вовремя оплаченные счета, личный пилот при автолёте, прислуга. Казалось бы, живи и радуйся! А радость-то исчезла… Муж всё реже стал появляться в их большом и красивом доме, для него первое место заняла служба. Дружба с главными чинами в армии, отдельный кабинет при Министерстве военных дел, таинственные спецзадания. Даже рождение Родиона ничего не изменило, наоборот, муж ещё больше отдалился. Она первое время старалась бороться за внимание, устраивала праздники для Димитрия, готовила подарки. А однажды собралась с духом и нанесла визит в министерство. Ох, вот пришлось наслушаться от супруга нелестных эпитетов за её самодеятельность! С тех пор Галея замкнулась в себе, и всё внимание стала уделять лишь детям. Мальчики – это и есть её счастье! Правда, Даниил со временем начал всё больше походить на отца. Те же суровые черты лица, та же непреклонность в поведении.
– Мам, ты в порядке? – Родион не на шутку забеспокоился.
– Да, сынок. Прости, задумалась. Насчёт романа Льва Толстого отвечу его же словами: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Если честно, то любимая книга у Толстого – это эпический роман «Война и мир». У меня был печатный вариант. Жаль, что пришлось избавиться от книг. Надо было хоть пару томиков сохранить. С новым режимом теперь и говорить о подобном нельзя.
– Капитан Багроф сказал почти то же самое.
– Не будем о грустном. Я лучше открою твой подарок.
Галея с особым трепетом принялась разворачивать упаковку. Через несколько секунд в её руках уже находился настоящий печатный том. «Сборник стихотворных произведений поэтов-землян». Обложка точь-в-точь повторяла раритетное издание, хранившееся когда-то в столичном Музее истории Земли, в здании которого теперь располагался популярный среди эфинян ресторан.
– Ох, сынок, где же тебе удалось найти? Я думала, что бумажные книги все уничтожили.
– На чёрном рынке можно много чего найти. Надеюсь, понравится. Ты ведь раньше читала мне стихи по памяти. Только спрячь тщательно.
Женщина нахмурила лоб, будто вспоминая что-то, а потом произнесла несколько строк из стихотворения Александра Пушкина. В них говорилось о свободе, времени и благих мыслях.
– Этого ты мне не читала. – Удивился юноша, которого слова поэта, жившего когда-то в другом конце Вселенной, внезапно задели за живое.
– Не читала, потому что твой отец имеет шпионов не только на Протосе и Дефтеросе, но и в собственном доме.
– Дальше, пожалуйста!
Галея сосредоточилась и продолжила. Стихотворение действительно было проникновенным и со смыслом.
– Мама, какие строчки! – Родион разволновался. – Я часто задумываюсь над тем, что происходит на Тритосе. Давай уедем отсюда!
– Ах, сынок! Ты думаешь, вездесущий адмирал Спиридоф позволит нам скрыться? Он везде нас найдёт. Да я и не могу. Даниил. Он, конечно, редко обо мне вспоминает, но я не могу его бросить.
– Мама… – Род, чтобы мать не увидела его вспыхнувшего взгляда, отвернулся.
Режущие по живому строчки из древнего стихотворения прорвали в нём едва сдерживаемые силу и негодование. Сколько можно бояться?! Сколько можно делать то, что отец считает нужным?! Ведь у матери есть своё мнение! И у него самого! Нельзя строить жизнь по наказу других людей, даже если это твой собственный отец!
– Сынок, ты ещё юн, твоя душа жаждет новых впечатлений, а горячее сердце хочет ярких эмоций. Я ведь тоже была молода, мечтала. И вот к чему это привело. Ах, не слушай меня! Я ведь всё равно счастлива! У меня чудесные дети. Ты моя радость, милый! И я желаю, чтобы ты добился всего, чего хочешь! Поступай так, как велит твоё сердце.
Через час мать ушла к себе. У неё почти каждый вечер начиналась мигрень.
Родион позволил прислуге убрать со стола, а после активировал замки в оранжерее. Прошли те времена, когда сюда могли без разрешения входить кому ни попадя. В скрытом оранжерейном отсеке он несколько лет назад начал обустраивать собственную лабораторию. И вот уже третий год, при возможности, гостя дома, работал над выведением нового сорта розы. Свободного времени, конечно, не хватало, но он усердно продолжал трудиться. Это его выбор! А отец пусть довольствуется успехами Даниила.
Кардонуэл – главный город Южмата. Здание Совещаний Народов
– Адмирал Спиридоф, не перебивайте меня, пожалуйста! Я должен чётко изложить мнение господина Юроса Навальдо – министра внешних связей Тетартоса, моего начальника, которого полностью поддерживает Жецл Олз – глава планеты.
– Прошу прощения, господин Ройских! Не хотел оскорбить вас. Будьте добры, продолжайте.
Жорес Ройских – заместитель министра внешних связей Тетартоса, кивнул и начал снова:
– Господин Юрос Навальдо ни в коем случае не отказывается от обещаний, данных ранее, как и сам Жецл Олз. Тритос – наш главный партнёр – и экономический, и военный. Мы чтим наши давние связи и продолжаем их укреплять. С самого освоения системы Дитэрра мы были добрыми соседями. Соседями, приходившие родному Тритосу на помощь. Вспомните сто двадцать четвёртый год, когда на Западном материке началось извержение супервулкана Зевсус. Вашу планету заливало цунами. Сколько жертв! И их было бы ещё больше, если бы мы, тетарсовцы, не пришли к вам на помощь! Наши учёные и военные сразу откликнулись на призыв о помощи.
Заместитель министра внешних связей Тетартоса продолжал вспоминать далёкое прошлое, но адмирал Спиридоф уже не слушал. Он прекрасно понял, к чему клонил изворотливый политик. Вынудить главу Тритоса снизить процентные ставки на военную продукцию, которую им поставляли.